Охотницы за сардиями или "Люди в чёрном" отдыхают

Глава 8

Неожиданное происшествие по дороге в Алушту.

- Как ты меня узнал? Ничего, что я на «ты»? – усаживаясь в серебристую «Ладу» рядом с водителем, спросил Лисовой у Стрелкова.

- Не возражаю. Очень просто, - трогаясь с места, ответил тот. – Нам прислали твою фотографию.

- Слышь, практикант? – повернулся Женя к Славе. - И тебе можно на «ты». Терпеть не могу эти приседания.

Слава уже забрался на заднее сидение и во все глаза смотрел на Лисового. Стрелков, конечно, тоже был парень крепкий, но в питерском опере, помимо атлетической фигуры и рельефных мышц, было что-то еще. Внутренняя сила. Стержень. Но всё это не отпугивало, не настораживало, а наоборот, располагало к себе с первых минут.

- Конечно, - кивнул он.

- Фотограф? – Евгений развернулся к парню, сидящему на заднем сидении.

- С детства увлекаюсь, - молодой человек смутился, но потом добавил. - А в полиции не оперативником хочу быть, а экспертом-криминалистом. Нравится мне фотографировать место преступления. Это же так интересно: положение тела, орудие убийства...

- Хм… Похвально. А ты уже и на месте преступления побывал?

- Ну, да! – неизвестно чему обрадовался Слава.

- Ну-ка, ну-ка! Где? Когда?

- Да вот, когда девушка на рынке умерла... ну, одна из этих... – и он посмотрел на Стрелкова, боясь сболтнуть лишнего.

Стрелков помрачнел, делая вид, что следит за дорогой.

- Побывал он, побывал. Фотограф… Эксперт-криминалист, - недовольно проворчал Геннадий и тяжело вздохнул.

- Что-то не так? – Лисовой переводил взгляд с одного на другого, пытаясь понять, в чём дело.

- Да нет. Просто… Что об этом сейчас говорить? Вот в отдел приедем, там всё и расскажем. Тут ехать осталось всего ничего.

- Отлично. Тогда давай сразу в отдел. – Кивнул Лисовой и подмигнул мальчишке-фотографу.

Стажёр ему сразу понравился. Видно, что в органах молодой человек недавно. Нет в нём ещё этой гадкой привычки на всякий случай подозревать всех и вся. Когда-то и он таким был. Искренним. Наивным…

- Сумку в гостиницу не хочешь закинуть? – спросил Стрелков уже вполне дружелюбно.

- Нет. У меня тут в сумке презент из Питера для Пестуна и оперов.

- Простава, что ли?

- Фу, Геннадий... Я же говорю – презент.

***

- В Крыму первый раз? – спросил Гена после долгого молчания, за время которого гость из Питера даже успел вздремнуть.

- В юности отдыхал частенько, - Лисовой потянулся и потер ладонями лицо. - Чуть ли не каждый год. Последний раз был во Фрунзенском лет этак семь-восемь назад.

- А потом?

- Потом катался по ближнему зарубежью.

- То есть?

- Абхазия, Адыгея.

- И как?

- Отдыхать везде хорошо. Даже дома на диване. – Мечтательно сказал Лисовой.

- На работе запара?

- Не то слово…

- Чего тебя тогда к нам дёрнули? – проворчал Гена.

- Не просто дёрнули, - опер ухмыльнулся. – Из отпуска дёрнули…

- Надо же, - лицо водителя стало настолько выразительным, что Лисовой решился высказаться прямо, без обиняков.

- Ген, да я всё понимаю. Сам такой, честное слово, но ты поставь себя на моё место. Я вам, что кость в горле, вроде как не доверяют вам, а мне-то каково? Начальнику сам Касьян позвонил, попросил о помощи. И тут уж от меня, сам понимаешь, ничего не зависит. Кстати, у нас «девятка» на хвосте. Заметил?

- Где? – завертел головой Слава.

- Вон.

- Давно? – Стрелков нахмурился – питерский опер не промах, внимательный, ладно – один ноль в его пользу.

- Прилично.

- Местные джигиты, – отмахнулся Стрелков, заметив, наконец, машину. - Вечно торопятся. Типа все ползут, только они одни едут. Вот как я их пропущу? Тут даже обочины приличной нет, прижаться негде...

В это время они сделали очередной поворот и поехали по прямой, что длилась не больше полукилометра. «Девятка», не смотря на сплошную линию, пошла на обгон и резко затормозила, перекрыв им путь. Стрелков выругался. Из тонированной машины выскочили двое. Опера переглянулись, думая об одном и том же – есть ли внутри «девятки» кто-то еще? Мужчины – один плотный, с короткой стрижкой и гладко выбритый, другой – худощавый с бородой, решительно направились к ним.

- Уточкин, сиди тихо, понял? - бросил Стрелков, собираясь выходить из машины.

- Эй, братан! Что за дела!? Почему не пропускаешь?

Бородатый рванул дверь с Гениной стороны, и, схватив Стрелкова за футболку, дёрнул его на себя под треск рвущейся ткани.

- Славка! Сиди, не рыпайся! – выскакивая из машины, крикнул Лисовой. - Ребята! Ребята! Спокойнее давайте!

Женя попытался подойти к тому, кто вытаскивал Гену из машины, но ему помешали. Второй мужчина - невысокий, крепенький и коротко стриженный, вальяжно преградил ему путь.

- Не лезь, да? – грубо сказал он Жене.

Лисовой сделал вид, что послушался, сам же бросил взгляд на Гену, с удовольствием отметив, что тот уже держит напавшего за запястья.

- В чём проблема? Ты меня обогнал? Вот и поезжай дальше, - пытался он урезонить бородача.

В какой-то момент Лисовому и правда показалось, что дело-таки кончится легким испугом, но бородач вдруг неожиданно дёрнул Стрелкова на себя и ударил коленом в живот.

- Ну, извините, ребята! – зарычал Гена, стараясь восстановить дыхание. - Сами напросились!

Коренастый по-прежнему стоял, преграждая Лисовому путь. Он словно отмер, восприняв отчаянный Генкин рык как руководство к действию, но было слишком поздно. Женя уже замахнулся с левой руки в челюсть, и, отправив противника в нокаут, едва успел подхватить, чтобы положить обмякшее тело на асфальт. Умрёт ещё, ударившись головой… Этого только им сейчас не хватало!

Слава ёрзал на заднем сиденье, будто на раскалённых углях. Нет, он не был робкого десятка, просто так сложилось, что ему самому никогда ещё не приходилось участвовать в уличных драках. Но это не значит, что не хотелось! После того, как питерский опер уложил коротышку, он больше не мог терпеть - схватил фотоаппарат и выскочил из машины. Мужчина, державший Гену, бросился на Лисового, но тот, слегка отклонившись, встретил бородатого уверенным свингом в корпус. Противник согнулся. Женя с лёгкостью заломил ему руку за спину. Тот взвыл.