Оковы для феникса

Глава 4 Поглощая чужой жар

Желание разгадать загадку Кайдена и жгучая зависть блондинке Селесте словно что-то сдвинули во мне. Но осознала я это не сразу. Страх разоблачения все еще довлел надо мной, заставляя зажиматься и избегать даже Рена. Но слова преподавателей о важности контроля и управления даром занозой засели внутри, заставляя действовать, пытаться что-то изменить в себе. Я не могла больше позволить своему огню, быть диким зверем, несущимся без узды. Мне было жизненно необходимо его укротить.

Среди выданных в Академии учебников нашлась тоненькая, потрепанная методичка по медитациям. Ее выцветшие страницы обещали научить «направлять дар через дыхание», но, сидя в своей комнате, я раз за разом терпела неудачу. Мой огонь то вспыхивал, грозя поджечь все вокруг, то угасал, оставляя меня с чувством пустоты. Методичка явно была написана для тех, кто с детства учился у наставников или посещал магические семинарии. А я? Мадди, моя Мадди, была обычным человеком с крохотной искрой дара, которой хватало лишь на бытовые амулеты. Она могла зажечь светильник или нагреть чайник без очага, но о магии знала ровно столько, сколько нужно для выживания. И, конечно, она не могла ничему научить меня.

Я росла в маленьком домике, в деревушке на окраине королевства, где мы с Мадди избегали говорить о моей сущности даже за закрытыми дверями. Лишь в день моего совершеннолетия, после чая с именинным пирогом, она обняла меня, ее руки дрожали, и шепотом, едва касаясь моего уха, рассказала правду. Оказалось, что я — феникс. Последняя из рода, которого больше нет. Она вынесла меня, совсем кроху, из охваченного мятежом дворца вместе с несколькими книгами о фениксах — редкими, запретными. Но потом, узнав, что драконы уничтожили все, связанное с моим родом, Мадди сожгла и те книги. «Слишком опасно, Эйрис, — сказала она тогда, глядя на пламя в очаге. — Если кто-то узнает, кто ты, нас обеих не станет». Я кивнула тогда, но в груди тлела боль — я потеряла не только правду о себе, но и шанс понять, как управлять тем, что живет внутри меня.

Теперь, стоя перед массивными дверями библиотеки Академии, я чувствовала, как мой огонь нервно пульсировал под кожей. Массивные двустворчатые двери из темного дерева были покрыты резьбой, где переплетались символы всех стихий: языки пламени вились рядом с водными волнами, ветвистыми узорами земли и воздушными спиралями. Над аркой сиял выгравированный девиз: «Знание — сердце магии». Это место было территорией, где маги огня, воды, земли и воздуха, алхимики и заклинатели находили ответы. Я толкнула дверь, и она бесшумно отворилась. Мне в лицо пахнуло ароматом старых книг и тайных знаний, воска и чего-то неуловимо магического — словно сама мудрость пропитала воздух.

Внутри библиотека поражала. Высокие своды потолка терялись в полумраке, расписанные фресками, где звезды и кометы переплетались с бурями и потоками света. Полки из темного дуба тянулись рядами, разделенные на секции по стихиям и дисциплинам: огненные трактаты с алыми корешками соседствовали с синими томами о водной магии, зелеными книгами земли и серебристыми свитками воздуха. В центре зала стояла огромная сфера из хрусталя, внутри которой медленно вращались разноцветные искры — словно все стихии танцевали в гармонии. Студенты, сидевшие за столами в читательской зоне, шептались или листали книги: кто-то вызывал крошечные водяные вихри над страницей, кто-то заставлял перо парить в воздухе. До меня никому не было дела — здесь каждый был занят своим.

Я приободрилась. За стойкой сидела библиотекарь — женщина лет шестидесяти с седыми волосами, уложенными в аккуратный узел, и глазами, в которых мелькали искры любопытства и мудрости. Табличка рядом с ней гласила, что ее звали магистр Веларис. А я слышала сплетни, будто она знала каждый свиток в этой библиотеке лучше, чем написавшие их авторы. Глубоко вдохнув, чувствуя, как огонь в груди сворачивается в тугую спираль, я шагнула к ней.

— Магистр Веларис, — начала я, стараясь говорить ровно, несмотря на жар, пульсирующий под кожей, — мне нужна помощь! Мой дар… огненный… он проснулся поздно. Меня никто не учил магии, и теперь я… не справляюсь. Мастер Стилблейз велел медитировать, чтобы контролировать огонь, но методичка слишком сложная, у меня не выходит. Мне нужно что-то для тех, кто только начинает. Что-то простое.

Веларис отложила перо, которым делала пометки в журнале, и посмотрела на меня. Ее взгляд был мягким, но проницательным, будто она видела не только меня, но и огонь, что тлел внутри. Я затаила дыхание, боясь, что она почувствует мою тайну, но ее лицо оставалось добрым, с легкой тенью сочувствия.

— Поздно проснувшийся дар — тяжелый путь, девочка, — сказала она тихо, но с теплом. — Огонь особенно упрям, если его не направлять с юности. Не вини себя, что пока не получается. — Она встала, ее движения были плавными, несмотря на возраст, и направилась к полкам в секции огненной магии. — Методичка Стилблейза рассчитана на тех, кто уже знает основы. Тебе же нужно начать с самого начала.

Через некоторое время магистр Веларис вернулась с небольшой стопкой книг. Первая, с потрепанной алой обложкой, называлась «Основы стихийного дара: первые шаги». Вторая, тонкая и пахнущая старой кожей, — «Дыхание пламени: медитации для новичков». Третья выглядела новее, с золотыми буквами на корешке: «Огонь и воля: как подружиться со стихией». Веларис заметила мой взгляд и улыбнулась.

— Эти книги помогут тебе, — сказала она. — Первая научит основам, вторая — медитациям, чтобы направлять огонь дыханием. А третья… она о том, как принять свой дар, как сделать его частью себя. Огонь — он как живое существо. Борись с ним — и он сожжет тебя. Слушай его — и он станет твоим союзником.

Я пробормотала слова благодарности, прижимая книги к груди, и поспешила к столу в дальнем углу, где свет от витражей падал мягкими зелеными и синими бликами. Сев, я раскрыла «Дыхание пламени».

Эта методичка разительно отличалась от той, что выдали мне вместе с учебниками. Здесь не только расписывались разные способы вхождения в транс, но и приводились примеры возможных ошибок. И каждая подробно, скрупулезно расписывалась: что могло к ней привести и как ее избежать. Для меня эта книга оказалась настоящим сокровищем.