Око за око. Книга первая

Глава 7*

Марта оставила хрустальный шар в покое и перевела взгляд на вошедшую женщину с кувшином. Та плотно закрыла дверь, поставила кувшин на стол, отлила из него в большую кружку и поднесла Марте:

— Пей, ещё тёплый.

— Что это? — Марта с недоверием взяла питьё насыщенного вишнёвого цвета, понюхала. Пахло вкусно: мёдом и чем-то ещё.

Снова не узнала свой голос. Язык еле ворочался, слова выходили невнятными. Хотелось пить.

— Отвар спироделии. Господин целитель велел приготовить. Я тоже попью. Для общего укрепления организма очень полезно. Так-то у него не допросишься, но ты же не станешь возражать, если я выпью совсем немного.

Она налила себе полную кружку и, не отрываясь, тут же её осушила. Марта последовала её примеру. Отвар в самом деле оказался сладко-кислым с лёгкой горчинкой, напомнив вкус брусники с мёдом.

Женщина прошла к зеркалу, поправила на затылке скрученные в тяжёлый узел волосы, вымыла руки и вернулась к кровати, на которой лежала Марта. Заботливо поправила съехавший край её одеяла и вздохнула:

— Устала сегодня, как игмур, руки болят. Из мужской половины столько грязного белья принесли, что подумалось, будто там кровавый грязевой поток прошёл. Втроём насилу управились.

«А вот и соседка по комнате», — догадалась Марта. Рассматривала её, невысокую, лет пятидесяти, голубоглазую, с такими же белыми волосами, какие теперь были у Марты. Если бы не взгляд, который Марте почему-то не понравился, её можно было бы назвать красивой для своих лет.

Она говорила и говорила, а Марта слушала её спокойный голос, выделяла интонацию, темп речи, акцентировала внимание на словах с прищёлкиванием. Она её отлично понимала, как и понимала, что помощь старика-экстрасенса в этом деле не последняя.

Тем временем женщина легла на свою кровать поверх покрывала, подтянула подушку, подпёрла руками голову и под съехавшими рукавами простого серого платья на запястьях Марта увидела такие же браслеты, какие были у неё. Она потёрла кожу вокруг браслетов на своих запястьях. Опухоль спала, но краснота прошла не полностью. Удивилась мысли, что чужое обличье уже воспринимает как своё.

— Лучше бы меня оставили на кухне, — продолжала говорить женщина, не заботясь о том, слушают её или нет. Развлекать саму себя у неё получалось неплохо. — Там теплее, суше и к пирогам ближе.

Она тихо засмеялась и блёклыми глазами всмотрелась в собеседницу. Не дождавшись реакции, поджала губы и вздохнула:

— Я ведь подумала, что в этот раз ты не жилец. Ты была словно мёртвая. Холодная и белая, что тот снег. Если бы не господин Т’Увой, сегодня бы тебя встречали в Пустоши.

— Г-где встречали? — очнулась Марта от невесёлых дум.

— В Пустоши говорю. Уже бы встретилась со своими родителями, братом и сестрой.

Марта слушала её и задавала себе вопросы: где она, кто она и что делает в этом странном месте?

— Почему молчишь? — женщина приподнялась на локтях.

Марта вскинула брови. Раздумывала, какой линии поведения стоит придерживаться? Сделать вид, что всё помнит и поддержать беседу? Или сказать, что потеряла память? В первом случае придётся много говорить, поддакивать, попутно задавать множество вопросов, выспрашивать. Соответственно, отвечать невпопад, выкручиваться, казаться заторможенной.

Как ни старайся, а со стороны она будет выглядеть ненормальной. Таких обычно выбирают козлами отпущения или того хуже. Прослыть помешанной, не являясь таковой, Марте не хотелось. Второй вариант подходил больше. При её травмах и сложном лечении целителем потеря памяти ни у кого не вызовет сомнений. Пусть лечат. Вон, какой у них имеется первоклассный целитель.

Кстати, о травмах. Она слышала, как дама с хлыстом просила целителя убрать у больной синяки и ссадины. Со словами:

— Не знаю, что сказать, — Марта быстро поднялась и подошла к зеркалу.

Вскользь глянув на лицо, убедилась, что она всё та же блондинка, с тем же непривычным нежным голоском. Краем глаза увидела, как активизировался летучий светильник. Он вспыхнул бледным светом и двинулся за Мартой.

— Ты зачем встала? — женщина села в постели. С беспокойством следила за больной. — Господин целитель велел тебе лежать. Темми, вернись на ложе!

Марта и ухом не повела. Подняла подол платья вместе с сорочкой, развязала шнур на поясе широких и длинных панталон. Они тотчас спали. От увиденного у неё захватило дух. Стояла, окаменев, пытаясь успокоить дыхание и взять под контроль собственное трясущееся от ужаса сердце. Такого она никогда не видела и вряд ли увидит — тело блондинки ниже линии груди представляло собой сплошную кровавую опухоль. На ней не было живого места! Со спины она выглядела не лучше. Стало понятно, почему болело всё, что может болеть. При таких травмах не выживают. Людям с подобными побоями место в морге.

Позади сдавленно ахнули. Соседка уткнулась лицом в подушку и накрыла голову руками.

Марта вздрогнула. Крайне осторожно, трясущимися руками натянула панталоны и опустила подол. Невольно удерживала себя от резких движений. Казалось, двинь сильнее рукой или резко поверни голову, и адская боль вернётся. Собравшись с духом, аккуратно ощупала лоб, скулы, нос, губы, убрала с плеча растрепавшуюся косу. Всё это она уже видела. Ничего не изменилось. Всмотрелась в красивые глаза Темми — зрение в норме.