Окна с видом на море

Ляля

 Встречать мужа утром дома совсем не хотелось. Торчал бы ещё месяц в своей командировке, я бы только вздохнула. Так ведь нет, сообщил, что едет.       

Как только в дом войдёт сразу начнётся: подай, принеси, убери.       

Прислуга я ему, что ли? Спросила прошлый раз перед отъездом. Ответил, что прислуга обошлась бы гораздо дешевле.      

 Гад! Просто гад, и издевается надо мной как хочет. Видите ли, я завишу от него. А он меня этой зависимостью попрекает.       

А что не так? Муж должен обеспечить жену всем! Вот Лариска живёт и живёт, и никаких упрёков не слышит. А я всё не такая.      

 Какого чёрта женился, если я не такая, какая ему нужна?      

 Как в постель в своё время — пожалуйста. Девочку ему поиметь захотелось. Только когда была последний раз, эта постель. Постели нет, и не было уже давно. Конечно, теперь ведь не девочка.       

Говорит, что у него на меня не стоит.      

 Ну да, стоит только на других. А я что? Я жена. Мать его единственного ребёнка, между прочим. Хотя бы за это меня уважать должен.      

 Как я его ненавижу! Кто бы только знал.       

Лариска считает, что мне надо любовника завести.      

 Может быть, она и права, но тут палка о двух концах. Первый — он разведётся, просто выгонит меня и скажет, что так и было. А второй — может, ревность взыграет, и тогда я получу полноценного мужа, у которого стоять на меня будет, а не на всех долгоногих секретарш.       

Вон у Лариски есть бойфренд для плотских утех, и она счастлива. Деньги ей даёт. Она может потратить и не отчитаться перед мужем. Кто — не знаю. Да оно и не важно.       

Господи, я замужем почти шесть лет. Вот это всё называется счастьем семейной жизни?!      

 То есть то, что у меня муж, ребёнок, я домохозяйка — это и есть то самое счастье? Слово такое мерзкое. Домохозяйка! И упрёки: утром, днём по телефону и вечером лично. А это и есть счастье! Любимого слушать!      

 Говорила ему, что надо нанять горничную. Прибиралась чтобы, полы мыла. Сказал, что мне и так нечего делать, так что я сама могу. И без разницы что у меня маникюр дорогущий. С таким маникюром только пол мыть.       

Вот сегодня покажу ему свою независимость, и плевать мне с высокой колокольни и на него, и на принципы. Он мне муж по паспорту, значит, он мне обязан.       

Вызвала няню прямо с утра и пошла в кафе. Там мы с Лариской и встретились.      

 Ждала её я, правда, долго, уже и кофе выпила пару чашечек, и пирожное съела тоже. Мне поправиться не грозит, как была худющая, так и осталась. Пару лишних килограмм только на пользу, и мышцы в фитнесе накачанные тоже. Да, фитнес, бассейн, СПА — вещи святые. Я же жена главы компании, я должна выглядеть. Так что день, проведённый в салоне красоты, воспринимаю как тяжкий труд, для поддержания статуса семьи.       

Прибежала Лариска запыхавшись, без макияжа.       

— Что тебя, красавицу, задержало? — спрашиваю.       

— В отличие от тебя, мужа встречала. Это тебе на своего плевать, а мне-то нет.       

— Так у тебя кроме мужа и друг имеется. Кого любишь из двух?       

— Обоих люблю. Знаешь, если бы выбор предоставили, с обоими бы и жила.       

Подождала я, пока Лариска кофе свой выпьет и про подарки расскажет, мужем из столицы привезённые. Подумала, что свои подарки тоже бы посмотреть охота, но теперь без скандала не обойтись.       

— Лар, а что твой про моего рассказывает?       

— Ляля, говорит, что с контрактом проблем не было, а вот в последний день Илья уехал без него в город. Вернулся злой и молчаливый, и в поезде всю дорогу молчал. Только в ноуте всё искал что-то, а может быть, читал просто.       

— Да уж. Я как подумаю, что вечером по возвращении меня ждёт…       

— Так сама виновата, встретились бы с тобой часом позже, накормила бы его, спать уложила и гуляй не хочу. А ты сбежала. Если ненавидишь настолько, разведись и живи спокойно. Ты у нас дама молодая, найдёшь себе другую жертву. Школу-то прошла какую. Вести себя умеешь, красавица, потому что макияж и причёска делают женщину. Так что, может быть, у тебя всё впереди.       

— Да? Ты такая умная! Где я деньги возьму на макияж и причёску?       

— Работать пойдёшь.       

— Кем? Пианисткой? Я забыла, с какой стороны к инструменту подходить. И что я за свою работу получать буду? Я, знаешь, лучше потерплю. Илья не самый плохой вариант.       

— Терпи, дело твоё. Хотя ещё вариант — просить деньги на сына. Сыну-то он не пожалеет, сына он любит. А при разводе ребёнок с матерью остаётся.       

— Я тебя уверяю, что Илья сумеет обеспечить сына и оставить меня без гроша одновременно.       

— Да уж, ситуация. Слушай, я ещё про дом тебя спросить хотела, это же ваш дом на десятом километре от города стоит? С окнами на море? Мы с моим как-то проезжали, видели. Там и дворик такой чудненький и ухоженный, и сам дом, как игрушка. Я залюбовалась просто. Потом спросила у охранника, чей — и прифигела просто. Ты там бы жила, да я к тебе б переехала, от красоты такой.       

— Это не мой дом. Это дом его бывшей. Он ей его купил, а она дизайнер, вот и отстроила, что хотела. Красивый дом и участок тоже. Знаю от юриста компании, что она перед отъездом этот дом ему подарила. Я тогда тоже в нем жить не отказывалась. Заикнулась как-то, так он так орал, что не представляешь. Думала, ударит.       

— Так он тебя бьёт? — у Лариски округлились глаза от удивления.       

— Нет, не бьёт. Просто так орал, что я испугалась. Да фиг с ним, с домом тем. Хочет музей — пусть из него делает. В память!       

— Погоди, Ляля, погоди. Это что же такое получается? Получается, что он любил её. А раз дом не продал, то и сейчас любит…       

— Он меня соблазнил, когда, как говоришь, её любил. Что ж на меня-то полез?       

— А у мужчин, дорогая подруга, секс и любовь — вещи разные. А ты хитрюга, как я погляжу. Когда надо легла, и под кого — тоже знала.