Оладушки от Ладушки

Глава 15. Хрюшка

Скрипучая повозка катила по тракту, ретивые свинохрюки повизгивали громче обычного. Голодные и злые, они были готовы пересмотреть свои жизненные принципы, но вот конюх сжалился, развернулся к ним и ссыпал в небольшое корытце оставшуюся половину мешка проросшей картошки.

Довольное смачное чавканье прозвучало тотчас из повозки, когда те принялись с аппетитом поглощать наивкуснейшее лакомство. Картофельные ростки так звонко хрустели, что ещё больше нагоняли аппетита на и без того голодных животных.

– Ну вот, – проворчал фермер. – Одного золотого не хватило до уплаты долга. А так бы уехали со свинохрюками назад. Теперь же мурза всю душу вытрясет, торгуясь.

– Где это видано, чтобы четыре хрюшки ушли за один золотой, – не согласился конюх.

– Ты не знаешь мурзу, – пригорюнился фермер. – Найдёт изъян и припишет долги за пользование суммой, да ещё что-нибудь доверху. И вообще, ведьма соврала. Золото валялось на дороге и без всякой магии. Мы бы его и так нашли.

– Не злобствуй, – фыркнула Людмила, улыбаясь. – На-ка, семь золотых, и угомонить.

– Но откуда?.. – изумился фермер.

– Оттуда, что на дороге лежало восемь.

– Не понял, а отдаёшь мне семь?

– Один золотой я тихонько отдала ведьме, когда мы с ними прощались, – кивнула Людмила. – Ты ж её слышал. Волшебство – дело такое, поскупишься, проклянёт.

– Да ну тебя, старая, – фыркнул супруг, обижаясь. – Совсем мозги набекрень.

– Чего дуешься-то, – влез в разговор конюх. – Золотишком разжился на уплату долга, а тебе всё мало, мало.

– Что ты в этом понимаешь, батя.

– Побольше твоего поди, – не согласился тот. – И вообще, вон и дом мурзы виден. Харе болтать лишнего, иначе добром это не кончится.

– И то верно, – согласился сын.

– Ой, поглядите, – указала Людмила себе за спину. – Кто-то едет сюда гурьбой.

– Неужоль пленнички привели на хвосте целое войско? – предположил фермер.

– Вот сейчас и узнаем.

Конюх сплюнул на землю, ожидая чего угодно, но только не этого. Семеро всадников, с виду русичи, проскакали мимо и даже не остановились.

– Видал, какие доспехи у них?

– Кажись, сам князь пожаловал… – изумился конюх, перекрестившись. – Ага, вон и мост в Круговерть.

– Мож, ну его? – предложил фермер. – Золото я долговое потом отдам. Иначе не хочу попадаться на глаза князюшке, особливо после принесённого посланьица от мурзы.

– И чаво энто? – подбоченилась Людмила.

– Да всё того же. Прибыл я к ростовщику, ссуду просить, чоб попозжа заплатить, а он мне бумагу всунул. На-ка, говорит, отвези князю, да в ноги упади, расскажи, что всё так и было.

– Погоди, а в послании чаво?

– А того, что крысы мешки сгрызли с данью.

– Сгрызли, говоришь? – призадумался конюх. – Чего-то ваш мурза удумал. Точно вам говорю.

– Так понятное дело, дань всей Круговертью собирали, да к нему в телеги и скидывали, уж наверняка. А он, видать, приспособил имущество чужоное, да оправданьице придумал.

– Сплюнь, – приказал ей фермер. – Негоже так о мурзе нашем отзываться.

– Да я ж просто так, язык без костей, – пожала плечами Людмила. – Но вот золотко надо бы припрятать, а сами в трактире заночуем, обождём, покуда люди князя уедут. Как вам идейка?

– А деньги за ночлег? Чем платить буде?

– Да хрюшкой и заплатим. Заодно съедим одного, что останется.

– Чоб нет? – согласился конюх. – Голод и впрямь точит.

– Тады решено, – кивнул фермер и не предполагая, чем обернётся подобное решение.