Охотница на оборотней в академии Тельмирин

Глава 29

Марен должна была уже заканчивать приготовление антидота, и последним ингредиентом была толокнянка. Даже две минуты промедления, могли стоить Густаво жизни. Поэтому, когда мы, запыхавшиеся, ввалились в комнату общежития, Марен злобной фурией вышагивала вдоль стены.

— Успели? — тяжело дыша, я протянула соседке мешочек из черного бархата. — Как Густаво?

— Успели, успели, — даже не взглянула на меня Марен и схватила толокнянку. — Умирает он. Как еще? Но это мы сейчас исправим.

Обижаться на грубость соседки я не стала, понимая ее состояние. Взвинченная, нервная, с искусанными практически до крови губами, она добавила последний ингредиент в варево на котле и стала его помешивать. Тихое бормотание, из которого ничего нельзя было разобрать, распространилось по комнате. И я совершенно не могла понять: это часть приготовления антидота или же сдавшиеся нервы соседки?

Решив, что отвлекать пустыми разговорами Марен сейчас не стоит, я повнимательнее рассмотрела Густаво. Одногруппник стал выглядеть гораздо хуже. Верхняя его губа посинела, а нижняя приобрела яркий красный оттенок. Дыхание стало прерывистым и практически незаметным. Я вначале даже подумала, что он все. Умер.

Сглотнув тугой ком в горле, я тряхнула головой. Усталость физическая и эмоциональная давила на меня каменной плитой.

Я, откинув пряди волос со лба, прошла к своей кровати и устало присела. Даже сняла туфли, что для меня совершенно неестественно. Не скажу, что ноги устали, но хотелось, чтобы они почувствовали свободу от обуви.

— Антидот готов? — забравшись на стол, Виски с любопытством наблюдал за Марен.

— Готов, — соседка перестала помешивать сладко-пахнущую жидкость в небольшом котелке и вынула из ящика пузырек.

Перелив в маленький сосуд вязкое варево, неопределенно черного цвета, она поспешила к Густаво. Присев у его изголовья, Марен приподняла голову друга и поднесла к пересохшим губам пузырек.

— Давай, мой хороший, постарайся сделать глоточек, — ласково заговорила она.

— А антидот разве не горячий? Густаво не обожжется? — уточнила я на всякий случай.

— Нет. Он тепленький. Все будет хорошо.

— Густаво без чувств, — обеспокоенно заметила я и поспешила к соседке. — Давай, я попробую приоткрыть его рот.

— Я тоже могу помочь, — предложил Виски и продемонстрировал острые когти.

— Не до твоих глупых шуточек! — рыкнула на него взвинченная Марен.

— Это не шуточки, — тут же возмутился кошак и, спрыгнув со стола, поспешил к нам. — Я его цапну, он вскрикнет, а ты зальешь антидот. Так проще.

Не успели мы с соседкой возмутиться, как рыжее чудо уже запрыгнул на кровать и полоснул когтями Густаво по руке. В комнате тут же раздался болезненный тихий стон. Густаво даже глаза приоткрыл, не понимая, что происходит. На его ладони из ровного пореза стали проявляться капельки крови.

— Виски! — взвизгнула Марен, но появившейся возможностью все же воспользовалась и влила в разомкнувшиеся губы антидот.

— Что? — совершенно не понимая недовольства розововолосой девушки, кот возмущенно растопырил длинные усы.

— Мы бы и сами справились, — буркнула она, придерживая друга под голову.

— Могла бы просто сказать спасибо, — стал лениво умываться лапкой Виски. — Вот помогай потом. Даже леденцов в знак благодарности не дождешься.

— Кто о чем, а он о сладеньком, — буркнула Марен, с любовью смотря на Густаво.

Мой прохвост на это лишь закатил глаза и фыркнул, продолжив умываться.

Одногруппник с трудом проглотил вязкую черную жидкость и расслабленно провалился в сон. Я искренне надеялась, что антидот окажется быстрого действия и мгновенно поможет парню прийти в себя. Только вот все было иначе.

— Теперь нужно дождаться утра, — нежно поглаживая по синим волосам друга, устало предупредила Марен. — Завтра ему должно стать лучше.

— Может, Густво все же следует отвести в лазарет? — опять попробовала я вразумить соседку.

— В этом нет необходимости, — упрямо качнула она головой. — Сами справимся. Не впервой все же.

— Тебе нужно проверить запас ингредиентов для всевозможных антидотов, — важно посоветовал Виски. — А то нам с Есенией эта прогулочка много стоила.

— Мог бы и промолчать, — я недовольно поджала губы и выразительно посмотрела на кошака.

— А что случилось? — настороженно взглянула на меня Марен, даже перестав поглаживать по волосам Густаво.

Я не хотела ничего ей объяснять. Это касалось только нас с Виски. И словно мне в помощь раздался стук в дверь.

Он мгновенно отвлек соседку от расспросов о нашем с Виски приключении. Резко выпрямившись, Марен порывисто вздохнула. Волнение четко отразилось на ее побледневшем лице.

— Это плохо. Очень плохо. Густаво никто не должен видеть в таком состоянии, — выразительно посмотрела на меня не на шутку встревоженная девушка и судорожно убрала розовую прядь волос за ухо.

Я тоже чувствовала нарастающее волнение. Ведь если Густаво кто-нибудь увидит практически в предсмертном состоянии, не поздоровится не только Марен, но и мне. А я так хотела спокойно отучиться хотя бы один семестр. Но где уж там! Проблемы меня подстерегают на каждом углу!