Охотник и змеелеопард

Глава 6. История Зимки

С утра был обычный пасмурный осенний денёк, на улице моросил дождь, временами превращаясь в ливень. Но день перестал быть обычным и однообразным, когда нам объявили:

- Сегодня у меня для вас новость – мы переходим к практике. Каждому будет выдана клетка с соблевыдрой, которая будет жить у вас год. За это время вы должны изучить этого коварного и опасного зверька, чтобы знать все его слабые стороны. Кормить нужно не чаще раза в месяц, если реже – помрёт от голода, и вам это не будет засчитано, как прохождение первого задания, если чаще – соблевыдра войдёт в полную силу, и с ней нелегко будет справиться. Через год вам предстоит их одолеть, а полученный трофей – шкурку, можете оставить себе в качестве дополнительной брони. Не приручаются, не укрощаются, для особо одарённых говорю, – заметил учитель-охотник, недовольно посмотрев в мою сторону, - Теперь идите в музейную пещеру и получите своих зверей. Выбирать не получится, каждая клетка накрыта чехлом, который можно будет снять дома. А то были до вас любители часами изучать, какая зверюга мельче или какая менее агрессивная. Все они одинаково быстрые и злобные. Так что клетку, которая открывается ножом, я бы сейчас открывать не советовал.

Все пошли в нужную пещеру. Кроме меня было ещё двое учеников. Каждому выдали по соблевыдре в клетке, обмотанной тканью. Ткань была изрезана острыми когтями, местами разорвана зубами, но разглядеть зверька внутри было проблематично.

- И ещё. Выдрылей запрещено выносить за переделы дома, даже во двор и на балкон. Им не обязателен свежий воздух, да и вам не следует к ним привязываться. Поэтому на каждой клетке установлен чип, который присылает данные о её нахождении мне. Так что никаких прогулок. – сказал учитель, ища тяжёлым взглядом недовольных и желающих с ним поспорить. Не нашел таких и продолжил. – Пальцы в клетку не суём, если не хотим их лишиться. Надеюсь, все помнят про пираньи зубы и острые когти. Если вдруг забыли, можете полюбоваться во что они превратили прочную ткань, которую используют для приготовления бронежилетов. Такую пуля не пробьёт, но соблевыдрам и она нипочём. От чехла одни лохмотья остались. Так что тащите клетку за колечко, специально для этого предназначенное, а чехол можете не трогать, до завтрашнего утра выдрыли его полностью в клочья раздерут. Но если смелые есть, можете и рискнуть.

Все разошлись по домам со своими клетками. Я поставил клетку на тумбочку и задумался, что делать с чехлом. Руками снимать рискованно, время от времени из клетки высовывалась лапа с острыми когтями и утаскивала очередной кусок материала. А взглянуть на зверька хотелось поскорее, до того момента, пока она сама разберётся, пройдёт уйма времени. Прошёлся по дому в поисках предмета, который мог бы помочь мне распаковать соблевыдру. Нашёл кочергу, достаточно прочную, чтобы её не поломали, и при этом не острую, а, значит, не опасную для соблевыдры.

Под возмущённое фырканье и шипение начал отцеплять от клетки остатки чехла. Время от времени между прутьями просовывались лапы и атаковали наглую и страшную кочергу, посмевшую трогать клетку соблевыдры. В итоге железка обрела очень много царапин, но атаки выдержала и снять чехол помогла.

Перед взглядом предстал синий взъерошенный зверёк, шипящий и прыгающий на прутья в попытке напугать. Тогда у меня возникли первые сомнения. Получится ли с ней подружиться? Не кинется ли на меня с такой же яростью, как сейчас, если выпущу из клетки?

- Может, голодная? И чем тебя кормить? Нам не сказали. Давай я тебе на выбор несколько продуктов положу, а ты съешь то, что больше понравится.

При помощи кочерги положил в клетку на выбор рыбку, котлету, яблоко и кисть винограда. Соблевыдра выбрала яблоко и виноград. Котлету и рыбу из клетки хвостом выбросила.

- Сколько раз тебя кормить, я не знаю. Один раз в месяц – это не серьёзно. Так что, как проголодаешься, свисти или фыркай, что у тебя там громче получается.

Никаких знаков по поводу еды я так и не дождался. Когда я не подходил близко к клетке, зверёк сидел где-нибудь в уголке или ходил туда-сюда. Стоило подойти к тумбочке, и начиналась паника, сопровождаемая громким фырканьем, метанием по клетке, прыжками на решётку и грызением прутьев. Решил сделать ей двухразовое питание, от третьего раза она отказалась сама.

Через неделю соблевыдра стала меньше возмущаться на моё приближение. Всё ещё фыркала и металась, но пугающие выпады уже не делала. Я пробовал давать ей игрушки, всякие мячики и пушистики с перьями. Первые уничтожались за считанные секунды и выбрасывались хвостом в виде горстки мусора, вторые тщательно обнюхивались, а потом тоже вылетали за пределы клетки. Поэтому игрушки я ей стал приносить из леса. Жёлуди, орехи, камушки, шишки, хвоинки, листочки – всё это соблевыдра принимала и тащила в гнездо, сооружённое из обрывков чехла.

Порой я наблюдал за ней, сидя на стуле рядом с тумбочкой. Синюю зверушку это злило, особенно если я протягивал руку слишком близко к клетке. Это воспринималось, как угроза, и соблевыдра грозно шипела, иногда для убедительности вставая на задние лапки.

Спустя пару недель она стала делать вид, что меня не замечает. Умывалась, ела или просто сидела где-нибудь в уголке и в мою сторону даже не смотрела. Но, как оказалось, её расслабленность была напускной. Я попробовал дотронуться до прутика клетки и еле успел отдёрнуть руку. Соблевыдра синей молнией метнулась в мою сторону и попыталась дотянуться до моей руки лапой с острыми когтями. Дотянулась только до тумбочки и оставила на ней пять заметных царапин. Она всё ещё считала меня врагом и расценивала приближение к клетке, как нападение.