Охотники. Запретная для хищника - 2

Глава 21

Тут было очень тихо, не чувствовалось ни единого дуновения ветра. Казалось, что всё застыло.

Но самым поразительным было другое.

Цветы. Словно сотканные из солнечного цвета. Или огня. Или золота, которое вдруг обрело душу и ожило. Длинные тонкие тычинки покачивались и извивались, словно крошечные змейки, и источали пьяняще-сладкий аромат, излучая слабое сияние, напоминавшее застывших светлячков. При ближайшем рассмотрении можно было увидеть, как над хрупкими бутонами кружили мельчайшие звездочки.

На мгновение я забыла, зачем мы пришли в этот лес.

И не только я.

Остальные Охотники бродили по поляне, словно зачарованные, склоняясь над цветами и вдыхая их аромат. Удивительное дело, но распустившиеся цветы не разрешали к себе прикасаться. Как только кто-нибудь подносил ладонь к их изящным лепесткам, они уворачивались или стекали сквозь пальцы, словно вода…

В какой-то момент я почувствовала сильную головную боль, пульсирующую в затылке и быстро охватившую все мое сознание, заставив буквально взвыть от отчаяния.

Оторвав от соцветий замутненный взгляд, я обнаружила, что Урду и Лойн чувствовали себя примерно так же. Они катались по земле, схватившись за головы и, казалось, потеряли связь с реальностью…

Фейн, Сейла и Эруто — лежали без сознания. В тот самый момент, когда мне показалось, что моя голова вот-вот лопнет, боль постепенно отступила.

Что за странная поляна! Надо уносить отсюда ноги, пока не поздно.

Я подошла к Фейну и склонилась. Он мерно дышал, его лицо потеряло свою обычную живость и постоянное выражение полуулыбки и стало совершенно восковым.

— Фейн? Ты меня слышишь?

Я аккуратно прикоснулась к его запястью и почувствовала слабый пульс. Жив, но почему-то ни на что не реагировал.

Я оставила его и медленно побрела к Лойну, который только-только перестал корчиться на примятой траве и пытался подняться.

Извечно смешливый и тёплый взгляд васильково-поднебесных глаз сменился на испуг.

— Что происходит, старушка? Я чуть не умер… — прохрипел он, приподнимаясь на локтях. — Где остальные?

— Они в отключке, по крайней мере, Фейн точно. Надо убираться отсюда. И ещё нам придётся вытаскивать остальных четверых.

— Троих, — поправил Лойн, поднимаясь на ноги и вытирая пот со лба. Паренёк махнул рукой в сторону и я увидела Урду, оправившегося от боли и пытавшегося привести в чувства Сэйлу. Тщетно, только мы трое смогли противостоять странному молниеносному недугу, поразившему нашу группу. Вместе с тем, произошла ещё одна странная вещь: небольшая лужайка каким-то непостижимым образом увеличилась в размерах. Теперь поле с извивающимися цветами простиралось до самого горизонта.

— Где лес и дорога? — пробормотал Урду, обводя нас тяжёлым и невесёлым взглядом, — они пропали. Вокруг только эти чёртовы цветы. Нам нужно возвращаться в лагерь и как-то вытаскивать остальных. Может отправиться за подмогой?

— Черт! Как же я сразу не вспомнил?! — Лойн хлопнул себя по лбу и поморщился. Очевидно, что затихшая боль снова эхом отозвалась в его голове.

Мы с Урду молча смотрели и ждали, что же он скажет.

— Шалле рассказывала мне об этих растениях! Эти цветы называются коркалиго. Они зачарованы, их ядовитый аромат сводит с ума любого. От них нет противоядия, но вроде бы их действие пропадает с наступлением полуночи… Я не уверен…

— Тогда мы тоже должны были сойти с ума… Так? — спросила я, прислушиваясь к своим ощущениям. Если бы не тупая головная боль на задворках моего сознания, я могла бы сказать, что чувствовала себя прекрасно и точно была в здравом уме и памяти.

— Так. — согласился Лойн. — Но я все равно считаю, что мы отравились. А знаете что самое интересное? Коркалиго не растут на обычных лугах. Шалле говорила, что их семена - это ни что иное, как высушенное и перемолотое сердце демона Тумана. Интересно, кто их тут посеял? Сомневаюсь, что демон подарил своё сердце Эрикуло или Эктуриусу.

— Кто бы это ни был, надо уходить с поляны, — прошептал Урду. — Немедленно. Только куда? Это чёртово поле повсюду, куда не кинь взгляд.

— Я думаю, это галлюцинация. На самом деле луг такой же как и был. А дорога и лес где-то рядом. Посмотрите туда, — Лойн указал пальцем куда-то вдаль. Ничего не видете?

— Вижу это проклятое поле. — процедил сквозь зубы Урду.

— Вон там синий колокольчик. — раздражённо пояснил Лойн.

Эруто и я прищурили глаза и наконец узрели голубоватый отблеск среди золотых соцветий на фоне отливающих солнцем бутонов бирюзовый огонёк выглядел блекло и даже невзрачно: он был значительно меньшего размера, но абсолютно точно принадлежал к виду Коргалиго. Об этом свидетельствовали длинные извивающиеся тычинки цвета солнца и застывшей в воздухе пыльцы, напоминающей раздробленные звёзды.

— Это царь Коркалиго. Шалле рассказывала, что это самый главный цветок в колонии. Если его уничтожить, то остальные засохнут.

— Тогда я пойду и выдерну его с корнем, — воскликнул Урду, засучивая рукава.

— Не вздумай, — Лойн схватил парня за руку, — это демонская сущность очень опасна. Её нельзя трогать. Но я точно помню, что цветок рос у самой кромки лужайки. Значит нам надо идти в его направлении, и очень скоро мы отсюда выберемся.