Око за око. Книга первая

Глава 2

Утром Марта проснулась с головной болью. Долго не могла встать, отлёживалась в постели, изводила себя, перебирая в памяти события последних дней. Что-то тревожило, и это не было связано ни с наглой соседкой, ни с несговорчивостью мужа. Было что-то ещё, что ускользало от понимания, будто играло в прятки с сознанием. Сквозь щель неплотно закрытой двери Марта слышала, как Игорь принимал душ, стучал посудой на кухне, говорил по телефону.

Когда Марта в растрёпанном виде вошла в кухню, он наливал чай в свою любимую кружку. На столе на большом блюде лежали остатки закусочного кекса, диетические бутерброды из цельнозернового хлеба с авокадо и творогом, с маслом и слабосолёной сёмгой, приготовленные на двоих.

— Налить тебе чаю? — спросил Игорь не оборачиваясь.

— Давай, — ответила Марта вяло.

Игорь повернулся и сочувственно улыбнулся:

— Голова болит?

Не в пример Марте выглядел он бодро. Тут же достал аптечку и подал ей блистер с таблетками.

— Выглядишь не очень, – бережно притянул её голову и коснулся лба губами. – Тебе сегодня обязательно идти на работу?

Марта вздохнула:

— Обязательно. Но в контору можно прийти к десяти. В одиннадцать третий раунд переговоров с адвокатом второй стороны по разделу совместно нажитого имущества. Тяжёлый случай. Собираюсь предложить доверительнице заключить мировое соглашение.

— Вот и задержись, воспользуйся возможностью. Поваляйся в постели, помедитируй, а я поехал.

И ни одного слова о предстоящем разговоре о ребёнке.

Он поспешно выпил чай, поцеловал Марту в щёку и вышел на площадку.

Марта его проводила. Ожидала увидеть соседку, но той у лифта не оказалось. Удивлению не было предела. Хочухе крупно не повезло — упустила момент остаться с соседом в кабинке лифта наедине! Верилось с трудом.

Марта вернулась в квартиру и поспешила к окну. Соседка могла поджидать их на автомобильной стоянке. Но нет, там её тоже не обнаружилось. Марта удовлетворённо улыбнулась — первая приятная мысль за утро.

¤

День прошёл в обычном режиме: встреча с адвокатом другой стороны, затем долгие переговоры с доверительницей, которые ни к чему не привели. В этой паре дело усложнялось наличием второй тайной семьи у мужа, и законная жена решила идти напролом, подав исковое заявление о расторжении брака и разделе имущества. Капитуляцию супруга и его безоговорочное согласие понести любое суровое наказание, вплоть до выделения жене солидной суммы на побрякушки, но не разводиться, та приняла в штыки. Категорически отвергла даже идею переговоров. Уязвлённый несговорчивостью жены, муж пригрозил отнять у неё детей.

Марта всегда предлагала мирное урегулирование спора, когда речь шла о детях. В подобных делах они для матерей становились ахиллесовой пятой.

«Время ещё есть», — надеялась она на благоразумие униженной женщины. Хотя в такой же ситуации она повела бы себя также. Простить измену? Она бы не простила. Даже мимолётную, вот с такой соседкой-хочухой. Грязно и унизительно. Но забота о благополучии ребёнка могла кардинально изменить соотношение сил, где изменник вмиг превращался из просителя в благодетеля.

Домой Марта пришла немного раньше обычного. Чувствовала себя скверно. Утихшая утром головная боль, к вечеру вернулась снова.

Каково же было её удивление, когда она увидела дома Игоря. Он спал на диване в гостиной и храпел — громко, с присвистом. На полу лежала пустая бутылка от коньяка и разбитый хрустальный стакан. В лужице — размякший кусочек закусочного кекса.

Подобное случалось редко, и причину Марта знала. Смерть пациентов, собственноручно оперированных её мужем, тот переносил особенно болезненно. У него, впрочем, как и у всякого хирурга, было личное, пусть и небольшое, кладбище и там появилась ещё одна могила.

Из вчерашнего разговора Игоря по телефону Марта поняла, что шанса выжить у больной не было. Тем не менее муж, взрастив в себе комплекс бога, всякий раз при смертельном исходе пациента считал себя ни к чему не годным.

А вот заплывший от синяка глаз она заметила лишь тогда, когда заталкивала под голову спящего мужа подушку. Наличие чьего-то «автографа» на его красивом лице удивило.

Убирая комнату и поглядывая на сопящего потерпевшего, Марта задумалась. Бывало, что обманутые ложными надеждами несдержанные мужья пациенток нападали на лечащих врачей и хирургов. Игорь в число оных не входил — пустых обещаний не давал. В потасовках подобного рода не участвовал, хотя мог. Он находился в отличной физической форме. Когда было время, ходил в бассейн и часто бегал по утрам. Игорь берёг руки. Он считал их своим главным инструментом. Всегда, прежде чем ввязаться в пусть и незначительную потасовку, взвешивал возможные риски. Скорее он согласится лишиться глаза, чем мизинца.

Марта пожалела, что обещанное «поговорим завтра» не состоится. Хотелось всё обсудить сегодня, принять совместное решение и, наконец, успокоиться.

Верила, что Игорь примет её желание и уступит. Обязательно уступит. Затем привыкнет к мысли, что станет отцом, и они вместе будут ждать рождения малыша.

¤

Утром муж пребывал не в духе. Судя по тому, как он долго плескался в ванной, гремел посудой в кухне, разбил тарелку и облил футболку молоком, после чего снова пошёл в ванную и там ворчал на незадавшуюся жизнь, его отстранили от работы.