Оккультист. Чужой среди своих

Пролог

Каким бы ни был мир и его эпоха, словно непрерывный круг, существуют противоборствующие стороны. Многие из непосредственных участников уже и позабыли, а то и вовсе не знают первоначальную причину, чуть ли не стеревшуюся со скрижалей или старинных фолиантов, просто продолжая упорствовать, следуя за предками, положившими жизнь на по сути не особо нужную нескончаемую вражду. Кто-то явно не добрый будто начертал им сражаться друг с другом, отстаивать кто прав, кто виноват, выставлять врага злодеем, а себя правым. К несчастью, сей порочный, нескончаемый оборот, крайне трудно разорвать, если и вовсе не невозможно. Чем? Ну чем священники и оккультисты отличаются друг от друга? И те, и другие люди. Оба, как правило, черпают силу от веры, да, разной, но тем не менее. Что уж говорить про использование полученных сверхъестественных даров, которые даже у священников далеко не всегда идут на пользу другим. Да, оккультисты, эдакие любители нечеловеческих обрядов, вполне могут называться, мягко говоря, странными. Но свет и тьма возникли одновременно. Будучи двумя сторонами одной медали, они взаимодополняют друг друга. Отчего тогда? Лишь совсем потерявшие человечность, не прибегнув к финальному ритуалу и обладая «живым» телом, в угоду своих аморальных наклонностей и предпочтений, могут использовать других людей. Как в качестве ингредиента, так и для проверки полученных результатов эксперимента.

Однако много ли таких безнравственных личностей? Нет! Почему тогда священники так рьяно не борются с грабителями, насильниками и «простыми» убийцами? Вряд ли от того, что не хочется руки марать. О подобных личностях у них даже речи не заходит. В их глазах есть простые люди и оккультисты. Вторые достойны большего внимания, ведь они – самые худшие и бесчеловечные представители рода человеческого. Это при том, что большая их часть просто любит заниматься вызовом душ усопших для общения и пополнения знаний, скрещиванием животных или растений для выведения новых, попыток совершить нечто грандиозное, что присуще и некоторым индивидуумам среди «обычного» населения, а так же прочим где-нибудь в уединении.

Везде найдутся эгоисты. Пословица «в семье не без урода» появилась на свет не просто так. Даже священники, наделённые даром от бога, могут оказаться хуже так называемых богохульников. Вполне возможно натолкнуться на тех, кто «во имя господа» не чурается пачкать руки других, отговариваясь чем-то вроде «это во благо простых людей», «лично мы не замарали руки грязной кровью». Использование солдат для уничтожения нечестивых для них, служителей церкви, богу и святым вполне обычное дело. Они, как и многие благородные, попросту пользуются своей властью. В рядах служителей бога можно довольно часто встретить тех, кто давно бы уже избавился от своих заклятых врагов, но от этого их останавливает позволение от Архов и приближённых к ним.

Разве подобные отличаются от оккультистов? А сломанные жизни тех, кому не повезло? Бедняги, верующие в бога и святых, по неудачной шутке получившие предрасположенность к тьме? А мечтавшие исполнять «противозаконные» обряды, но «признанные» богом и дарованные его благословением? Обоих, в некоторой степени, так же вполне можно причислить к неудавшимся экземплярам. В истории известно немало подобных случаев. Однако это не всё. Существуют и иные индивидуумы. Люди, не верующие ни в кого, чья судьба, в прямом смысле этого слова, предопределяется наибольшим увлечением, по тем или иным причинам развившимся со временем или вовсе в малом возрасте. Одним из таких стал молодой человек, впоследствии оставивший не малый отпечаток в истории не просто священников и их заклятых врагов, оккультистов, но человечества в целом. А началось у него всё как раз в самом детстве. Появившийся на свет не в таких уж и плохих условиях, он уже отличался от большинства новорождённых.

~~~

«Дорогой, как назовём нашего сыночка, нашего первенца?», – спросила мать своего мужа, глядя на младенца в руках любящими глазами. Новорождённый, при появлении на свет, сразу чуть не довёл молодую пару до седых волос. Кроха не плакала, тихо, не издав ни звука, выбралась наружу без создания матери проблем. Бедные родители испугались не на шутку, но от сердца отлегло быстро, малютка был тёплым и дышал. Словно просто родился спящим. Уже тогда можно было бы смело заявить, ребёнок не обычен. Но ни мать, ни отец, даже не помыслили о плохом, скорее наоборот. Особенный.

Шли годы, плавно перетекая от одного сезона к другому. По кругу. Ребёнок рос здоровым, но довольно не общительным. С годами, всё больше и больше предоставленный самому себе, Михель, ни с того, ни с сего, начал чаще ютиться где-нибудь в углу, предпочитая заведению друзей свои собственные интересы. Любопытные взрослые, заметив дела мальца, вместо того, чтобы побеседовать с ним, только и делали, что прикрывали руками открывавшиеся рты, да таращили глаза. Прошло несколько дней, но мальчик продолжал пребывать в опасном увлечении. За это время с ним никто так и не заговорил, не проронившие ни слова, соседи просто пошли жаловаться: «Ваш Михель бесспорно отличается от других. Посмотрите на его увлечения! Откуда он о них вообще прознал? Хотите лишиться своего мальчика навсегда, продолжайте в том же духе, уделяйте всё своё время младшенькому! Будто мы не видим, как вы махнули на ребёнка рукой».

Вторые роды матери дались крайне сложно, младенец родился со слабым иммунитетом и постоянно болел, отчего на первенца внимание действительно практически перестало перепадать. Дома, да и в принципе с другими, дитя вело себя прилично, сдержанно. Может малютка мало походил на свой возраст, но разве это так уж плохо? Появившийся на свет спящим, он, когда доходило до разговоров, вполне нормально общался со сверстниками и старшими, а во время конфликтов, не грубил и не жаловался. В свои три с половиной, это золотце даже развито не по годам. Хоть и живёт в посёлке, где какие никакие, книги можно найти только у старого ветерана, с которым детям найти общий язык легче лёгкого, да библиотеке, куда наведывались лишь взрослые и подростки, коим осталось до совершеннолетия совсем ничего. Детской литературы в ней, увы, не было.