Охотники и жертвы

Глава 2

Утро началось вполне обыденно – когда я спустился на кухню, учитель уже сидел за столом, попивая странный напиток, который он называл чаем. Учителю его подарили во время одного из путешествий. Как-то раз я попробовал это варево, и оно показалось очень странным. Перед ним лежало несколько бумаг, карта нашего королевства и его записная книжка. За те семь лет, что я живу с ним, мастер Гуддуз сменил несколько тетрадей для своих записей. Правда, читать то, что там он мне никогда не позволял. Возможно, кроме всех рисунков, записей о монстрах, которые он делал – видел я все это мельком и только пару раз – в них содержалась и другая информация, личного характера.

 — Мастер Гуддуз…

 — Не называй меня так, мальчик, я не мастер. И просил я тебя об этом много раз.

 — Хорошо, учитель.

 — Что ты хотел сказать? – он положил чашку и уставился на меня. Иногда я забывал, что он молод и даже слишком: мы собирались отмечать его тридцатилетие через несколько месяцев.

 — Почему их было двое? Мананангалы ведь не живут стаями и по природе одиночки.

 — Не знаю, как раз пытаюсь в этом разобраться, — он собрал бумаги вместе, освободив немного места. — Бери завтрак и садись, мне понадобится твоя помощь.

 Он редко советовался со мной в чем-то, поэтому такое проявление внимания заставило разволноваться. Очень быстро я приготовил себе кашу, взял ломоть хлеба, налил воды из кувшина и сел. Все это время учитель следил за мной, будто что-то оценивая. Местами его поведение напрягало, казалось, что он пытается прочесть мою душу. Но в отличие от других учителей, о которых я слышал, мастер Гуддуз меня ни разу не бил и не наказывал, даже тогда, когда я этого заслуживал. Он лишь качал головой и показывал свое разочарование, но вслух не произносил. В такие минуты я хотел, чтобы меня избили, но доверие ко мне не теряли. 

 — Итак, их было двое, как ты правильно заметил. И это странно. Но есть еще несколько интересных моментов,— учитель указал на гору исписанных листов. – Это письма других охотников и здесь сказано, что в разных частях Краллии замечены и убиты мананангалы...

 — Которые тоже охотились стаями, — докончил я.

 — Правильно. Если хочешь, можешь прочитать их. Вдруг найдешь что-то, что я упустил.

 Я последовал его совету, но сомневался, что найду нечто новое. Мастер Гуддуз продолжал изучать карту, на которой он нарисовал круги, отмечая места охоты и цифры, указывающие на количество убитых монстров. Краем глаза я следил за тем, как он делает заметки в дневнике. Острые скулы, тонкий нос, пепельно-черные волосы и такого же цвета глаза. Нас, охотников, не любят, но я не мог не заметить, как многие дамы не могут оторвать глаз от него. Честно говоря, я этого не замечал, пока об этом не сказал Тирин. Как-то раз, когда мы с моим другом детства болтали, он пошутил, что не только девушки Деха, но и всей Краллии тают при виде молодого охотника. Тогда я посчитал это заявление абсурдным, но потом понял, что отнесся к Тирину несправедливо — и в самом деле все дамы не скрывали своего интереса к моему учителю. Интересно, замечал ли это сам мастер Гуддуз? Если и да, то никаких признаков не выказывал. Спросить у него об этом я боялся. 

 — Нашел что-нибудь?

 — Я, конечно, еще не так долго в этом деле, но вам не кажется странным, что количество мананангалов резко возросло?

 — Так и есть. Будто их кто-то разводит специально. Думаю, стоит расспросить нашего узника.

 Я не верил в положительный результат от допроса, но не стал ничего говорить. Учителю лучше знать, к тому же ночь под землей могла пойти ему на пользу. Конечно, оно не умрет даже без воздуха, воды и будет жить до тех пор, пока кто-то не насыплет соли, чеснока или пепла в его нижнюю часть. За семь лет ученичества это был второй случай встречи с мананангалом. Меня тогда удивило, как существа могут просто оставить свои ноги где-то и при этом продолжать спокойно охотиться. А потом возвращаются и снова срастаются. С той первой встречи прошло четыре года, в течение которых подобные суперсилы стали казаться мне обычными – я видел вампиров, оборотней, призраков, имел дело с различными духами, а однажды мы с Тирином вышли на поиски нинки-нанка, но оказалось, что их в наших краях не водится. Только зря в болоте испачкались. А Тирин вдобавок получил пару оплеух от своего учителя. Даже будучи лекарем, мастер Тиббин не отказывал себе в удовольствии применять крайние меры наказания, такие как тумаки и затрещины. Такими пользовались почти все наставники, но мастер Гуддуз их презирал. 

Мы выкопали монстра и приволокли клетку в подземелье – место, где мы обычно вели допросы. Звукоизоляция работала отлично – обычно наши допросы проходили шумно и нам не хотелось пугать при этом окружающих. Все знали о монстрах, знали, чем мы заняты и, несмотря на неприязнь к нашему ремеслу, наши услуги оплачивались щедро. В отличие от многих других охотников, учитель не любил показывать всем наши методы работы. И это подземелье скрывало много секретов, еще с тех времен, когда учитель сам был учеником. Его учитель умер рано и мастеру Гуддузу пришлось занять его место в двенадцать. Здесь находилась библиотека, куда я часто наведывался за новой информацией. Учитель говорил, что сам еще не прочитал всего, в то время как новые рукописи, книги, карты не переставали приходить. Еще одна особенность работы охотника – мы сотрудничаем друг с другом. Купцы, лекари, скульпторы, пекари и представители других профессий то и дело соревнуются друг с другом, новые рецепты и методы хранят в тайне, но не охотники. Мы всегда делимся информацией, которая доступна, ведь наша задача спасать людей во что бы то ни стало. Поэтому охотники всегда делятся всем новым, делают копии и рассылают всем, кому получится.

 Учитель наконец вынул кляп изо рта мананангала. Монстр был слишком слаб, чтобы сопротивляться.

 — Итак, нам нужны ответы. Почему вы гуляете стаями? Почему растет ваше число? И кто стоит за всем этим?