Охота за гением

Глава 5: Знаменитый дворец

Дворец Бельмондов являлся жемчужиной Саинтвиля, и располагался он не где-то там, на окраинах, а в самом центре города. Род Бельмондов был известен и могущественен. Влияние его распространялось далеко за пределы города и охватывало весь восток. Злые языки считали этот род беспрекословным повелителем. И ведь не зря. Много веков из тени дергая за ниточки, Бельмонды участвовали во всех значимых событиях. Ни одно мероприятие не обходилось без их присутствия.

На территории усадьбы удобно расположились пруды с диковинными рыбами да лебедями. Поблизости рос вишневый сад, а за садом, рядом с дворцом, раскинулся парк, где росли вековые дубы, посаженные еще первыми Бельмондами. В общем, вся территория занимала несколько акров. Аккуратно уложенная плитка вела посетителей от самых ворот до порога. На пути встречались белоснежные статуи из слоновой кости, лавочки для отдыха и фонтаны. Фонтаны – это отдельная тема. С десяток, не меньше. И каждый из них - это отдельный вид искусства. Всякий зашедший на территорию усадьбы, непременно останавливался перед каждым и, любуясь изящными формами, заслушивался журчащим струями, которые переливались на солнце всеми цветами радуги.

От увиденного у незакаленного посетителя ожидался культурный шок.

Каждый приезжий почитал за честь всенепременно заглянуть в эту святую обитель и воочию увидеть все собственными глазами. По большей части любоваться красотами приходилось со стороны, так как ворота преимущественно были закрыты от посторонних. Но сегодня дворец распахнул свои объятья.

Внезапно громогласной лавиной пронесся сигнал клаксона, и тут же из-за поворота вынырнула машина на бешеной скорости. Вильнув задом, она бросилась под колеса кареты. Лошадь, испугано заржав, резко остановилась, пропуская вперед мчащую на всех парах автомашину белого цвета с открытым верхом. Автомобиль, сделав неполный круг, припарковался на свободное место у самых ворот.

- Успели! – Радостно выкрикнул Всеволод Шереметьев. Граф стянул с головы защитные очки и, пригладив волосы, водрузил на макушку черный цилиндр. – Успели, черт побери! А вы, граф Тормен, говорили, что не будет свободных мест.

Шереметьев в одно касание выпрыгнул из машины и поклонился карете, которая метила на это место, но ушлый граф занял его первым.

- Садарий сорокопятка - это новейшая модель, мой друг! – Всеволод развернулся к своему железному коню и похлопал по белоснежной стали крыла. – Разгоняется до девяноста километров в час и имеет V-образный двигатель. Правда, и жрет не меньше за лошадь.

Всеволод Шереметьев очень гордился своим приобретением. Он любил в ней все: от элегантных изгибов до руля в кожаной обмотке, которая была выполнена в оригинальном стиле. Каждый раз, садясь в удобное кресло, граф нежно проводил по рулю пальцами, как бы затягивая предвкушение. Он даже с девушками не вел себя столь заботливо и нежно.

Тормен потянул за рычаг и толкнул дверцу. Открылась она легко и непринужденно, даже скрипа не последовало. Оказавшись на твердой земле, Вадим принялся разминать затекшее во время поездки тело.

- Я рассчитывал на более спокойную езду. - С укором проговорил он.

- Спокойную? Ты сказал спокойную?! Ну уж нет! Я не для того покупал такого зверя, чтобы плестись в хвосте!– После этой фразы послышалось ржание лошади, в котором чувствовалась обида и укор. – К тому же, кто мне говорил, что опаздывает?

- Я говорил, – признал Вадим Иванович. – И теперь сожалею об этом.

Молодой граф считал подобное детским лихачеством. В чем смысл покупать столь дорогую вещицу, а затем бросаться под экипажи шутки ради? Транжирство чистой воды, не более.

- Ну что, пойдемте, граф Тормен, – Всеволод положил руку на плече товарищу, и приглашающе указал второй на арочные кованые ворота. – Держитесь меня, мой друг. Здесь собрался разномастный бомонд. А это, скажу я Вам, ушлый народец. Съедят и не заметят.

- Уверен, моя скромная особа застрянет у них поперек горла. – С вызовом заявил Вадим Иванович. Он нацепил старенький цилиндр и двинулся ко входу.

- Я бы советовал сменить головной убор, – как можно деликатней намекнул Шереметьев. – Он Вас не красит.

- Цилиндр дорог мне, как память, – сказал, как отрезал, молодой граф. – А память нельзя сменить.

- Не цепляйтесь за былое и не оглядывайтесь назад, – посоветовал Всеволод. – Поднимите голову выше и смотрите только вперед. Ни о чем не жалейте. Таков пусть истинного аристократа!

- Сегодня я рассчитываю смотреть только в бокал, наполненный вином, и на девиц в шикарных нарядах.

- Вот это дело! – Одобрил Шереметьев. – Пусть же сегодняшний день развеет скуку нам обоим.

- Поддерживаю.

Оба компаньона одновременно ступили на красиво уложенную плитку и, выцокивая каблуками, направились ко дворцу.

Вадим Иванович в силу своих возможностей старался особо не вертеть головой, чтобы не потерять лицо перед владельцем Садария. Признаться, данная марка стоила невообразимую сумму, и позволить себе такую средний сын рода Торменов попросту не мог.

И тут Вадим Иванович задумался:

«А интересно, Всеволод Шереметьев уже начал свою обещанную игру, тем самым демонстрируя свои финансовые возможности. Или же он и в жизни настолько неугомонен?».

Об этом Вадим размышлял по пути, двигаясь в сторону Пэ-образного строения, к которому подтягивалось все больше народу.

Все же искушение было слишком велико, и молодой граф то и дело задерживал взгляд на грациозных статуях и фонтанах, что не укрылось от внимательного взгляда Шереметьева.

- Великолепные виды, – будто пропел Всеволод, ему импонировала реакция спутника. – Вы не находите?

- Признаться, я поражен! – Облизнув губы, отвечал Вадим.

- Бельмонды всегда умели подать себя в выгодном свете, это у них не отнять, – Шереметьев снял цилиндр и кому-то поклонился, затем водрузил головной убор обратно на макушку. – А Вы знаете, что именно Бельмонды спонсируют инквизицию?