Охотники. Серебро и полынь

Карбон. I

— Ты не спишь.

Уверенный голос Росса окончательно вырвал меня из дрёмы, доделывая работу дорожных ухабов по моему пробуждению.

Я стянула шляпу, украдкой зевнув в неё, пока она прикрывала мой рот — хорошо, хоть челюсть не хрустнула.

Отсалютовав Россу шляпой, я оставила её на своих коленях и осмотрелась. Я узнавала эту дорогу, точнее, моя задница узнавала ямы на ней — мы были уже совсем близко к Карбону.

— Заскучал и решил специально тряхнуть фургон? — беззлобно поддела я Росса. Солнце ещё не поднялось в зенит, охотник вёл действительно быстро, и настроение моё слегка улучшилось.

— Как можно, хорошее вождение — дело чести, — серьезно отозвался он. — Просто я сказал эту фразу уже пятый раз, но не спала ты только сейчас.

Я не распознала, шутит он или говорит серьезно, но улыбнулась. Требовательно потянулась кончиками пальцев к флюориту, закреплённому в гнезде румпеля. Росс сдвинул ладонь ровно настолько, чтобы я могла почувствовать магическое напряжение в кристалле — всё в порядке, энергии там ещё на несколько таких путешествий хватит.

— Любишь всё контролировать? — спросил он, сразу же вернув руку в прежнее положение.

— Сказал человек, бескомпромиссно отобравший у меня управление, — в тон ему хмыкнула я. — Но признаю, водишь ты действительно комфортно.

Росс самодовольно ухмыльнулся и объехал очередной ухаб.

— Ладно, это милое признание извиняет тебя за то, что оставила меня в одиночестве в наш первый выезд, — не успела я возмутиться, как он продолжил, — но теперь ты побудешь прилежным штурманом и скрасишь нашу дорогу приятной беседой?

— С каких пор в обязанности штурмана входит приятная беседа? — поинтересовалась я. Я была не против «размять» голос, чтобы не появиться в магистрате Карбона, как помятая сова — но для беседы нужна была тема, и я пока не могла её придумать. Не о выборе метода построения удерживающего круга в боевых условиях же болтать?

— Ну как же, — подхватил Росс, которому, по всей видимости, тема была до отхожего места, лишь бы была сама беседа, — старинный кодекс штурманов гласит, что они обязаны развлекать возницу, подавать ему воду и провизию, поправлять шляпу при необходимости…

— Петь песни не обязаны?

— А умеешь? — заинтересованно глянул на меня Тейкер.

Я угрожающе откашлялась и громко вдохнула полную грудь воздуха. Росс шутливо поднял свободную руку:

— Убедила, оставим это для более близкого знакомства!

— Анекдотов, что ли, тебе рассказать?

— Расскажи лучше о себе, — внезапно предложил альтернативу Росс.

Настроение моментально испортилось. Лучше бы я спела.

— Сейчас въедем в Карбон и сам всё увидишь, — я помахала шляпой на себя, а затем, поддавшись хулиганскому порыву, и на Росса. — Это мой родной город, в котором я провела большую часть жизни.

Охотник кивнул, не выказав удивления.

— Ты что, справки обо мне наводил? — подозрительно прищурилась я и надела шляпу — солнце уже начало припекать голову, особо немилосердно разогревая тёмные волосы.

— Не о тебе, а обо всех студентах курса. И не наводил справки, а изучал дела — ещё при поступлении.

— Издеваешься? — возмутилась я. Ну конечно, семья Росса не из тех, кто оставит без внимания сокурсников золотого чада. — Тогда зачем мне тебе что-то рассказывать?

— Затем, что это было четыре года назад, и это сухая канцелярская информация. С настоящей тобой она соотносится только в плоскости фактов: город, дата рождения, баллы при поступлении, магический потенциал.

— Просто прекрасно, — буркнула я. — Тебе не кажется, что это немного нечестно?

— Почему это? — не согласился Росс. — Ты не знаешь, где я жил до поступления?

— В Сильверхолле, где же ещё.

— Баллы при поступлении вывешиваются в общем холле, в списке новых учеников.

— Допустим, мне нет дела до твоих баллов. Но магический потенциал — это же личное!

— С радостью сообщил бы тебе свой, но у охотников-бойцов его не замеряют. И разве это не просто цифры?

— Длина достоинства — это тоже просто цифры, но ты же не сообщаешь их каждому встречному! — не сдержалась я.

Тема была действительно интимной — магический потенциал замерялся у магов каждый год и определял количество энергии, которое маг может пропустить через себя. Ты можешь тянуть энергию хоть из самого большого и чистого алмаза, но если твои энергетические каналы похожи на сухие веточки перекати-поля — сильных заклинаний тебе не сотворить. Их можно раскачать, как раскачивают мышцы, но иногда один процент таланта может перебить девяносто девять процентов усилий.

Спрашивать о магическом потенциале, а особенно о его динамике — просто-напросто неприлично в обществе профессиональных магов.

Росс впечатлённо присвистнул.

— Здесь напрашивается некоторое предложение, но, кажется, меня сдерживает наш договор.

Я скрестила руки на груди, перестав испытывать всякое желание исполнять роль прилежного штурмана.

— Ладно, извини. Не знал, что тебя это так заденет.

Мужчина, который способен признать ошибку и извиниться? Я заинтересованно покосилась на него.

— Что? — мгновенно среагировал Росс.

— Да так, — с сомнением протянула я. — Говоришь, видел магический потенциал каждого мага на курсе?

Охотник пожал плечами:

— Интересует кто-то конкретный?

Я задумалась на секунду, а потом мотнула головой.

— Да что уж. Скажи ты мне это пару лет назад — я бы на многое пошла, чтобы узнать эту информацию о некоторых особо дорогих мне однокурсниках.

— Сложные отношения?

— Не то слово, — оскалилась я, вспоминая Штормбрингера и его любимчиков на уроках магии. Мне пришлось здорово потрудиться, чтобы заслужить уважение профессора. — Заклятые друзья, можно сказать. А, к гриму их! Смотри, уже подъезжаем.

Карбон вырастал на горизонте полупрозрачными силуэтами пологих холмов-терриконов. Чем ближе мы подъезжали, тем менее загадочными они становились — обрастали подробностями: вертикальными бороздами, будто вырезанными в склонах, тёмными башнями шахтных подъемников с гигантскими колёсами на них. Часть терриконов уже заросла самой живучей колючей зеленью, часть казалась мне новыми. От некоторых — или от труб завода? — шла едва заметная дымка.