Оладушки от Ладушки

Глава 19. Злоба

Едва князь отведал кашу и оладушки со сметаной да запил квасом – раздобрел окончательно и сидел на лавке, улыбался мне многозначительно. То бровь заломит, то улыбнётся пошире. И как это понимать?

Явление Всеволода в трактир в этот раз было совершенно невовремя.

– Здравствуй, княже, – отдал честь он, пройдя сквозь сени, будто барин какой, не остановившись и не склонив головы. – Там это, гости заморские в Круговерть пожаловали. Мы их встретили, но что делать, не знаем.

– То есть как? Гости? Заморские из ниоткуда?

– Утверждают, перенесло их магией, – пожал плечами дружинник.

– А как же соседушка, которую ты провожал? Не там ли гостей встретил?

Князь встал с лавки, и взгляд его мне не понравился точно.

– Так, пора уже заканчивать балаган. Ты обыскал трактир, как и обещал?

– Подвал не успел. На конюшне золота нет, если только не закопали его в стойлах. Больно буйная животина тут прячется.

– Ах, вот оно что… – сорвалось с языка непроизвольно. – Я-то думала, ты и впрямь в любви признался. Так это представление ради поиска золота. Что же, я Крылатушку выведу из стойла, обыщите. И в подвал загляните. А крыса, которую Всеволод поймал и в ящик отправил – в сарае заперта. Большего я не знаю. Только то, что кошка мурзы гоняла её по селению.

– Понятное дело, один пеняет на другого, знаем, слышали уже. – Грозный взгляд князя прошёлся по мне неласково. – Больно хороша собой. Жаль, такую красоту в кандалы заковывать.

– Княже, не нашёл у неё золота, – вступился дружинник.

– Ты голову свою на отсечение дашь, что это не она воровка?

Понурив взор, Всеволод промолчал. А я вздохнула, глядя на кикимору, демонстративно засучивающую рукава.

– Только не сейчас, – попросила я тихонько.

– Что?

– Не сейчас в кандалы, – попросила я. – Мне ещё сусло сахаром разбавить и процедить, как дойдёт. Я новую бочку кваса поставила недавно.

– Да нужен он, этот твой квас, – ворчливо ответил князь, но тотчас будто опомнился. – Ладно, Всеволод. Проследи, чтобы не скрылась. А я пойду с гостями потолкую.

– Можно я тоже? – спросила вдруг, отчётливо понимая – не хочу оставаться наедине с дружинником, иначе быть беде. Такое ему устрою, если разойдусь.

– Тоже? – не понял меня князь.

– Гостей увижу, вдруг они слышали про мою маму. Давно от неё весточек нет.

– А… так это твои сообщники, да? – покивал князь. – Хорошо, идём послушаем, что они скажут.

Ничего не ответив, я предпочла промолчать и не тратить сил на пустые разговоры. Ведь если он сам уже себе всё надумал, то мои слова мало что изменят. Но как же я ошибалась, полагая, будто в соседушке моей остались хоть какие-то зачатки человечности и здравого смысла. Обозлившись на меня и надумав себе всякого, она накинулась на меня, едва мы с князем вышли во двор.

– Как знала, что это всё она! – крикнула скандалистка, брызжа слюной от злобы. – Она всё украла!

– Что украла? – спросил князь, не меньше моего смутившись. – Кто такая?

– Это соседка Мельхиоры. Сама мне призналась, будто подглядывала за ней в кухне, желая выведать секреты, встала на пенёк и оступилась, упала наземь. Ушиблась немного.

– Оно и видно, – вздохнул князь. – Так что она украла?

– А вы её разве не за этим схватили? – пошла на попятную Златояра.

– Злобу она против меня затаила, думает, будто я её сына соблазнила, – попыталась защититься я.

– Ну-ка не перебивай, я её хочу услышать.

– Да вот это и украла. Всё вот это, – стиснув кулаки, она едва не кинулась в драку. – Ведьма!

– А вот это серьёзное обвинение. – Князь перехватил занесённую для удара руку соседушки, вовремя. Иначе я бы вынужденно применила магию и раскрылась раньше времени. – Чем докажешь?

– Дак ворожит она на всех, тем и нравится. Оладушки, думаете, почему так все любят, а?

– Обычный рецепт, – пожала плечами я. – Ещё от бабушки мне достался.

– Врёт она всё! – вскричала Яра. – Ворожит на всех, и мужчин уводит! Поэтому и ходют к ней за оладушками. Ага, знаем мы, что за оладушки она печёт.

– Охолони, – крикнул на неё князь. – Даже будь она трижды ведьмой, ты уж больно жаждешь её в кандалы заковать. В чём ненависть твоя кроется? Ревность, зависть? Злобу затаила?

– Муж её был ей обещан, но пожелал жениться на Сребрене, – издалека ответила рыжая гостья, скорым шагом приближаясь в нашу сторону. – Ну здравствуй, Хира. Давно не виделись!

– Леди Фрета? – изумлённо повернулась в её сторону. – Вы ли это?

– Я, как видишь. – Она развела руки для объятий. – Иди сюда, дорогая моя. Если не побрезгуешь обнять такую грязнулю.

– Видно мне, это знак князя? – За её спиной широким шагом шёл высокий мужчина в лохмотьях. – Говорить можно, но сложно. Я так сказал? – спросил он, оборачиваясь к ещё одному гостю Круговерти. – Или не так?