Охотник на лис

ГЛАВА 12.

По дороге мы несколько раз останавливались, чтобы перекусить и выпить кофе. Также, один раз посетили обычный рынок, приобретя мне белье и одежду. Честно говоря, выбирать трусы под пристальным взглядом Волка было так себе занятие. Краска то и дело приливала к моему лицу и не выдержав в один момент, я грубо попросила мужчину пойти прогуляться. Естественно, он ответил мне отказом, шепнув на ухо, что я должна находиться в поле его зрения и что ему очень интересны мои предпочтения в нижнем белье, отчего я покраснела ещё больше.

Добравшись до нужного города, мы сняли комнатку в простом отеле и разместились.

— В душ первая пойду я. – безапелляционно высекла я и, взяв полотенце, направилась в ванную комнату.

— Спинку потереть? – хитро прищурился зверь.

— Обойдусь. – нахмурила я брови и, вскинув подбородок, оставила мужчину одного.

Боги! Как же было приятно стоять под тёплыми струями воды, смывая с себя грязь и усталость от дороги. Такое блаженство я испытывала, наверное, лишь попив воды после снотворного. Вымыв волосы вкусно пахнущим шампунем, я удовлетворенно вдохнула, впитывая в себя аромат и вернулась под приятные струи.

Намыв всю себя, и обтеревшись полотенцем, я накинула на себя предусмотрительно купленную простую голубую тунику, доходящую мне почти до колен. Она прекрасно могла заменить и обычное платье, и ночную рубашку.

Когда я вышла из ванной, отметила, что Волк сидит за накрытым к чаю журнальным столиком и задумчиво смотрит в окно. Видно, мысли завели его очень далеко, раз он не сразу заметил мое присутствие.

Я подошла ближе к столу и мужчина повернул ко мне голову, пронзая взглядом металлических глаз. Он осмотрел меня с ног до головы и произнес:

— Миленько. Садись.

Я послушно присела в кресло перед столиком и потянулась за чайником, чтобы разлить напиток по чашкам. В нос ударил запах чая с лимоном и мелиссой, приятный аромат.

— Как ты попал в компанию? – вдруг задала я вопрос. Волк приподнял брови и уставился на меня долгим внимательным взглядом. — Ну а что? Должна же я знать хоть что-то о том, кому доверила свою жизнь.

После тяжелого вздоха, мужчина снова отвернулся к окну и тихо начал свой рассказ:

— Здесь правильнее спросить не как я попал к Земскому, а когда моя жизнь свернула на эту дорожку. Наверное, ты знаешь, что я служил в спецподразделении и делал внушительные успехи. – я, не сводя с него заинтересованного взгляда, лишь кивнула, а он продолжил. — Так вот. Ты говорила о справедливости. В жизни ее ничтожно мало, почти не существует. И в один прекрасный момент я в этом убедился.

Волк грустно усмехнулся, а в серебристых глазах образовались пустота и разочарование, словно он окунулся во что-то очень неприятное из прошлого.

— Я всегда исправно выполнял приказы начальства, действовал по закону и в боевых ситуациях старался обойтись без потерь или сократить до минимума. За время службы я успел получить звание майора и в моем командовании появился отряд, состоящий из смелых и хороших ребят. Однажды я поймал местных командиров на махинациях с государственным финансированием и превышении полномочий. Естественно, молчать я не смог и высказал все, что об этом думаю. Надо мной лишь посмеялись, объяснив, что попробуй я только доложить об этом наверх, меня сразу же уволят с меткой, как предателя, а в целом мне просто никто не поверит. Я скрипнул зубами, но отступил на время, приняв решение побольше присмотреться и найти реальные доказательства нарушения законов. Но после этого, меня и мой отряд направили в горячую точку с целью обезвредить боевиков и эвакуировать остатки мирного населения. И вот когда мы вошли в старое почти разрушенное здание, начали собирать людей и только стали их выводить, мой товарищ из командного центра сообщил, что был получен приказ начать бомбардировку нашего района, не смотря на наш отряд и невинных людей, объясняя это тем, что рядом противники и нельзя дать им возможность выжить. Чудом мы успели вывести мирных, но несколько моих подопечных погибли. – он нахмурился и сжал челюсти и кулаки так, что суставы затрещали. Было видно, что боль потери до сих пор никуда не ушла. Я положила ладонь на его руку и немножко сжала в знак поддержки. А мужчина слегка удивленно посмотрев на мою руку, продолжил. — Когда мы прибыли в штаб, начальник не скрывал удивления, что я жив, а я ярости и гнева. Едва не забил его до смерти, ребята остановили. Ведь я знал почему он отдал такой приказ. Потому что я слишком много знал и представлял угрозу. Естественно, когда начались разбирательства, я рассказал все, но система прикрывает своих, все знали что я прав, знали обо всем, но выкинули меня как ненужную псину, лишив карьеры, звания и самого себя. И тогда я понял, что справедливость – слишком эфемерное понятие. В нашем мире столько мразей, что и не сосчитать, деньги, власть… Вот к чему все стремятся. И тогда я озлобился и понял, что лучше стать таким как они, сковать сердце и разум, заледенеть, какая разница? Одной тварью больше, одной меньше. Я ничего не смогу изменить.

Волк выдохнул и не глядя на меня погладил большим пальцем своей руки мою ладонь. Такое легкое и нежное движение заставило сердце ещё быстрее забиться, добавляя к чувству сопереживания что-то новое, неизведанное и щемящее.

— Я понимаю тебя. И сочувствую… Очень. – заглянула я в печальные серые глаза. — Но ты не прав, не стоит опускать руки. Ведь поэтому среди людей так много плохих, потому что хорошие слишком рано отчаиваются. Не могу утверждать, что смогу когда-нибудь до конца тебя простить и понять твои последние поступки. Я любила своих родителей, а ты принял участие в их смерти. И сколько ещё было таких людей, которым ты принес боль… Но с уверенностью могу сказать, что если ты решишь пойти против системы, я поддержу, помогу и буду рядом как верный соратник.