Око за око. Книга первая

Глава 11*

Женщина выглядела молодо — не более тридцати пяти лет. Её униформа отличалась от платья надзирательниц серым цветом широкой окантовки. Имени мастерицы Темми не знала. К ним адолы обращались «госпожа ферква». Хлыст у неё тоже имелся, причём не хуже, чем у надзирательниц. Рукоять, изготовленная из прозрачного материала и украшенная «морозной» резьбой, смотрелась дорого.

Марта брезгливо дёрнула уголком рта: сотрудники уголовно-исполнительной системы нежно любили свои средства несмертельного — или смертельного? — действия.

Выйдя к лестнице, женщина свернула в неприметный проход и остановилась перед двумя широкими дверями. Нажав на рычаг на стене, обернулась на Марту, смерила её пристальным взглядом, но ничего не сказала. Держала её в поле зрения.

Марта украдкой осмотрелась. Показалось странным, что за ними не увязался летучий голландец. Возможно, они нужны при большом скоплении адолов. Похожий на него светильник закреплён на стене.

Каково же было удивление Марты, когда одна из дверей бесшумно отъехала в сторону и глазам открылась довольно вместительная округлая кабина лифта. Выглядела она в лучших традициях фильмов о викторианской эпохе — воронёный металл в сочетании с полированным, украшенным резьбой деревом. По периметру крепились поручни, четыре мягких откидных сиденья манили присесть, на стене ловило блики начищенное до блеска зеркало в раме. Под ногами не потёртый ковёр, а почти новый, яркий. Под потолком закреплён сетчатый плафон со светящимся шаром. И пахло хорошо: деревом, кожей и горной свежестью.

Ферква отступила в сторону, пропуская Марту. Она замешкалась, не решаясь перешагнуть порог. Как бы внушительно кабина не выглядела, а толика сомнения в надёжности механизма всё же имелась. Марта тяжело сглотнула и бросила через плечо вопросительный взгляд на сопровождающую. Та шагнула назад и нервным движением сжала ладонь на рукояти стека.

Марта поняла. Вскинула подбородок, набрала полные лёгкие воздуха и на негнущихся ногах шагнула внутрь. Держалась за поручень крепко, как утопающий держится за соломинку.

Напрасно она волновалась.

Марта жила на одиннадцатом этаже и по необъяснимому ощущению смогла точно определить, что лифт остановился на восьмом. Они вышли в широкий тёмный квадратный коридор с тремя дверями. Марта вспомнила, что Темми работала в мастерской, которая находилась в башне.

Мастерица отворила ближайшую дверь.

«Магнитный ключ?» — в очередной раз удивилась Марта. На прикреплённой к поясу женщины связке среди обычного вида ключей имелись несколько магнитных разных цветов и размеров.

Помещение делилось на две неравные части. В небольшом коридоре стоял высокий шкаф-секретер и мягкий стул. Во вторую часть вела дверь с зарешечённым смотровым окошком.

Женщина открыла её, посторонилась, пропуская адолу, и вошла следом.

Марта пригляделась. В душе потеплело от чужого воспоминания. Темми работала в комнате — полной копии кабинета отца, больше похожего на мастерскую или лабораторию. Здесь всё было ей знакомо: книжные шкафы с книгами, столы, стулья, аптечный шкаф с реактивами, открытые полки с хрустальными шарами на подставках. Особо ценное оборудование занимало место у забранного решёткой окна, до которого рукой не дотянешься. Из поместья семьи Темми переправили всё — ни о чём не забыли. У входа на полу стояли два небольших вскрытых ящика с шарами. На низком широком столе теснились похожие шары разных размеров и прозрачности: от мраморных с прожилками и трещинами, до мутных в сеточку или полоску. Инородным предметом мебели ощущалась тумба, стоявшая у входа. Вся мебель кабинета была изготовлена из одного материала и в едином стиле, а тумба…

— Вы не выходили на работу два дня, — заговорила женщина безэмоционально. — Поэтому ваша дневная норма увеличена на пять единиц. Если не справитесь, то останетесь без ужина.

— А то, что я не могла работать не по своей воле, в расчёт не берётся, — сказала Марта, скопировав бесстрастный тон госпожи ферквы.

— Я не позволяла вам вступать со мной в разговор, — сообщила мастерица менторским тоном. — Руки, — повысила она голос, повернулась к высокой тумбе у входа и указала на неё стеком.

Марта не поняла, но уточнить не успела.

Женщина откинула крышку на тумбе и нетерпеливо кивнула на открывшееся глубокое отверстие. Изготовленная из дерева тумба, внутри оказалась обита белым металлом.

Марта снова колебалась. Предстояло опустить в отверстие руки.

— Поторопитесь, — недовольно проговорила мастерица.

Марта вдохнула, задержала воздух и нехотя опустила ладони в дупло. От сомкнувшихся на запястьях широких металлических зажимов, она вздрогнула и дёрнулась в попытке вырвать предплечья из захвата неизвестным механизмом. Проскочила неожиданная мысль, что сейчас у Марты станут выпытывать имя сообщника. Перед глазами со скоростью света замелькали кадры из просмотренных в детстве и давно забытых фильмов-ужасов: от отсечения пальцев — медленно, по одному, до пытки электрическим током. У Марты закружилась голова; ослабели колени.

— Что с вами? — с беспокойством спросила женщина. Костяшки пальцев, сжимавших рукоять стека, побелели.

Марта не почувствовала ни боли, ни неудобства. По ладоням пробежал лёгкий электрический разряд. Что-то щёлкнуло и запястья отпустило. Марта поспешно выдернула руки. На них не оказалось браслетов! Сняли!