Оладушки от Ладушки

Глава 21. Мелкая

– Отдай! – крикнула я, изрядно закипая из-за издевательств мелкой вредины. То полотенце утащит, то мыльную шкатулку сопрёт прямо у меня из-под носа.

– А неча им тут делать! – фыркнула кикимора, насупившись.

Хорошо хоть, шкатулку отпустила.

Лизун стоял на пороге комнаты и не мешал. Баба Фрося внизу осталась, уже неплохо.

– Это не тебе решать.

– То-то ты грозила нас со свету сжить. Вон, и подруга мамуленьки твоей припёрлась. Точно ведь подмогёт тебе расправиться с нами. Потому не пущу!

– Ещё чего, – не согласилась я. – Подумаешь, погрозила вам немного. А то совсем распустились. То и дело мешаете мне убираться да народ пугаете.

– А что прикажешь нам ещё делать? Скукота ведь проклятущая кругом.

– Это тебе скукота, а мне убирать. Силы тратить.

– Так-то она права, – вмешался в разговор домовой.

– Кто из нас? – в один голос уточнили мы с кикиморой.

Взгляды наши встретились, и мелкая вредина ухмыльнулась.

– Хиронька наша, – удивил домовой.

Вот уж не ожидала от него.

– Чего? – изумилась кикимора, и главное – глазки сузила. Ну точно сейчас начнётся. – Мстишь мне, да?

– Неа, – насуплено ответил домовой.

– Права-права, – повторил лизун. – Ты вечно всем мешаешь, да нас задираешь.

– Ах вы… Вы! – указала нечисть в нашу сторону. – Да я! Я… – Она растерянно огляделась по сторонам. Как назло ей на глаза попалась мыльная шкатулка. – Вот!

Взмахнув рукой, она заставила ту выпрыгнуть у меня из руки и сделать кульбит в воздухе с раскрытой крышкой.

Немудрено, мыльная щепа разлетелась по комнате во мгновение ока. А вредной мелочи было мало. Запрыгнув на подоконник, она раскрыла широко ставни и была такова.

– Лизун? – посмотрела я на него, когда оклемалась, чихнув несколько раз подряд. – Подсоби, а?

– Нетушки, мыло невкусное.

– Эх вы… – Домовой завертел пальцем, заставляя щепу собраться с пола подобно маленькому урагану. – Ладно, подсоблю. Устрою кикиморе расплату. Только обещайте не мешать.

Запрыгнув на подоконник, он поманил за собой мыльный вихрь и тоже был таков.

– О, это ты зря, – на пороге комнаты показалась баба Фрося. – Сейчас всю округу переполошат, разбираясь между собой.

– Да, будто раньше такого не бывало? – махнула рукой я поначалу. Но затем вспомнила об одном досадном моменте. – Так князь же здесь…

– Вот-вот.

– Я в это не полезу, – поспешил откреститься Лизун, выходя из комнаты. – Тут уж без меня.

– Ефросинья? – посмотрела на неё вопросительно.

– Чаво-то устала я, пойду ещё покемарю, – с довольной ухмылкой ответила та, исчезая на месте, буквально.

– Ну вот так всегда! – всплеснула руками я. – Когда помощь нужна, не допросишься.

– Так ведь мамка у тебя – ведьма знатная, пошли ей весточку, пусть приедет да подсобит. Давно обещалась, но уехала, куда глаза глядят.

Вздохнув, я припомнила их последнюю ссору и вздрогнула. Нет уж, не стану просить и не начну общение первая. Одно дело – трактир бабулин, другое – эта её работа в гильдии, которой та оправдывалась, ежели надоедало жить под одной крышей со мной. Едва приедет, давай всюду свои порядки наводить, мебель переставлять, занавески вешать и украшать помещения лишним хламом.

Стоило ненадолго призадуматься, за окном послышался поросячий визг и громкий «Бубух!».

– Ох!

Поспешив наружу, я быстро спустилась по лестнице и чуть нос к носу не столкнулась с тем самым мечником, который то и дело посматривал в мою сторону, чем немало смущал.

– Красавица спешить? – спросил он с акцентом. – Я помогать, если помощь нужна.

– Очень нужна, но мне бы на улицу выйти, – попросила я.

Посторонившись, он пропустил меня вниз и сам затопал следом.

– Могу воды натаскать, только вот где вёдра взять?

– Да в сарае, – вначале сказала я, но тотчас припомнила о крысе в ящике. А то вдруг сбежит, как потом перед князем оправдываться? Потому продолжила уже без всякого энтузиазма: – Нет, лучше я сама натаскаю. Позже.

– Нет-нет, я помочь, – поспешил заверить меня рыцарь-как-его-там.

– Не надо мне помогать! – взревела я со злости. – Надоели все. Одна пакостит, другие не слушают, третьи творят – что хотят. Доколе мне всё это терпеть, а?

Развернув меня к себе, рыцарь взял и… поцеловал.

Неистово, жадно и очень приятно…

– Ох… – секунду спустя проронила я оторопело.

– Прошу меня простить, – смутился он, опустив взгляд к башмакам дырявым. – Говорят, поцелуи – хорошее средство от злости.

Расхохотавшись, я продолжила спускаться.

– Только что придумал? – хмыкнула я. – Ой, хитёр так хитёр.