Окрылённая неудачей

Глава 14. Путь домой

Приятельницы еще немного посидели, поговорили о всякой чепухе, проголодались и все-таки решили отпереть дверь в свои покои. В эту же секунду к ним вломился раздраконенный Каспар. Он как хорошо обученная ищейка внимательно обыскал каждый угол комнаты, заглянул за каждую портьеру, проверил каждый сундук на наличие непрошенных гостей и только тогда немного успокоился. И тут же стал объектом подтрунивания.

Больше всего ему, конечно, досталось от сестры.

Марго, не выпускавшая кубок из рук на протяжении всего дня, ходила по комнате и вспоминала истории из их общего детства, каждая из которых заканчивалась Каспаром в слезах.

По растерянному лицу мужчины было видно, что он никак не может понять, с чего это вдруг девушки, до этого игнорировавшие его присутствие, уделяют его персоне столько внимания. И откуда так сильно тянет солодкой? Он снова запретил девушкам покидать свои комнаты и решил провести весь оставшийся день рядом, вызывая у них еще больше поводов для издевок.

С течением дня Марго неотвратимо становилась все пьянее, в связи с чем истории становились все более унизительными.

— А ты слышала, как Яспер в детстве пытался уйти из дома? — Марго подлила себе вина в бокал. Они как раз только что закончили ужинать.

— Гретхен, сейчас не время! — первый раз за весь вечер запротестовал Каспар, а затем немного тише добавил: — Тем более, я не думаю, что госпоже Аделаиде будет интересно…

— Почему же? Мне очень даже интересно! — Ада с удовольствием подыграла своей приятельнице. Мужчина посмотрел на нее обреченным взглядом и смолк.

«И с каких это пор я для него снова стала "госпожой Аделаидой"? Что-то в палатке он не был так формален…»

— Так вот, меня довольно рано пообещали замуж одному из сыновей соседствующего с нами графа. Я, конечно, не принимала никакого участия в выборе жениха, но это был бы выгодный союз, так что я была не против. Но вот кто был против, так это Яспер! Ты бы видела, какой скандал он мне закатил!

— Мне было пять!.. — снова возмутился мужчина.

— Ада, он сказал, что женится на мне, чтобы никто не смог забрать меня в чужую семью! — Марго уже во всю смеялась и не скрывала своего веселья. — А когда ему объяснили, что свадьбы между братьями и сестрами запрещены, он обиделся, украл с кухни хлеб и попытался уйти в лес.

— И как далеко он успел уйти? — Ада тоже вовсю хихикала.

— Его утром нашли на конюшне в копне соломы… Он, видимо, планировал уехать верхом, но не рассчитал свои силы, съел хлеб, и его склонило в сон. Потом его, конечно, выпороли. Он объяснил свою обиду тем, что боялся, будто со мной будут плохо обращаться в чужом доме, и хотел спасти меня от такой ужасной участи! Хотя спасать не пришлось, жених через пару лет умер от гусиной оспы.

— Как благородно с его стороны, — сказала Ада, а потом поправила себя: — Я имею в виду твоего брата, не жениха, конечно.

Она бросила ехидный взгляд на Каспара. На его щеках пунцовыми пятнами проступил румянец. Он сложил руки на груди и, насупившись, наблюдал за сестрой, будто ему снова было пять лет. Как бы он не притворялся, уголки его губ слегка дернулись вверх.

«Ну вот, иногда ты даже можешь быть милым!» — подумала Ада.

— О, он у меня само благородство! Защитник сирых и убогих! Помню, как-то раз на карнизе у родительских покоев поселились галки, и они так мешали отцу, что он приказал управляющему разорить их гнездо. А Яспер…

— Гретхен, хватит!

— ...был так этим расстроен, что закрылся у себя в комнате и на три дня объявил голодовку. На третий день он ночью прокрался на кухню и съел половину сырной головы. А потом его там же и стошнило. Помню, как тогда ругалась Брунгильда, наша кухарка…

Каспар с болезненным стоном выдохнул и закрыл лицо руками, пряча широкую улыбку. Оспаривать сказанное он уже не пытался.

Марго, слегка запутавшись в собственной юбке, поднялась с кресла и победно прошествовала к одной из клеток со своими питомцами.

— Кстати, ты любишь птиц, Ада?

— Да, наверно… Никогда не задумывалась, — девушка замялась, припоминая, как в школе ее дразнили из-за «птичьей» фамилии.

— О, это замечательные существа! Яспер был прав, расстроившись из-за судьбы бедных галочек, но его поступок был наивным, хоть и искренним. Разве он мог что-то сделать, чтобы защитить их? Одного желания мало.

Она засунула руку в клетку и вынула оттуда миловидную желтую птаху не больше воробья, а затем подошла к окну и потребовала у брата протянуть к ней руки. Тот неохотно подчинился. Марго аккуратно усадила птичку в его широкую ладонь и накрыла второй. Мужчина робко склонился над доверенным ему сокровищем, боясь нечаянно ему навредить.

— Понимаешь, Ада, птицы — звери вольные. Они не признают слабость. Их нельзя заставить себе подчиниться. Но они могут довериться и даже полюбить того, кто докажет им свою преданность и надежность. Ты должна показать им свои намерения, держать их ласково, но крепко в своих ладонях, — она вкрадчиво заглянула в лицо брату. — Иначе при первом же проявлении безвольности — оп! — и твоя ненаглядная пташка уже упорхнула…

Каспар лишь на секунду отвлекся, бросив непонимающий взгляд на сестру, но этого было достаточно. Птичка истошно запищала, мужчина дрогнул от неожиданности и ослабил хватку. Она легко вывернулась из грубых пальцев и желтой стрелой сиганула в черноту оконного проема.