Оклеветанная невеста. В рабстве у жестокого дракона

Глава 21. Зубы овечки

Я выдержала паузу, глядя прямо в горящие ехидным превосходством глаза брюнетки.

В холле было так тихо, что я слышала собственное дыхание. Я отчётливо чувствовала не себе жадные взгляды горничных. Чувствовала, как они, затаив дыхание, ждут моей реакции. Словно молча вопрошают: ну, и что ты будешь делать? Сложишь ручки и пойдёшь ко дну или будешь действовать?

Краем глаза я следила за Веленой. Экономка стояла неподвижно. Лицо её ничего не выражало. Она не шелохнулась, чтобы защитить меня, не проронила ни слова, чтобы осадить наглую девку.

“Понятно, – отстраненно подумала я. – Помощи не будет. Похоже, она не просто наблюдает, она меня экзаменует. Совладает ли овечка с волчьей стаей или позволит себя сожрать?”

Что ж, я докажу им, что зубы у этой “овечки” оказались куда острее, чем они себе вообразили.

– Значит, списки смыло? – я обратилась к брюнетке и позволила себе понимающую, почти сочувственную улыбку. – Какая досадная халатность… как тебя зовут?

– Линда, – проронила она. В её глазах мелькнула настороженность, но она всё ещё сохраняла насмешливо-пренебрежительный вид.

– Что ж, Линда, я смотрю, ты опытная горничная. А раз так, то должна знать, что утеря списка – это серьёзное нарушение. Правильно, Велена?

Я обернулась к экономке. Та кивнула, не сводя с меня внимательного взгляда.

Спеси в выражении лица Линды мигом поубавилось.

– Не поняла, – промямлила она, – к чему вы клоните?

Я сухо улыбнулась ей.

– К тому, – я обвела взглядом притихших горничных, – что у нас назрела большая проблема. Видите ли, господин Сальгадо поручил мне не только следить за порядком, но и подписывать счета. В том числе и ведомости на оплату вашего труда.

Я сделала небольшую паузу. На лицах девушек недоумение быстро сменилось явной тревогой.

– А теперь логический вопрос: как я могу подписать выплаты тем, кого не существует в списках? – я развела руками. – Если документов нет, значит, и работа не выполнялась. Получается, что вы потратили драгоценное время на безделье и болтовню. Я не имею права тратить золото господина Сальгадо на тех, чьи заслуги “смыло водой” в прачечной!

– Вы... вы не можете этого сделать! – вдруг выдохнула рыжая горничная. Её лицо пошло красными пятнами. – Мы работали! Каждый день!

– Да-да! – подхватили остальные, – Мы все тут пахали!

– Докажите, – отрезала я. – Списка нет. Ответственных – тоже. Пока не будет проведена полная проверка каждого угла, пока я лично не оценю качество уборки в каждом помещении и не составлю свой список, все выплаты вашего жалованья будут заморожены.

Все словно помертвели. Это была не магия, а коллективный шок.

Линда, еще минуту назад чувствовавшая себя победительницей, теперь стояла бледная как полотно. От меня не укрылось, как десятки злых взглядов её товарок медленно обращаются в её сторону. Это ведь она только что хвасталась тем, что списки уничтожены!

Не скрою, при виде её бледного лица я почувствовала удовлетворение. Но останавливаться на достигнутом не собиралась. Я со скрипом брала контроль над ситуацией, но расслабляться было рано.

– Велена, – я кивнула на изящный столик в углу холла. – Убери, пожалуйста, вазу. Мне нужно место для записей. И мне понадобится лист бумаги и перо.

Экономка молча выполнила мою просьбу. Её движения были четкими, а в уголках губ, мне показалось, промелькнула тень одобрения. Но я не обольщалась.

Я подошла к столику, и она протянула мне бумагу с пером, которые, казалось, достала из воздуха.

– Подойдите ближе, – не оборачиваясь, приказала я горничным. Те, затаив дыхание, следили за каждым моим движением. – Все. Раз старые записи смыло водой, мы начнем составлять новые. Прямо сейчас.

Они потянулись ко мне. Нехотя, ворча, перешептываясь, но уже без той былой спеси. Страх остаться без кошеля с монетами оказался куда сильнее желания поддержать ядовитую на язык подружку.

– Линда, ты первая, – я вскинула на неё глаза, в которых не осталось и тени мягкости. – Раз ты у нас так любишь прачечную и воду, начнем с твоих новых назначений.

– Ты и твоя… подруга, – я указала пером на рыжую горничную, которая еще недавно так активно поддакивала Линде. – Как тебя зовут?

– Марта, – буркнула та, испуганно косясь на побледневшую Линду.

– Прекрасно. Линда, Марта, – я начала быстро писать на листе. – Ваша новая зона ответственности – прачечная. И нет, это не стирка белья. Раз там случился потоп, значит, стоки забиты, а под половицами скопилась грязь и плесень. Вы двое поднимете доски и вычистите желоба.

– Вы издеваетесь! – Линда выскочила вперед, и её голос сорвался на визг. – Я старшая горничная парадных покоев! Мои ручки не созданы для того, чтобы ковыряться в сточной канаве!

Я медленно отложила перо и выпрямилась. Брюнетка тут же прикусила язык и попятилась.

– Твои руки, Линда, созданы для того, чтобы выполнять приказы. Раз ты не уследила за порядком там, где числилась, докажешь свою полезность в другом месте. Или ты предпочитаешь вовсе покинуть замок господина Сальгадо без единого гроша в кармане?