Охота на Зверя из песни вороны

4.5

Дождь закончился час назад, и влажный ледяной холод сковал Сад Хийси. Желтая трава под ногами Варис и Орвока задорно похрустывала, грязь застыла в уродливой агонии. С веток, пронизывающих небеса черной тенетой, капало. Крупные снежинки липли к мокрой одежде, волосам, ресницам, укрывали пожухлую листву и деревья. Земля и небо сливались в бесконечной серости, рождая в груди тревожное чувство лиминальности пространства. У Варис не было времени толком подумать о том, что Мастор — это на самом деле космический удильщик, плывущий в океане звезд. Вроде бы это ничего не меняло, но в то же время меняло все. Куда он плывет? Откуда? Зачем? А важно ли это?

Чем дальше они продвигались на север, тем становилось холоднее и суше. То и дело встречались следы сражений: то обугленное, израненное дерево, то искореженный, оплетенный травой раздавленный автоматон, то воронки в измученной земле, которые спешно наполнялись дождевой водой, превращая лес в болотную жижу.

Орвок наотрез отказывался отдыхать, понимая, что если сядет, то вряд ли поднимется. Он подобрал крепкую палку и тяжело опирался на нее, сухо приказав Варис идти вперед, чтобы разведывать дорогу. Она не отходила далеко, только высматривала путь поудобнее и возвращалась.

Постепенно лес перешел в каменистую плоскую равнину, почти лишенную растительности, конца и края которой не предвиделось. Только далеко на севере чернели силуэты острых, мрачных скал. Казалось, это хищные челюсти неведомого чудовища вот-вот сомкнутся, заглатывая небо и землю и перемалывая как жернова — зерно. Из низин наползал стылый туман, укутывая путников влажным покрывалом. Варис споткнулась о мраморный камень, торчащий из-под дерна, и увидела перед собой остатки древней дороги. Посох чиркнул по камню резко, будто выстрел. Орвок подволок ногу и остановился, переводя дух. Шумно втянув воздух ноздрями, он указал на серую хмарь, волнами наползающую на скалы впереди. Она казалась живой, трепещущей массой с собственной волей.

— Это… опасное место, — хрипло сказал он. Всегда чистый и собранный, сейчас Орвок, покрытый кровью и грязью, с проступающей сизой щетиной на осунувшемся лице казался бледной копией себя.

— Стоглазые змеи? — деловито поинтересовалась Варис.

Она присела на корточки, изучая россыпь красных ядовитых ягод, запутавшихся в сухой траве, присыпанной свежим снегом. Они выглядели как чумные нарывы на теле Мастора.

Орвок кивнул, обхватывая палку локтем и потирая ладони друг о друга, чтобы согреть.

— Или что-то похуже. Северо-запад Мастора не зря зовется краем света. Эта старая дорога приведет нас к разрушенной крепости. Она — единственный ориентир в тумане, и Джуб сообразит, что мы туда направимся.

— Это же не простой туман? Когда мы с Усиком взбирались на Лумимаки, то видели великана, который дышит туманом. Здесь такой же?

— Вряд ли. — Орвок убрал с лица мокрые волосы и бесполезно вытер лоб мокрым же рукавом. — Лумимаки — особенное место, вещь-в-себе. А Хмаревое море любит давать призрачную надежду и отнимать.

— Ничего не бывает у нас просто, — проворчала Варис, разгибая хрустнувшие от влажности колени. Она перестала бороться с волосами и снова завязала их в мокрый пучок.

— Да, еще пару недель назад я пытался тебя арестовать, а теперь ты спасла мне жизнь. Я еще не сказал спасибо. Ты могла бы бросить меня там.

Варис пожала плечами. Ей стало неловко от его слов. Она это сделала не по доброте душевной, а потому что он был нужен для исполнения плана Джуба. Орвок как будто уже немного бредил от заражения или воспаления легких и готовился преставиться.

— Ты напоминаешь мне дочь, — сказал он после минутного молчания. Варис запахнулась в куртку. — Упрямый подросток.

— И где она сейчас?

— Умерла, — просто сказал он, и Варис невольно взглянула на его непроницаемое лицо.

— Что случилось?

— Ограбление, которое вылилось в поножовщину. Ничего необычного для Академграда. Какие-то ваганты хотели хотели отобрать у нее сумку и пырнули заточкой. Она истекла кровью в вонючем переулке среди бела дня, и никто даже пальцем не пошевелил, чтобы позвать на помощь.

— Ничего нового для Академграда, — эхом отозвалась Варис.

— Она заканчивала аспирантуру. Хотела преподавать… Занималась каким-то сложным проектом… что-то о перепланировке канализации.

Варис терпеливо ждала, к чему он вел. Орвок усмехнулся.

— Ты, наверное, гадаешь, к чему это я? Это не для того, чтобы ты меня пожалела, нет. Просто я чувствую себя не очень, и хочу кое-что рассказать. В Мэрию ведет подземный ход. Она это выяснила… Бар «Последний закат».

— Ну, нет, не сваливай на меня это. Я не собираюсь все делать сама.

— Варис…

— Заткнись, Орвок.

Варис отвернулась и уставилась в серую мглу, клубящуюся у подножия увалов. Она казалась живой, дышащей категорией тьмы, неподвластной даже Сеппе-кузнецу. С серого, бесконечного неба медленно сыпался крупный снег. Узкая каменная тропинка с нависающими над ней грубо обтесанными идолами, едва просматривалась на пару метров вперед. Варис неловко шагнула с камня на камень, взмахивая руками, будто балансирующий канатоходец. Она рассмотрела у одного из идолов птичью голову, а у другого — медвежью.