Ольга и попадание в Ренессанс.

Глава 2.

Глава 2.

Свобода со вкусом золота и с привкусом надзора

Утро началось с того, что Ольга пыталась согнуть волю артефакта — и проиграла.
Кулон-печатка на тонкой золотой цепочке, подаренный накануне во дворце, прикидывался скромным, но стоило ей попытаться его снять — на запястье проступил узор. Светлый, витиеватый, будто бы вышитый шелком под кожей. Как у знатной ведьмы на балах под платьем. Как у служившей при дворе фаворитки. Как у женщины, которую нельзя просто так отпустить.

Ольга вздохнула. Узор исчез, едва она оставила кулон в покое. Чистая магия — с послевкусием государственной собственности.
Хорошее утро.

— Мой кофе... — пробормотала она и выглянула из окна.

Там уже вовсю суетились слуги. Её собственные. Новенькие, свежевыведенные из королевского состава. Девица с узелком на голове — поварка, парень с метлой —, наверное, горничный. Или охранник. В этом мире роли были гибкими, как и мораль.

В комнату — точнее, в её новый личный дом, пожалованный как благодарность за годы «службы», — впорхнула молодая служанка.

— Леди Ольга, завтрак в саду. Вы предпочитали лимонный чай, но намекнули вчера на кофе. Молоко, сливки, мед? Или с собой, в дорогу?

— Всё, — честно ответила Ольга. — Я хочу всё. И тишину.

Служанка улыбнулась, не моргнув. Тренинг у них, видимо, был отличный. Королевские стандарты.

---

Сад был ещё в лёгкой дымке — то ли утренней, то ли магической. В воздухе витал аромат жареного теста, душистой травы и свободы. Настоящей. Почти.

Ольга уселась за резной столик под вишнёй. Перед ней поставили серебряный кофейник, булочки с маком, масло в магической охладительной чаше, несколько сортов варенья — и коробку.

Ту самую. С придворным штампом и печатью королевы.

Ольга вздохнула. Руки чуть дрожали — не от страха, скорее, от переизбытка происходящего. Словно бы всё ещё можно было отмотать назад. Вернуться. Забыть. Остаться.

Но она уже получила личный титул, официальный статус свободной женщины, банковский артефакт в виде перстня (ещё один, да), ящик с золотом и самоцветами, и даже список рекомендованных поставщиков артефактов. Никаких больше балов. Никаких ночей в чьей-то постели. Только — её постель. И её будущее.

В коробке лежали:

— Свиток на дом с подробным описанием земли, комнат, подвала (магически защищённого); — Артефакт управления дверями и окнами — сфера с выгравированным узором; — Маленький, сверкающий сапфир, зачарованный на экстренное перемещение — раз в полгода, не чаще; — Амулет контроля за счетом — в виде тяжёлого кулона с вкраплением зелёного камня, переливающегося, если счет пополнялся; — И три записки.

Она их развернула, как колоду Таро.

1. «Вы не обязаны возвращаться» — королева.

2. «Не стоит недооценивать память придворных» — без подписи, почерк подозрительно похож на руку короля.

3. «Мы будем рядом. Для защиты. Без лишнего.» — командор королевской гвардии.

Последняя записка была особенно интересной — и тревожной.
Вчера на прощании этот самый командор — высокий, с плечами, как дверной косяк, и глазами, которые умели смотреть сквозь людей, — слишком внимательно смотрел, как она забирает свои вещи.
И слишком быстро согласился, когда королева сказала, что да, отпускаем, но с сопровождением. Вроде как для защиты.

Ха. Конечно.

---

На дорожку она надела серо-зелёное платье с запахом и шнуровкой — строгое, но удобное, и, самое главное, с вшитым защитным амулетом. На ногах — сапоги до колена, мягкие, кожаные, с зачарованной подошвой. Артефакт-печать прицепила к браслету на запястье.

— Надолго прощаемся? — с деланной лёгкостью спросил слуга, подавая ей дорожный плащ.

— Навсегда, — ответила Ольга. — Или пока они не передумают.

Слуга не стал переспрашивать. Умный мальчик.

---

К экипажу она вышла, уже собранная.
На ступеньке стоял командор. Не в парадной броне, но и не в дорожной рубахе. Всё у него было какое-то официальное, будто он не выехал, а подписал приказ.

— Моя охрана, — коротко кивнул он.

— Мой дом, — отозвалась Ольга. — А не королевский. Напомнить?

— Да, — спокойно ответил он. — Потому я и еду. Чтобы не забывали. Ни вы, ни те, кто будет рядом.

Он поднялся в экипаж первым.

Ольга усмехнулась.
Интересно, сколько они собираются так за ней наблюдать? Неделю? Месяц? До первого любовника? Или до того, как она исчезнет по магическому порталу?
Ох, зря они ей дали тот сапфир...

Она шагнула в карету. Хлопнула дверца. И началась новая глава. Почти.

Собираться оказалось не так просто, как хотелось бы. Хотя, казалось бы, чего там — собрала пожитки, надела удобное, да и пошла себе с миром. Но нет, конечно же. Потому что во-первых — гардероб. Вернее, теперь уже её гардероб. После дворцовой службы он, как выяснилось, волшебным образом остался при ней. И вместе с ним — головная боль.

— Големка, — простонала я, уставившись на открытый платяной шкаф, внутри которого стояли несколько пар сапог, туфель и даже туфелек, таких хрупких, что я боялась дышать рядом. — Мне нельзя всё это взять с собой, правда?

Лилль, как всегда корректная и неподвижная, чуть склонила голову:

— По распоряжению королевы, всё, что вы использовали во время службы, переходит в вашу личную собственность. Это касается и гардероба, и предметов ухода, и бытовых артефактов.

— А если я скажу, что всё это в меня не влезет? — с надеждой спросила я.

— Я подготовила переносной сундук-шкаф с расширением пространства и защитой от погодных условий, — совершенно серьёзно ответила Лилль. — Он уже ожидает у дверей. И есть дополнительный — для случайного шопинга в пути.

Я вздохнула. Иронично. Грустно. По-королевски. Потому что всё это начинало казаться подозрительно… роскошным. За что такие привилегии-то? Ах да…

Мысль сжала сердце — и выдохнулась воспоминанием. Тем самым, разговором, который я до сих пор не знала, как оценить. С королевой. После того, как меня окончательно отпустили с её службы. Или, быть может, освободили?