Оклеветанная невеста. В рабстве у жестокого дракона

Глава 20. Хозяйка поневоле

Я нахмурилась, глядя на связку. Ключей было много, но именно этот, из прозрачного камня, с огоньком внутри, выглядел чужеродным.

– Почти любую… – эхом отозвалась я, почувствовав, как внутри вспыхнул азарт исследователя. – Господин Сальгадо, ваша тяга к таинственности начинает меня утомлять. К чему эти загадки?

Годрик внезапно помрачнел. Весь его ироничный настрой испарился, уступив место какой-то тяжелой, давящей отрешенности. Он ткнул пальцем в прозрачный ключ.

– Восточное крыло. Самый верхний ярус, в конце галереи с гобеленами. Там всего одна дверь, и она обита железом. Запомни, Шантрель: туда заходить запрещено. Ни при каких обстоятельствах. Даже если тебе вдруг послышится, что за ней кто-то молит о помощи. Поняла меня?

Я скептически вскинула бровь.

– Очень логично, – не удержалась я от сарказма. – Вручить мне ключ от комнаты и тут же запретить туда заходить. Вы либо слишком высокого мнения о моей дисциплине, либо специально меня провоцируете!

Сальгадо прищурился, но на его лицо легла тень.

– Что-то я не помню, чтобы давал тебе право судить мои поступки, Шантрель, – угрожающе пророкотал он, – ты, кажется, стала забывать своё место! Мой приказ окончательный и не подлежит обсуждению. Та комната – под запретом, всё ясно?

– Да… – его неожиданно гневная отповедь сбила меня с толку. То ли я действительно зарвалась, то ли в той комнате было что-то настолько важное, что он решил заранее предупредить меня.

– Не слышу ответа! – Годрик не сводил с меня пылающего взгляда. По коже пробежал озноб, я сглотнула и поморщилась от неприятного царапающего ощущения во внезапно пересохшем горле.

– Да, мой господин, – еле выдавила я из себя.

– Так-то лучше, – тень не покинула лица Сальгадо, но по чуть смягчившемуся тону я поняла: гроза миновала, – береги эти ключи. Ты отвечаешь за их сохранность головой!

И вышел, явно нарочито громко саданув дверью. Я перевела дух и медленно выдохнула, чувствуя, как неистово колотится сердце.

Нет, он просто невозможен!

***

Следующие три дня пролетели в бешеном ритме. Годрик почти не выходил из кабинета, готовясь к отъезду: гонцы влетали и вылетали из ворот замка, как ошпаренные.

А на рассвете четвертого дня Годрик уехал.

В течение тех самых трёх дней я, не теряя времени даром, усердно работала, вооружившись связкой ключей и заручившись поддержкой Велены. С Сальгадо мы не пересекались, однако когда он уехал, я вдруг с огромным удивлением поймала себя на ощущении, что замок без него стал холодным. Огонь в каминах продолжал гореть, но жар словно испарился.

“Это всё глупости!” – сердито сказала я самой себе, – “Придумываешь себе невесть, что! Лучше занимайся делом!”

А дел была целая куча.

Первым делом я попыталась разобраться с тем, что Годрик назвал магией жизни.

Я всё еще не знала ни одного заклинания и не умела чертить руны, так что пришлось полностью положиться на интуицию. Повинуясь наитию, я спустилась в подвал, выбрала укромное место, прижала ладони к холодным камням фундамента и… услышала.

Это не были звуки.

Это было ощущение липкой, серой тишины там, где должна была пульсировать сила. Перед внутренним взором сама собой вспыхнула картинка: из моих пальцев вглубь стен выплеснулись и проросли тонкие нити, похожие на корни сорняков, которые пробивают даже самый крепкий камень. Моя магия текла рывками, неумело, заставив виски лопаться от боли, но я упрямо толкала её вперед.

Там, где нити натыкались на холодную слизь плесени или труху гнилых перекрытий, пальцы начинало покалывать, словно я коснулась крапивы.

Так я определила первые три самых запущенных места, требующих немедленного вмешательства. Уверена, что подобных мест оставалось ещё много, но я была просто обессилена.

Во-первых, дальние кладовые в северном крыле, где за стеллажами с зерном разросся черный мох. Если его не выжечь купоросом сейчас, к зиме мы останемся без запасов.

Во-вторых, прачечную, где из-за забитых стоков гниль пробралась под половые доски, и скоро пол просто провалится под ногами прачек.

И, наконец, винные погреба, где из-за отсутствия проветривания на стенах пышным цветом распустилась белёсая плесень, грозившая испортить дорогие бочки господина Сальгадо.

К слову, первым моим порывом было просто махнуть на них рукой, мол, поделом ему, нечего было руки распускать в отношении меня… но я тут же отогнала эти мысли прочь.

Я несу ответственность за замок Сальгадо, строго напомнила я себе. Мне не к лицу опускаться до такой мелочной мести.

Мне предстояло ещё одно испытание – поручить враждебно настроенным горничным заняться кладовыми, прачечной и винными погребами.

Велена собрала горничных в малом холле. Женщины выстроились в ряд, и я кожей почувствовала, как воздух вокруг них наэлектризовался. Они стояли, опустив глаза, но в этой покорности не было ни капли уважения – только холодное ожидание моей ошибки.

Та самая брюнетка, которая так напомнила мне ядовитую змею, стояла в самом центре. Она была единственной, кто не прятал взгляда. Её темные глаза смотрели на меня с вызовом, а губы были искривлены в пренебрежительной усмешке. Она словно говорила всем своим видом: “Ну же, соплячка, попробуй нами покомандовать!”