Олоры восхода: проклятье Салвы

Глава 10. Парилка

Парная находилась этажом ниже, так что далеко идти Салве не пришлось. Девушка находилась под землей, но даже здесь, к ее огромному удивлению, было достаточно места. Вначале они вошли в переодевалку.

Здесь было тепло и пахло мокроватым деревом и луговыми травами. В печке, расположенной напротив входа, весело потрескивали дрова. Рядом на земле лежала пирамидка из дров.

Кроме этого, в комнате находилась длинная и достаточно широкая лавка, над которой висели крючки. Сэлли повесила на один из крючков свое полотенце и положила вещи.

Салва последовала ее примеру.

– Положи все полотенца и одежду сюда. – показала девочка гостье на ближайший к ней крючок. – Когда Луиза придет, она сама разберется со своими вещами.

– У вас очень дружная семья. – Салва положила вещи на лаку и стала раздеваться, последовав примеру Сэлли. Та уже накинула на себя полотенце и готова была войти в парную.

– Да не, у нас самая обычная семья. – Сэлли почесала затылок и стала распускать хвостики. – У тебя разве было не так?

– Нет. – Салва стала быстро расстегивать рубашку. – Я росла одна, в огромном дворце. Отец был занят правлением Нерды, а мама… – девушка отвлеклась на расстегивание штанов. – А мама сбежала на другую планету, когда я была маленькой.

Салва осмотрела на свою одежду. Та была не только мятой и грязной, но еще и порванной, а еще от нее пахло гарью и порохом.

Наездницу передернуло. Снятую одежду отправила тут же в печку. Это уже носить было невозможно.

– Неужто? – глаза Сэлли широко распахнулись. Для девочки, выросшей в дружной семье, такое казалось диким.

Девочка подбросила еще несколько дров в печку, и через несколько секунд дрова затрещали в огне:

– Мы можем уже пойти париться. Там достаточно тепло, а Луиза тоже скоро спуститься к нам вниз.

Салва накинула на себя полотенце.

– У тебя рисунок на руках! – воскликнула Сэлли, когда заметила татуировку на правой руке гостьи, и подбежала ближе.

Салва улыбнулась и пояснила:

– Это знак единения между мной и крылатой. Рисуется настойкой ветрогонки южной. Раньше по такому рисунку можно было распознать наездника и узнать его род. – объясняла терпеливо она внимательно слушающей девочке. – Род олора определялся его цветом. У меня красный род, королевский, это самый редкий вид олоров. А еще сбоку обычно пишут название олора. – показала девушка на надпись ниже татуировки олора. – Мою олору зовут Аргиль.

Дверь в банную скрипнула, и в предбанник вошла Луиза.

– У Салвы есть рисунок на руках! – восхищенно поведала она сестре.

Луиза сильно удивилась, а затем подошла и рассмотрела татуировку.

– Нам бы папа и мама в жизни не разрешили! – качнула головой она. – Салва, я обработала твоей крылатой раны заживляющей настойкой. Как мне кажется, ей очень понравилось.

– Спасибо большое, Луиза. – поблагодарила Салва.

Аргиль тут же откликнулась:

«Ожоги перестали жечь. Я думаю, за пару дней они все заживут.»

– Благодаря тебе раны моей олоры быстро заживут. – добавила Салва и зашла вместе с младшей сестрой в парную.

Нос и лицо тут же обожгло сухим, раскаленным воздухом. Девушке стало тяжело дышать, и она прикрыла нос ладонью и тяжело задышала, привыкая к горячему воздуху. Такие парные были больше популярны на Валесе, где большую часть года царила суровая зима. Каждый раз, бывая в гостях у дедушки, Салва ходила в них. Она их просто обожала.

Только в этот раз еще и все ссадины защипали на коже, отчего девушка со свистом втянула в себя воздух и слегка застонала.

Салва присела на одну из нескольких широких лавок напротив раскаленной трубы. Там же находился котел с кипящей в ней водой.

Возле Салвы находился небольшой кран, судя по всему, с холодной водой, чтобы разбавлять воду.

Пол был устелен деревянными досками, по углам которых были сделаны желобки для слива воды.

Пахло деревом и раскаленным камнем.

Сэлли достала из правого крайнего угла небольшой тазик.

– Возьми себе тоже один! – указала она на груду тазиков, стоявших под лавкой у входа. Там же и была небольшая полочка со всякими баночками и склянками.

К ним присоединилась Луиза. Она разбавила в небольшом деревянном ведре холодную воду с настойкой из трав и стала поливать эту смесь на раскаленную трубу.

Вода тут же зашипела и запенилась, превращаясь в белый пар, высоко поднимающийся к потолку и расползавшийся по всей парной.

Салва часто и жадно задышала – в тяжелом, горячем воздухе запахло вкусно луговыми травами.

– Что это за травы? – спросила она и закрыла глаза от жгучего влажного пара.

Луиза же словно и не ощущала раскаленный пар, она все также наливала воду на трубу.

– У нас здесь очень много трав растет, Салва. Мы их сами настаиваем. Эта смесь – расслабляющая и успокаивающая. Лимонник и эвкалипт. – пояснила Луиза и тяжело задышала.