Око за око. Книга вторая

Глава 1

Фентон не слышал, как в запертой мастерской неистовствовала вайса. Уходил, чувствуя, как внутри него нарастает глухое раздражение. Убийство адолов виделось не простым преступлением, свершённым в стенах Повинного дома. Повинный дом по определению не должен быть местом преступления: в нём преступники отбывают наказание за содеянное. Убийство виделось вызовом — вызовом ему, Фентону, его способности докопаться до истины. Преступник рядом — Темми Елига перед ним, — верит в свою неуязвимость и безнаказанность, успокоилась и снова насмехается над ним. Он не может позволить себе проиграть. Не может позволить, чтобы ледяное спокойствие Арк-Нагорья поглотило не только тела убитых адолов, но и имя их убийцы.

В душе Фентона разгорался огонь решимости. Он найдёт подтверждение тому, что убийство свершила Темми Елига. Найдёт ответы на все вопросы. И тогда, наконец, отступят его досада и едкая горечь, уступив место удовлетворению от выполненного долга.

Роуд стоял у окна спиной к входу. По его прямой осанке и сложенным на груди рукам было видно, как он напряжён. Он повернулся на шум шагов сатиата. В глаза бросились бледность лица и горящие гневом глаза.

— Вы намеренно унизили её, — глухо сказал он, сжав руки в кулаки, глядя на начальника с неприязнью.

— Несмотря на это, она не призналась. Она даже не попыталась возразить или потребовать остаться наедине с ферквой, — разочарованно проговорил Фентон, проходя к столу.

— Она растерялась, — возразил Йуви, розовея.

Фентон вскинул брови:

— Вы её защищаете? Я увидел в ней страх самого неприятного свойства — страх перед разоблачением и смертью. И ничего более. Страх затмил разум и связал язык. Шесть месяцев назад на суде она вела себя гораздо смелее.

Роуд молчал, сосредоточенно следуя глазами за сатиатом, о чём-то думая.

Фентон отыскал на столе личное дело адолы Темми Елиги. Открыл последнюю страницу и обратился к помощнику:

— Найдите старшую надзирательницу и надзирательницу Кини Ферто и пригласите их в кабинет. Пусть госпожа Бермудес возьмёт служебную записку на Кини Ферто. Будьте готовы завтра покинуть Повинный дом. У меня к вам будет важное поручение. Да, роуд… — Фентон замолчал, глядя на подчинённого с пристальным вниманием. — В виду открывшихся особых обстоятельств вы не должны никому рассказывать о том, что здесь видели и о чём узнали. Ни под каким предлогом, — добавил он с нажимом. — Поняли?

— То есть… вы не намереваетесь использовать против адолы Темми Елиги то, что узнали о ней? — В глазах Йуви промелькнула искра надежды.

— Не намереваюсь.

— Вы не передадите дело об убийстве адолов в Управление по раскрытию тяжких и особо тяжких преступлений?

— Вы не ответили, роуд. Вы поняли, что должны молчать?

Йуви заметно волновался. Лицо его покраснело; глаза светились плохо скрытой радостью.

— Я понял, да. Никому ни о чём не скажу. Никогда. Даю слово чести, — горячечно уверял начальника. — А как же… адола? Что с ней будет? Прошение о помиловании… Вы что-нибудь предпримете?

— Роуд, на ваших глазах, на глазах своего подчинённого, для которого я должен являться образцом правильного поведения, я свершаю должностное преступление. Вас не смущает сей факт? — усмехнулся Фентон.

— Ничуть, — уверенно ответил тот. — Я свершаю его вместе с вами. Темми Елига убила Кауса Санткана. После вынесения смертного приговора он не должен был прожить и дня. Наконец-то возмездие свершилось, — выдохнул он с облегчением.

— Вы заблуждаетесь, роуд, — вздохнул сатиат. — Темми Елига убила его не потому, что свершала возмездие. Нам она в этом не призналась. Так? — испытующе посмотрел на помощника. — Она убила его по иной, неизвестной нам причине, обесценив значимость убийства. Более того, я убеждён, что она даже не помнила, а то и вовсе не знала, кто перед ней. Причина кроется в чём-то ином. Вы что-то говорили о перерождении магов после смерти. Как происходит перерождение, не расскажете?

Йуви покраснел сильнее и опустил глаза:

— Это не более чем мистика, господин сатиат, как вы и сказали. Увлекательное чтение для того, кому интересна тема тёмной стороны магии.

— Вам, вижу, интересна.

— Не интересна, но я читал об этом… давно… в детстве. И запомнил.

— Не просветите меня на сей счёт? — улыбнулся Фентон уголком рта.

— Ну… — Йуви не знал, с чего начать. Ответить надлежало коротко и понятно. — После смерти мага сила его тёмной сущности остаётся в Пустоши, ищет родственную душу и вселяется в неё. Правда, вселяется с её согласия.

— Тёмная сторона магии? — уточнил Фентон. — Тёмная сущность служит злу?

— Не обязательно злу. Может служить и добру, — смутился роуд. — Какая часть души окажется сильнее, тому и служит.

— М-да, извечная борьба тёмной стороны души со светлой стороной. И никакой мистики. А что с увеличением степени магии?

Йуви пожал плечами:

— После того, как тёмная сущность находит родственную душу и вселяется в неё, она подыскивает для себя подходящее тело, на последнем вздохе жизни вселяется в него и дарует ему новую жизнь. С новой жизнью возрастает сила тела, принявшего душу с тёмной сущностью.