Охотницы Ночи

Глава 12. Сектанты из Иллинойса

"Ад не всегда приходит с рогами. Иногда он приходит с брошюрой и улыбкой."

Дождь в Иллинойсе шёл так, будто не собирался останавливаться. Серые поля, мокрые деревья, и дорога, словно растворяющаяся в тумане. Софи уставилась в окно, подёрнутое каплями. Машина Руби мчалась сквозь эту слякотную пустоту.

— Ты уверена, что это не просто городские чудаки? — пробормотала Софи, листая найденную распечатку форума с названием "Дети Закатного Света".

— Уверена, — отрезала Руби, не отрываясь от дороги. — Пропало шестеро подростков за два месяца. Все — из благополучных семей. Все — после “ретритов очищения”. Никто не вернулся.

Они прибыли в маленький городок Сидар-Холлоу. Внешне — милая американская провинция: белые заборчики, фермерские дома, улыбающиеся лица. Но улыбки были… неестественными. Слишком широкими. Слишком одинаковыми.

— Ну привет, “Сайлент Хилл с вайбом стартапа”, — шепнула Софи.

Их встречала Мириам Лоусон, лидер местной общины. Женщина лет пятидесяти, с глазами, как у стеклянной куклы.

— В нашем поселении все находят покой, — сказала она. — Особенно те, кто ищет смысл в мире, полном лжи.

На столе — чай, домашние пироги, брошюры с названиями вроде "Очищение души" и "Свет последнего Заката".

Руби держала руку возле скрытого ножа.

— А у вас часто гости остаются? — спросила она.

— Мы не держим никого против воли, — ответила Мириам с улыбкой. — Просто некоторые… уже не хотят возвращаться.

Досье: Культ "Дети Закатного Света"

Основание: 1974 год, Иллинойс. Проповедник Амос Лоусон утверждал, что услышал "песнь бога сквозь пепел".
Учение: Мир близок к «Третьему Погружению», после которого только "чистые сосуды" обретут бессмертие. Остальные — пища для «Солнца Заката».
Ритуалы: Кровавые очищения, «омовения боли», практика молчания на 33 дня.
Подозрения: Исчезновения, поджоги, массовое отравление в 1999 году. Культ якобы распался. На деле — просто ушёл в тень.
Существо, которому поклоняются: "Залкаш" — древняя сущность из апокрифов дохристианской эпохи, питающаяся страданием и послушанием.
Особая опасность: Культисты полностью преданы. При распаде структуры они часто совершают самосожжение или самоубийство с призывом.

На закате их пригласили на "вечерний круг света".

Поле за городом. Факелы. Пение. Люди в белых одеяниях. А в центре — тотем из костей, скреплённых человеческими волосами.

Софи тихо сказала:

— Это не религия. Это живое заклинание. И мы уже внутри.

Обряд начался. Они пели слова, которые не были ни на одном языке мира. Воздух сгустился. Туман становился красным. Из тотема потянулось нечто — форма без формы, напоминание страха, который бывает только во снах.

Софи вытащила зажигалку и бутылку со святой водой. Руби — серебряный пистолет с солью и рунами.

— План? — спросила младшая.

— Как всегда. Уничтожить источник и молиться, чтобы никто не съехал с катушек.

Ритуал прервался, когда в тотем вонзилась пуля. Крики. Пламя. Люди начали метаться, кричать, но никто не убегал. Они радовались. Они смеялись, даже сгорая.

Существо взревело. Оно не было материальным — но всё равно чувствовало боль.

Софи прыгнула в центр, забрызгала тотем святой водой и прочитала «обратное призывание». Голосом, который будто не принадлежал ей.

Тьма втянулась в себя. Последний культист — старик с пустыми глазами — шепнул:

— Вы не остановили его. Он уже внутри других.

Позже, у мотеля:

— Чего я не понимаю, — сказала Софи, — так это как можно смотреть в лицо чудовищу… и улыбаться.

Руби посмотрела на дорогу.

— Потому что иногда чудовище обещает не боль. А смысл.

И это, пожалуй, самое страшное.