Охотники. Запретная для хищника - 2

Глава 24

— Я все думаю, почему нас не одурманило на поляне? А? — Лойн выкрикнул из-за спины.

— Понятия не имею, — буркнула я, не оборачиваясь. Зелье Незабвения. Пронеслось в моем сознании. Удачное стечение обстоятельств, спасшее шесть жизней. Надо будет поблагодарить Соулу при случае. — Поторопимся!

— Нет, Олли! Послушай. Тебе не кажется, это странным? Они даже Сэйлу свалили, а ведь у неё голова всегда варила — будь здоров! Более незамутнённого разума я никогда не встречал!

Мне было забавно слышать, как лестно Лойн отзывался о Сэйле, когда её не было рядом. Жаль, что я не добавила каплю эликсира в её чай. Это бы сильно облегчило нам жизнь.

Мы перешли на бег и бежали, не сбавляя темпа, примерно полчаса, останавливаясь время от времени, чтобы свериться с картой, и, наконец, обнаружили себя на краю глубокого обрыва с отвесными неприступными склонами. Он простирался вправо и влево насколько хватало взгляда и на противоположную сторону можно было добраться лишь по старому веревочному мосту.

Тут царил полумрак и тишина, солнце клонилось к закату его лучи едва пробивались сквозь густые кроны деревьев, до нас доносился лишь негромкое поскрипывание канатов. Я подошла к самому краю обрыва и отпрянула: высота была головокружительная, внизу петлял и отливал серебром небольшой ручей или речка, сложно было разобрать.

Полуистлевшие канаты и потемневшие от времени доски веревочного моста не внушали доверия.

— Выглядит не очень надежно, — Лойн пнул одно из покрытых мхом перил.

— У нас нет другого выхода. Надо идти.

— Хорошо, но я пойду первым. — Лойн отстранил меня и аккуратно ступил на мост.

Пройдя несколько шагов, он обернулся:

— А он не так плох, как я думал. Идем. — И он двинулся вперед, насвистывая веселый мотивчик.

Храбрится. Подумала я с улыбкой и последовала за ним. Конструкция моста была настолько древней, что труха сыпалась от каждого нашего самого осторожного движения, и весь он извивался, словно пробудившийся ото сна мифический змей. Я шла медленно, выверяя каждый свой шаг и стараясь не смотреть вниз… Стыдно было признаться даже самой себе в том насколько я боялась высоты. Каждый раз, когда волею судеб я оказывалась над землёй, на меня накатывало головокружение, я начинала судорожно цепляться за окружающие предметы, было сложно дышать и в груди пульсировала боль.

Так я и шла над бездной, борясь с тошнотой и едва справляясь с дрожью.

Внезапно раздался треск, мост содрогнулся, и я увидела, что перекладины надломились под Лойном и он буквально повис над пропастью, к счастью, успев ухватиться руками за канаты.

Я посмотрела вниз, картинка “поплыла” перед глазами, усилием воли я посмотрела на Лойна, который так нуждался в моей помощи. Побежала по дрожащему и трескающемуся мосту и, свесившись, протянула ему руку. Он ухватился и стал раскачиваться, чтобы зацепиться ногами и влезть обратно на мост. К сожалению, это решение оказалось для нас фатальным… Мост не выдержал и стал рушиться на глазах: лопались трухлявые канаты, полуистлевшие доски летели вниз. Доля секунды — и та часть моста, с которой мы начали свое движение, оторвалась и мы с Лойном полетели вниз.

Мой крик порвал тишину ущелья.

Еще через мгновение мы врезались в отвесную стену обрыва и отлетели назад. Еще один удар, уже послабее, и снова тошнотворная невесомость и гадкое чувство неконтролируемого полета над бездной.

Только не разжимай ладони! Только держись!

Удар сердца, еще один… К счастью, вторая половина моста осталась висеть над пропастью, и мы на ней.

Жива. И даже не падаю.

Откуда-то снизу раздался приглушенный голос Лойна.

Жив.

— Старушка, ты часом не обнаглела?

Оказалось, что Лойн висел подо мной, а мои ботинки почти касались его носа.

— Олли, ради всех волхвов, поднимайся. — он скорчил такую мину, что я невольно улыбнулась и стала карабкаться вверх.

Наконец, мы забрались на вершину обрыва и обессиленные растянулись на траве…

— Какого… черта… происходит, Олли? — произнес Лойн, тяжело дыша. — Что это… за испытание… такое? — он обернул ко мне свое лицо, в его глазах плескался ужас.

— У меня тоже много вопросов к организаторам… — я закрыла глаза. — Но это позже. Сейчас, я думаю, нам придется заночевать в лесу.

Сумерки сгущались очень быстро, дневная жара уступила место вечерней прохладе, первые звезды стали появляться на небе. Идти сейчас в лес, в котором, возможно, шныряли вервольфы было бы слишком опасно. Ночью у них были неоспоримые преимущества: прекрасное ночное зрение, звериное чутье и скорость.

Заночевать решили тут же, не углубляясь в лесную чащу, собрали немного хвороста, разожгли костер. Ночь обещала быть длинной: незнакомый лес, подозрительные звуки и крики птиц не давали уснуть. Для нас, Охотников, ночевки в лесу были обыденностью, но сегодняшние события наталкивали на мрачные мысли и наполняли мое сердце гнетущим чувством тревоги и беспокойства… Я всматривалась в темноту и ждала что вот-вот на поляну ворвутся огромные монстры со смердящими, клыкастыми пастями и исход этой схватки будет во многом предрешен. Нет, я не питала иллюзий, дядюшка научил меня правильно оценивать свои силы и просчитывать риски. Если вервольфов будет несколько… беды не миновать.