Охотница на оборотней в академии Тельмирин

Глава 5

Не скажу, что сильно я удивилась желанию профессора поговорить со мной наедине. Наверняка сейчас будет проведена профилактическая беседа о должном поведении в станках академии Тельмирин. Я ведь такая бунтарка, хулиганка и отбитая на всю голову девчонка, что от меня можно ожидать всего и сразу. И, возможно, в чем-то он будет прав.

— Декан Аркус, конечно, — покладисто вернулась я на свое место и как самая прилежная ученица сложила руки на парте.

Я с интересом проследила за тем, как мужчина плотно прикрыл дверь за студентами и развернулся ко мне. Парта стояла как раз около выхода из аудитории. Так что декану не пришлось совершать лишние передвижения по кабинету. Он задумчиво почесал подбородок, а затем сложил руки на широкой груди, отчего каждый мускул его торса стал отчетливо проступать под натянувшейся черной рубашкой. Однако внимание привлекли чуть вздувшиеся вены, которые изящными змейками двигались от запястий к закатанным рукавам. Жаль, что любоваться ими пришлось совсем недолго.

— Итак, я прочитал ваше личное дело, — оповестил меня декан.

«Ну, началось!» — невесело подумала я. И, хотя к подобным разговорам, плавно перетекающим к ультиматумам, была уже выработана привычна, удовольствия они совершенно не приносили.

— Что же могу сказать, — продолжая меня внимательно разглядывать, протянул декан. — Я ожидал увидеть совершенно другую девушку.

— Я такая же, как и на фотографиях, приложенных к делу, — я мило улыбнулась ему.

— Так, не про внешность речь, — хмыкнул мужчина, пристально посмотрев мне в глаза.

— А о чем тогда?

— О вас самой. Настоящей.

Я нахмурилась, не понимая, к чему ведет декан. Мне показалось, он начнет говорить, как и многие до него, о том, что мой внешний вид никак не соответствуют списку нарушений в личном деле. Аркус же заговорил совершенно об ином, непонятном для меня. Его личность становилась все интереснее и интереснее.

— Я не понимаю, к чему вы клоните. Объясните, пожалуйста, — недоуменно похлопала я ресничками.

Декан хмыкнул каким-то своим мыслям и, обойдя парту, встал передо мной. Он возвышался огромной глыбой, перекрывая собой свет, льющийся из окон. В глазах полыхнул огонь. Его белое пламя танцевало опасный танец, демонстрируя отсутствие каких-либо шуток. Все происходящее было реальным и крайне непредсказуемым.

Я, продолжая сидеть на стуле, вжалась спиной в стену. Не скажу, что прямо так уж испугалась, но вот сердечко в груди сильнее забилось. Такого приема мне еще ни один декан не оказывал. Кто же ты такой, Кирьян?

— Я к тому, что ты, скорее всего, не желала совершать все эти недоразумения, — наклонившись ближе к моему лицу, вкрадчиво произнес Аркус.

— Так и есть!

— Не перебивай! — схватив меня за подбородок, предостерег декан.

Он оказался близко. Слишком близко. Я слышала его парфюм с нотками хвои и горечи. Ощущала ровное биение сердца. Чувствовала на коже неспешное дыхание. Все это было крайне странно и непонятно. Но больше всего удивило то, что мужчина вдруг ни с того ни с сего зарылся носом в мои волосы и сделала глубокий вдох. Я бросила украдкой взгляд на свой золотой браслет на запястье. Однако россыпь драгоценных камней молчала, не подавая знаков близкого нахождения оборотней.

— Я даже сделаю предположение, что ты отдала бы все на свете, лишь бы не заниматься всеми этими грязными делишками, — продолжил тем временем декан, склонившись к моему уху.

Его последние слова раскаленным лезвием ножа прошлись по истерзанному сердцу. Как? Как он догадался? Нет, я, конечно, не думала, что профессор узнал мой секрет. Но вот душевные тайны раскрыть он смог.

— Но мне плевать на твои желания и мечты. Главное, это престиж факультета. Если я заподозрю тебя хотя бы в малейшей, невинной шалости, глазом моргнуть не успеешь, как вылетишь из академии. Поняла?

Я, облизнув пересохшие губы, сдержанно кивнула. Упоминать про заключенный договор между папой и ректором я не стала. Не время и не место. Пусть это на всякий случай останется моим козырем. Никогда не знаешь, когда могут пригодиться договоренности.

— Вот и умница, — растянул в довольной улыбке он губы и убрал пальцы с моего подбородка.

Мужчина явно хотел еще что-то сказать, но тут дверь в аудиторию с громким стуком распахнулась. Не соблюдая никаких элементарных норм поведения, внутрь ворвалась длинноволосая девушка. Она явно находилась в возбужденном состоянии и просто жаждала что-то поведать мужчине.

— Декан Аркус! Представляете! — запыхавшись начала студентка, но, увидев нас в довольно компрометирующей позе, тут же изумлено умолкла.

В аудитории повисла напряженная тишина. Казалось, ее можно было разрезать ножом. Столь осязаемой она была на физическом уровне. Все происходящее ощущалось, как что-то нереальное, невозможное, абсурдное до такой степени, что хотелось истерически засмеяться.

Никогда. Никогда прежде я не оказывалась в столь щекотливой ситуации в стенах академии, которых успела сменить предостаточно. Неужели теперь целый вихрь сплетен поползет обо мне с деканом? Ведь по глазам блондинки понятно, что она успела выдумывать за считаные секунды, во время которых пялилась на нас с деканом. Хотя, возможно, если бы я была на ее месте, то тоже приняла все происходящее за прелюдией к предстоящим любовным утехам.