Охота на живых

Круги на воде

Утро началось с криков.

Олли проснулся на том же жёстком диване в комнате отдыха, разбуженный громким, раздражённым голосом помощника шерифа. Голос доносился из коридора и явно принадлежал тому самому, что вчера отпускал язвительные комментарии.

— …я не понял, ты чем вообще занимаешься? Твоя работа — кофе разносить, а не в архиве копаться! Кто тебе разрешил старые дела вскрывать?

Ответ Шона прозвучал тише, неразборчиво. Олли сел, потирая глаза. Сердце заколотилось — неужели Шона поймали с той папкой?

Он прислушался.

— Шериф приказал? — голос помощника сочился скепсисом. — Что-то я такого приказа не слышал. Ладно, иди. Но если ещё раз без спросу полезешь в архив, будешь у меня полы в туалетах драить. Понял?

Шаги. Одни удаляются — тяжёлые, помощника. Другие приближаются — лёгкие, Шона. Дверь приоткрылась.

— Придурок, — пробормотал Шон себе под нос, заходя в комнату. — Олли, ты не спишь?

— Уже нет, — Олли спустил ноги с дивана. — Тебя застукали?

— Почти. Но я успел спрятать папку за батарею в коридоре. Потом заберу. — Шон сел рядом, и Олли почувствовал, как диван прогнулся под его весом. — Слушай, я ночью ещё кое-что нашёл. Пока ты спал, я в архив сходил. Тихо, никто не видел.

Олли выпрямился. Сон как рукой сняло.

— Что?

— Дело о нападении. На Сайласа Вэнса. Через пару лет после того ритуала. — Шон понизил голос. — На него напали на окраине, ударили чем-то острым по лицу. Он выжил, но получил серьёзное ранение. В отчёте написано: «рваная рана от уголка рта до подбородка, возможно, останется шрам». Нападавшего не нашли. Дело закрыли.

Олли молчал. Значит, шрам появился не во время ритуала. Позже. И его оставила одна из жертв, которая пыталась защищаться. Сайлас убил её, но она успела оставить на нём метку. Навсегда.

— Это ещё не всё, — Шон замялся. — Я нашёл кое-что про твоего… про шерифа Холла. Джека.

У Олли перехватило дыхание.

— Что? — выдавил он.

— В деле о нападении на Холла есть рапорт. Его напарник писал. Некто… — Шон зашуршал бумагами, — офицер Миллз. Патрик Миллз. Он был с Холлом в ту ночь. В рапорте сказано, что, когда они подъехали к дому, Холл велел ему оставаться в машине, а сам пошёл внутрь. Миллз слышал выстрелы, вбежал, но было поздно. И он пишет, что видел, как кто-то убегал через чёрный ход. Высокий, худощавый. В кепке, низко надвинутой на лицо.

Кепка. Как на пустыре. Сайлас.

Олли сжал кулаки. Джек, возможно, узнал Сайласа ещё в ту ночь, когда погибла мама. А потом Сайлас убрал его как единственного свидетеля, который мог его опознать.

— Этот Миллз, — Олли подался вперёд, — он ещё работает? Он жив?

— Не знаю. В рапорте больше ничего нет. Но я могу попробовать найти его. Если он всё ещё в городе или где-то поблизости.

— Найди, — попросил Олли. — Пожалуйста. Он видел Сайласа. Может, он запомнил что-то ещё. Что-то, что не попало в рапорт.

Шон кивнул, но ничего не ответил. В коридоре снова послышались шаги. На этот раз — тяжёлые, уверенные. Шериф.

— Кларк, — голос шерифа раздался от двери. — За мной. Разговор есть.

Олли поднялся. Шон сжал его локоть — коротко, ободряюще — и отпустил.

В кабинете шерифа пахло табаком и старой кожей. Олли сел на тот же жёсткий стул, что и вчера. Шериф ходил по комнате — шаги тяжёлые, нервные.

— Вчера ты сказал про татуировку, — начал он без предисловий. — Глаз. Круг с точкой. Ты уверен, что не выдумал?

— Уверен, — сказал Олли тихо. — Я не выдумываю. Я правда видел.

Шериф хмыкнул. Остановился.

— Двадцать три года назад, когда мы… когда нас задержали на том пустыре, у Вэнса не было никакой татуировки. Я бы запомнил.

Олли молчал. Он не знал, что на это ответить. Но шериф, кажется, и не ждал ответа. Он говорил скорее сам с собой.

— Если он набил её позже… значит, он не просто выжил. Он продолжил. — Шериф замолчал. Олли слышал, как он трёт лицо ладонями. — Чёрт. Чёрт, чёрт, чёрт.

Олли решился.

— Сэр, — сказал он осторожно. — Вы знали шерифа Холла?

Тишина. Олли слышал, как шериф перестал дышать на секунду, потом выдохнул — тяжело, с хрипом.

— Знал. Хороший был мужик. Упёртый. Слишком упёртый для такой работы.

— Он… он видел Вэнса? В ту ночь, когда убили мою маму?

Шериф помолчал.

— Холл тогда первым вошёл в дом. Вэнс ушёл через заднюю дверь, кажется. Была перестрелка, но он сбежал. Холл ничего не говорил о том, что видел его лицо. Но если Вэнс решил, что Холл может его опознать… — Он не закончил фразу.

Олли понял без слов. Сайлас не оставляет свидетелей. Никогда.

— А напарник Холла? — спросил он. — Офицер Миллз. Он видел, как Вэнс убегал. Он жив?

Шериф хмыкнул.

— Миллз уволился через месяц после смерти Холла. Нервы, сказал. Переехал куда-то. Не знаю, жив ли. А тебе зачем?