Оклеветанная невеста. В рабстве у жестокого дракона

Глава 9. Сквозь мои шипы

Я посмотрела на него сквозь частокол шипов и вдруг с изумлением почувствовала, как ледяной страх, ещё мгновение назад сковывавший сердце, вдруг начал превращаться в холодную, обжигающую ярость.

– Нет, – услышала со стороны собственный голос. Он прозвучал ровно, почти безжизненно.

Годрик замер, явно не поверив тому, что услышал. Его зрачки сузились до вертикальных щелок, в которых плескалось жидкое золото.

– Что ты сказала? – его голос стал подозрительно тихим, предвещающим бурю.

– Я сказала «нет», герцог Сальгадо, – я подняла подбородок чуть повыше, изо всех сил стараясь не пошатнуться. Меня колотило от собственной дерзости, но я ни в коем случае не хотела вновь демонстрировать свою слабость, – Я никуда с вами не пойду. И я не чья-то шпионка и уж тем более, не ведьма. Ваши обвинения просто смехотворны! Вы сами себя слышите?

– Смехотворны? – он сделал шаг в сторону, пытаясь обойти терновник, но плети тут же упреждающе зазмеились вслед за ним, мигом преградив путь. – У меня на груди твои порезы, ведьма. Ты что, решила, что это шутки?

– Очнитесь! – я была настолько вымотана, что просто не выдержала и сорвалась на крик, не зная, как ещё достучаться до этого бесчувственного и непробиваемого чурбана. Терновник отозвался угрожающим треском в унисон моему крику, – Вы сами купили меня на рынке! Мой отец выставил меня на торги, как племенную кобылу, чтобы загладить вину перед родом Арадаг! Или вы хотите сказать, что мой позор и изгнание – тоже часть чьего-то хитроумного плана?

Я судорожно вздохнула, почувствовав, как перед глазами снова плывут круги.

И тут на мгновение мелькнула странная мысль – а что, если это действительно так?

Но я только отмахнулась от неё, как от приставучей мошки. Да нет, таких совпадений не бывает.

– Вы перебили ставку того толстого торговца в последнюю секунду, – упрямо продолжила я, – Это была чистая случайность! Как кто-то мог подстроить ваш приезд на рынок именно в этот день? Как он мог заставить вас купить именно меня? Если я и шпионка, то ваш единственный «кукловод» – это вы сами!

“И ваша ослиная упёртость!” – чуть было не сорвалось с языка, но я вовремя осеклась.

Годрик замер. На мгновение в его взгляде промелькнуло сомнение – мимолетное, как тень птицы. Я с надеждой прижала руки к груди. Неужели у меня получилось донести до него хоть какую-то разумную мысль?

Но уже через секунду его лицо снова превратилось в непроницаемую маску. Желваки на скулах заходили ходуном.

– Красиво поешь, овечка, – процедил он, и я на миг увидела, как его пальцы согнулись, выпустив острые когти. – Только в этом мире нет места случайностям. Есть только враги и те, кто еще не успел нанести удар. Твоя магия – это улика. И пока я не пойму, как она работает, ты для меня – угроза.

Он снова рванулся вперед, едва не напоровшись на шипы. Колючие плети сплелись в тугой узел, защищая меня. До меня долетела обжигающая волна его ярости, в которой я вдруг ощутила и слабый отголосок сомнения.

Похоже, хоть один мой аргумент попал в цель! Правда, я до сих пор не понимаю, почему он так ополчился на магию.

Боги, я и себя-то не понимаю! Как у меня вообще удалось вызвать эти шипы?

Вот только Сальгадо никакого сомнения не показал. Или просто не пожелал показывать.

– Убери эти сорняки, – прорычал он. – Живо! Иначе клянусь всеми богами, я выжгу этот коридор вместе с тобой.

Я коротко выдохнула и выпрямилась. Кровь бурлила, словно пикировка с Годриком зажгла огонь и во мне.

– Жгите, – я смерила его ледяным взглядом. – Потому что я больше не сделаю ни шага в сторону вашей спальни. Если хотите допросить меня – делайте это здесь. Сквозь мои шипы.

Несколько секунд мы стояли в абсолютной тишине, нарушаемой только сухим треском терновника и тяжелым рваным дыханием Годрика. Пространство между нами почти ощутимо искрило.

Он смотрел на меня так, словно хотел испепелить одним взглядом, но я не отводила глаз.

Вдруг Годрик медленно опустил руки. Когти втянулись, а напряжение в его плечах спало, хотя ярость никуда не делась – она просто затаилась, как зверь в засаде. Я отчётливо чувствовала это рокочущее пламя, полыхающее в его могучем теле.

– Сквозь шипы, значит? – он вдруг коротко, зло хмыкнул. – Что, отгородилась от меня стеной и решила показать зубки? Но стены имеют свойство рушиться.

Он сделал полшага назад, увеличивая дистанцию. Терновник тут же перестал вибрировать, но шипы остались такими же острыми.

Годрик осклабился.

– Ладно. Живи пока. Твои сорняки пока спасли тебя от прогулки в мою спальню, но не надейся, что я не найду способа их обойти.

Я почувствовала, как внутри всё задрожало от облегчения. Магический барьер начал медленно таять, стебли стали прозрачными, плавно впитываясь обратно в камни пола. Силы уходили вместе с ними, и я, пошатываясь, опёрлась о стену.

Это была победа. Крохотная, но всё же победа. Вот только я не чувствовала ничего по этому поводу. Я просто ужасно устала.

Но я должна была попросить ещё кое о чём.