Охотник на оборотней

Глава 6

Элинор очень жалела, что не обменялась с Мэттом номерами телефонов и теперь совершенно не представляла, как отыскать его в огромном мегаполисе. Можно, конечно, было попытаться поискать тот самый «умный дом», дорогу от дома Мэттью к офису «Блэквайтов» она, как ни странно, запомнила. Был бы у нее байк или, на худой конец, велосипед, можно было бы и прокатиться. Или тогда уже брать такси, но Элинор, подумав, все же решила пока обойтись без визитов в «умный дом», уж очень неоднозначные впечатления оставило у нее жилище Далтона.

Ей казалось, что-то все время ускользало от нее, словно она пыталась ухватить обрывки воспоминаний за… лапу. Точно, лапу! Мягкую и шелковистую лапу, она даже помнит ее в своей ладони, и эти ощущения были очень приятными, не такими, конечно, как от поцелуев Мэтта…

Стоп! Так они целовались или нет? Если нет, то очень жаль, значит, Элинор будет теперь еще сложнее в кого-то влюбиться после таких сновидений. При одном лишь воспоминании, какие во сне у него были твердые, требовательные губы, как он придерживал ее голову, зарывшись рукой в волосы, а она поглаживала затылок, коротко стриженный, и от этого приятно покалывающий пальцы, внутри сладко растекалось восхитительное тепло. У нее даже мурашки побежали от того, что она представила перед собой этот затылок…

Так дело не пойдет, нужно отвлечься и не думать о Мэтте, лучше скорее поменять сережки, чтобы можно было вернуть бриллианты Далтону. А заодно спросить, куда он дел ее собственные, подаренные родителями на пятнадцатилетие.

Элинор завернула в торговый центр, в первом попавшемся отделе бижутерии выбрала недорогие сережки и тут же решила заменить ими далтоновские серьги. С некоторым сожалением поразглядывала свое отражение, любуюясь сверкающими искорками, а затем решительно вынула бриллиантовые «гвоздики». И едва не ошалела от того потока воспоминаний, что хлынул в ее сознание, сметая хлипкие нагромождения обрывочных воспоминаний.

Мэтт правда целовал ее, да так, что у Элли от терпкого послевкусия этих поцелуев подкашивались ноги. А еще она помнила желтые продолговатые хищные глаза в кромешной тьме, следящие за каждым ее движением. И эти забавные полупризрачные шестилапые создания, как они назвали себя… Хэнки! У них еще такие длинные, абсолютно непроизносимые имена, Элинор запомнила лишь первые слоги — Ош и Эш. И такое же невероятно длинное, непроизносимое имя хозяина дома — таинственного Охотника, хоть Мэтт в свою очередь утверждал, что дом принадлежит его другу. Но разве друг не может быть Охотником? Другое дело, что хэнки назвали Элинор хозяйкой, почему?

И вновь ни одного ответа на вопросы. Потому что ответить на них мог только один человек — Мэттью Далтон. Элли аккуратно завернула бриллианты в предложенную консультантом упаковку, купленные серьги продела в уши и направилась к выходу.

Стоило ей выйти из здания, как сзади послышалось знакомое урчание, переходящее в рык, а вокруг разлился знакомый умопомрачительный запах. «Мэтт!»

— Элли! А я тебя ищу! Чуть мимо не проскочил! — Далтон широко улыбался, но стоило Элинор повернуться к нему, улыбка тут же сменилась хмурой миной. — Ты зачем сняла серьги?

— Вот о них я и хотела с тобой поговорить, Мэттью. Что это за сережки? Откуда они взялись?

— Это мой подарок, Элли, — Далтон выглядел рассерженным, но Элинор не собиралась сдаваться.

— Это бриллианты, Мэтт, это очень дорогой подарок! Я не могу его принять!

— Послушай, Элинор,  — Мэтт заговорил так серьезно, что она тут же осеклась, — ты должна немедленно надеть их снова. Дело в том, что…

И тут с противоположной стороны дороги послышался странный шум, Мэтт обернулся и вмиг слетел с байка, Элинор тоже обернулась и увидела… волка. Точнее волчонка, почему-то она сразу поняла, что он хоть и волк, но маленький. Звереныш бежал на них, повизгивая, чуть скособочившись, поджимая хвост и заплетаясь лапами. Мэтт взметнул руки, очертания предметов обострились, и мир замер, как будто кто-то невидимый нажал на «паузу».

Люди, машины и даже само время остановилось, Элинор вспомнила, что уже было такое, там, в офисе компании  Black&White Steel Industry Minerals, когда молодые Блэк и Уайт едва не вцепились в глотки друг другу. Сейчас она с интересом смотрела по сторонам — там пожилой мужчина собрался переходить дорогу, да так и завис на тротуаре с занесенной ногой. Молодая пара усаживалась в автомобиль, а теперь словно застряла, погрузившись лишь наполовину. Улыбающийся мальчишка поднял руку для приветствия и застыл, похожий на голографический снимок.

Элинор стало не по себе. Теперь ей казалось, что у нее уши забиты ватой, а Мэттью и волчонок двигаются, как в замедленной съемке.

Мэтт коротко выкрикнул что-то на непонятном Элли языке, байк Далтона вытянулся в длину, черный ягуар на раме начал расползаться и закрыл собой полностью всю машину. Миг и огромный черный зверь грациозно взлетел в прыжке, приземляясь рядом с Мэттом.

— Морис! — скомандовал Мэтт, и ягуар бросился наперерез волчонку, ноги Элинор вовсе перестали ее слушаться, и она с размаху села на асфальт, сжимая виски. Краем глаза она заметила женщину, бегущую за волчонком, но ведь люди все вокруг превратились в застывшие голографические снимки, почему эта женщина не стала, как они?

А Мэттью развел руки в стороны и ждал. Морис гнал животное прямо на Мэтта, и Элинор внезапно стало так жаль маленького волчонка, что у нее даже слезы подступили, но она не могла пошевелиться, не говоря о том, чтобы вытереть глаза.

Морис — выходит, Морис это черный ягуар? — зарычал, волчонок взвизгнул и с таким же пронзительным визгом влетел прямо в распахнутые обятия Мэтта. Короткая вспышка, Элинор зажмурилась, а когда открыла глаза, вокруг снова все ожило, люди бежали по своим делам, потоком текли машины, а по обочине тротуара шел хмурый Мэттью Далтон с маленьким мальчиком на руках.

Мальчугану было от силы года три, он был чернявеньким и темноглазым, малыш тер кулачком глаза и так красноречиво оттопыривал нижню губу, что Элинор, наученная опытом обращения с малолетними многочисленными сестрами и братьями, сразу поняла — мальчишка намеревается долго и безутешно рыдать.