Оливка на счастье

Глава 4

Приглашённые девушки с энтузиазмом и огромной радостью готовились к такому знаменательному событию, как бал у Императора. Готовились сотни нарядов, швейные ателье, швеи и стилисты сбивались с ног, чтобы успеть все к дате.

На бал было принято является во всеоружии богатства и красоты, ведь спустя месяцы после таких событий в СМИ жарко обсуждали как сами самые экстравагантные наряды, так и их запомнившихся владелиц.

Родители составляли списки перспективных женихов и невест, а сами молодые и не очень молодые люди в который раз разучивали танцы, этикет и еще много такой же чепухи.

А ещё на балу была отличная возможность для заключения всяких выгодных сделок между аристократами. Очень редко, когда они все собирались в одном месте. Папа тоже как взбудораженный бегал по всему дому весь этот месяц, у него было столько планов, что он почти не замечал меня, весь в мечтаниях о будущих прибылях.

Я всего один лишь раз лениво просмотрела альбом с эскизами бальных платьев, и то после долгих уговоров мамы, а потом закинула его под кровать, да так и забыла. Списки будущих женишков даже смотреть не стала, если у меня все получиться, он мне не понадобится. А если нет, то даже думать об этом не хочу.

Общалась только с Розой, и домой почти не возвращалась. Ночами почти не спала, все терзала запросами глобанет и почти сгрызла ногти от волнения. Поскорее бы все закончилось...

За неделю до часа икс, мама поняла, что я так и не заказала себе платье.. Крики были до небес! Ровно через час меня окружила небольшая, но очень буйная стайка именитых мастериц, что за пять секунд раздела меня до белья и принялась вертеть во все стороны, что бы снять мерки. Всю иголками искололи! Какие бы технологии и время было на дворе, аристократы, вроде моей матушки и отца, предпочитали делать все по старинке.

Мне снова притащили злополучный бумажный альманах. Мама сказала — не выберешь сама, то она сделает это за меня! А зная ее вкус, я быстро включилась в работу. Наконец, спустя два часа потраченных всем нервов я выбрала фасон.

Серебристо серое платье до щиколоток должно было мягко облегать фигуру, почти не открывая ее, а лишь намекая на небольшую грудь и тонкую талию. Никакого корсета, тяжёлых драгоценностей и бесконечных кружев. Серебристые туфли на высокой шпильке дополняли образ, делая меня ещё выше.

Строго, скромно и совсем не вызывающе.

Мама и швеи были в ужасе, как "этим" привлечь внимание? Но на всё причитания, я бескомпромисно заявила, что или выбранный мной наряд, или я останусь дома.

— Потом не жалуйся, милая, что часами подпирала стены, пялясь в потолок, и никто не пригласил тебя даже потанцевать, — устало выдохнула родительница и махнула на меня рукой.

А я с громной радостью оставшись одна в комнате, упала спиной на кровать и раскинула руки. Неделя. Осталась всего неделя и я буду свободна!

Решающий день, свалился мне на голову как метеорит. Шокирующе быстро и неожиданно. Мы проснулись ещё засветло, что бы успеть одеться, сделать прическу и макияж. Не будь всего этого сватовства, мне бы вся эта суматоха и беготня по салонам красоты принесла бы удовольствие. Какой девочке не хочется стать красивой?

Через три часа мы все собрались в холле дома. Мама была в тяжёлом, лазурного цвета платье, что вместе с платиновой, ажурной тиарой в сложной причёске, из густых, темных волос, делало ее похожей на молодую королеву. Ее шею украшали фамильные изумруды, такие же сверкали в перстнях на руках.

Папа же был в классическом черном костюме и не сводил с нее восторженных глаз.

— Мадам! Вы прекрасны! — прошептал он и поцеловал ее тонкие пальчики. Мама же зарделась, как девчонка. Они неисправимы!

Я отвела глаза от милований и нетерпеливо огляделась. В большом зеркале на стене отразилась стройная фигурка и я подошла поближе.

А неплохо получилось! Не так ярко и царственно как у мамы, но не так и плохо, как все мне предрекали. Платье хоть и не открывало ничего лишнего, сделало из меня хрупкую, серебристую статуэтку. На шее едва заметно поблескивала тонкая серебряная цепочка — это было единственное мое украшение.

Я завороженно уставилась на незнакомку в зеркале. Рыжие волосы были собраны в высокий пучок и лишь несколько прядок игриво вились вокруг лица. Даже нос, благодаря умелому макияжу казался не таким огромным, на щеках сиял нежный румянец, а зелёные, испуганные глазища сверкали яркими топазами. И как, такой мне, затеряться среди остальных?

Отец сам управлял нашим флаем и спустя всего минут двадцать полета, аккуратно приземлился на специально освещенной парковке. Тысячи больших и маленьких, дорогих и не очень машин спускались вместе с нами. Хорошо хоть мы не заказали карету с лошадьми, как сделали некоторые, делая выделиться. Во-первых это безумно дорого, а во-вторых трястись целый час в тесной, дребезжащей коробке, нет уж, увольте.

Мы выползли из кабины, и мама захлопотала перед нами, в последний раз разглаживая несуществующие складки. Её лицо светилось от радости и предвкушения, она будто заново переживала свой первый бал. Меня же с головой затопили мрачные предчувствия. Я с трудом раздвинула непослушные губы и изобразила счастливую дурочку. Нам же выпала такая честь – сам Император прислал приглашение!

– Мои дорогие, вы самые лучшие на планете! – с любовью выдохнула она, оглядывая нас восхищенным взглядом. И, крепко взяв меня с отцом за руки, повела свою крохотную армию покорять столицу.

Перед древним и величественным императорским дворцом толпилась огромная куча народа, знаменитые и не очень гости все прибывали. Паника завладела мной, ладони повлажнели, а легким стало не хватать воздуха, отчего я вся покраснела.

Заглядевшись на смелую девушку в облегающем полупрозрачном платье, в котором виднелись почти все ее прелести я споткнулась и чуть не сломала нос об каменные ступени. Лишь ухватившись за руку отца, я восстановила равновесие, и смогла избежать позора на всю планету.

Прямой репортаж с главного события года вели три сотни круглых маленьких визо-роботов, неслышно проносившихся над нашими макушками. Я перевела дух от облегчения, пообещав себе впредь быть более внимательным. Только по визору засветиться мне и не хватало, для полного счастья.