Олигархов надо (ка)лечить

Глава 4

Натали

«Но что-то же ты хочешь?» - не шло у Наты из головы. О! Еще как хочет – поквитаться со всем твоим родом! Отомстить! И теперь, когда позволила ему скрываться в ее доме какое-то время, нужно как следует подумать, как воспользоваться этим в собственных интересах. Ну а пока… пока она будет его лечить и кормить. Не больше того! Ни развлекать, ни ублажать как-то еще не собирается. Досуг свой точно пусть сам организовывает, не путаясь у нее под ногами и не высовывая носа из дому.

Все! Хватит забивать себе мысли ерундой, когда у нее столько работы. Пора пополнить запас крема, который вчера так нахваливала Верка. Ведь уже на все село растрещала, а в запасе не осталось ничего.

Поставив выпариваться соцветия ромашки, Ната занялась смешиванием остальных ингредиентов для «чуда-крема», каким тот назвала Вера. Основу она специально заказывала на одном сайте – общую для всех целебных кремов и в больших количествах. Получала на почте раз в три месяца. Ну а дальше уже начиналось ее собственное шаманство, как она про себя шутила. На самом деле, никакого колдовства там и в помине не было. Просто она отлично знала свойства всех трав, произраставших в этой местности, и умело их использовала на благо людям. Вот и мазь от ревматизма подошла к концу, а на днях за ней пожалует внучка бабы Маши. Значит, и ее ей тоже следует приготовить. А еще ее ждала крапива, которой вчера нарвала много. Если сегодня не пустить ту в дело, завтра она уже будет негодной. И придется идти за новой. А все этот… Мамонтов! Все планы спутал, влез в ее жизнь. 

Ната так увлеклась любимым занятием, что привычно забыла о времени. Как и о своем пациенте умудрилась тоже забыть. Потому, даже испугалась, когда дверь в спальню распахнулась, и на пороге появился Мамонтов. И в следующий момент она рассмеялась, чего даже сама от себя не ожидала. Но посмеяться там было над чем. Представьте себе взлохмаченного и свирепого бога древней Греции. Да, именно такого с первого взгляда напомнил ей Мамонтов – обмотанный простыней на манер хитона. Вон, аж драпировку умудрился пустить с плеча. А глаза-то, глаза… того и гляди начнет метать молнии. Только божественного посоха и не хватает. Разве что, бледный он слишком для бога то. Но и бледность можно отнести к аристократической.

- Извини, что не смеюсь вместе с тобой. Боюсь не сдержаться, - нахмурился Мамонтов.

И только тут Ната подметила, что выглядит он несколько напряженным. Собственно, ей тоже уже смеяться расхотелось.

- Могу я поинтересоваться, где моя одежда?

- Можешь, - кивнула она, возвращаясь к прерванному занятию. В данный момент она толкла в ступке семена укропа для укропной настойки. – Превратилась в прах.

- В каком смысле? – пошел он на нее, и Ната бросила на него предупредительный взгляд, выставив перед собой деревянный пестик, которым и толкла семена. Не остановится, воспользуется им как оружием.

- В самом прямом. Я ее сожгла. Стирать тебе и штопать не собираюсь, сам понимаешь.

- А в чем же мне теперь ходить? И где у тебя туалет? – вдруг на глазах из наглого и напористого превратился Мамонтов в крайне растерянного.

Тут Ната поняла причину его напряженности и еле сдержалась от нового приступа смеха.

- На дворе. От крыльца направо, не ошибешься, - позволила она себе усмехнуться, испытав приступ злорадства, которому не обрадовалась.

- Черт! – выругался он, но продолжать не стал. 

Видимо, решил не тратить на это силы. Да и поджимало его неслабо – вон как засеменил к двери мелкими перебежками. Ната снова с трудом сдерживала смех, наблюдая за ним исподтишка. Мамонтов же тихо ругался и бубнил что-то на тему, что спасибо хоть кроссовки не сожгла, торопливо обувая те и путаясь в собственных же ногах.

Когда он выскочил за дверь, Ната не удержалась и приблизилась к окну. К туалету он перебирал ногами еще быстрее. При этом, статная мужская фигура, обмотанная белой простыней, не переставала напоминать ей греческого бога. Бог, спешащий в туалет. Эта мысль добила окончательно, и она аж согнулась пополам, давясь смехом. Давно она так не веселилась, еще бы от злорадства как-то избавиться.

Но вопрос ей Мамонтов задал правомерный. Раз уж лишила его одежды, хоть и была та вся драная и грязная, значит, обязана дать что-то взамен. Благо, на этот случай у нее сохранилась одежда отца. Не много – только то, что оставила себе на память. Правда, ростом отец был поменьше Мамонтова, но зато в плечах примерно такой же, как и в обхвате.

Пока гость отсутствовал, Ната достала из шкафа льняные штаны и просторную рубаху. Вещи развесила на стуле и вернулась к своим занятиям.

Вернулся Мамонтов изрядно подобревший, хоть и с явной брезгливостью на лице.

- И как ты так живешь? – вразвалочку приблизился к столу.

Ната как раз разливала по бутылочкам огуречный лосьон собственного изготовления. На него у нее тоже был постоянный спрос. А много впрок не заготовишь, потому как срок годности у лосьона этого небольшой. Потому и емкость она подобрала для него мелкокалиберную. Ну и делать его приходилось часто. Зато лицо после него было чистое и шелковистое.

- Как, так? – поинтересовалась Ната, не глядя на гостя.

- Ну… с такой уборной. А зимой как справляешься?

- Тебя интересуют подробности? – бросила на него насмешливый взгляд. – Как-то справляюсь, - пожала плечами.

Что и тебе придется делать, милок. Но в душе Ната была уязвлена его тоном и, в особенности, выражением лица. Она и сама не раз подумывала, что надо бы сделать к дому пристройку. Но удаленность от всех остальных домов и центральной канализации делало эту задачу слишком дорогостоящей. Потому и откладывала до лучших времен.

- Это мне? – кивнул он на вещи на стуле.

- Тебе, - равнодушно отозвалась Ната, радуясь в душе тому, что почти все запланированное на сегодня сделала. Можно вечером наведаться к Вере и снести ей товар на продажу. 

Мамонтов забрал со стула одежду и скрылся в спальне. Только Ната решила, что там он и останется, как он вернулся. Одежда отца на нем сидела почти идеально, разве что, брюки были чуточку коротковаты. Но и с этим он ловко справился, еще и подкатав те. Подлецу все к лицу, - решила Ната, не удостоив его и дальнейшего разглядывания. Как и от комментариев отказалась.