Олоры восхода: проклятье Салвы

Глава 26. Покушение

В свои покои Салва возвращалась очень поздно. Разговор с дедушкой получился не самым легким и продлился несколько часов, но завтра Салва предстоит предстать перед королями и рассказать о предательстве дяди.

Задача была непростая, и девушка совершенно не знала, как об этом рассказать. Ей должны были поверить. В голове она прокручивала несколько вариантов своей речи, но пока ни один из них ей не понравился.

Перед дверью в свои покои задумавшаяся Салва остановилась и пропустила момент, когда на нее сзади напали. Девушка едва успела отскочить в сторону, но кинжал в руке рабыни задел ее руку.

Рабыня набросилась на Салву снова, и та, едва успела увернуться от кинжала. Тот прошел в сантиметре от ее шеи.

– Что ты творишь? – воскликнула Салва, но нападающая на нее девушка совсем не отреагировала.

В следующий миг наездница набросилась на нападавшую и попыталась выбить кинжал из ее руки, и только изранила себе ладони.

Однако вскоре и Салва, и рабыня, напавшая на нее услышали торопливые шаги.

– Салва! – где-то вдалеке еще раздался взволнованный крик Эверсора.

– Я возле покоев, Эрик! – крикнула она ему в ответ.

Напавшая рабыня толкнула наездницу в стену, а затем бросилась бежать и скрылась в темном коридоре.

Салва застонала от боли в затылке, которым она очень сильно приложилась о стену. Но за рабыней она не успела бы побежать.

Через несколько секунд к ней подбежал Эверсор и помог подняться на ноги.

– Салва, у тебя везде кровь!

– Ничего страшного. – ответила девушка. – Этот только царапины. На меня напала незнакомая девушка прямо возле моей комнаты. Я защищалась.

Возле них в коридоре уже стала собираться толпа из любопытных слуг.

– Аргиль позвала меня. Хорошо, хоть я не спал. – Эверсор провел девушку в комнату, подальше от любопытных глаз. – Скоро сюда придёт Клемена, она обработает твои раны.

– Хорошо. – проговорила Салва. Места, где были раны, начало жечь.

– Мне очень жаль, что так получилось, Салва! – извинился пират и помог Салве присесть в кресло. Он сходил в ванную комнату и достал полотенца и начал обтирать им раны. – Я не думал, что в моем дворце посмеют на тебя устроить покушение.

– Это мой дядя, – нерадостно вздохнула Салва. – Только я не понимаю, почему она не попыталась меня добить.

Аргиль постучалась в окно, и Эверсору пришлось запустить ее в комнату, отчего там сразу стало меньше места.

«Я ничего не могу сделать.», виновато произнесла она.

Если бы Аргиль и Салва были бы парой, то олора смогла бы излечить свою наездницу. Но она не являлась парой Салвы, поэтому не могла ничего сделать, только лежать рядом и смотреть большими голубыми глазами на девушку.

– Все будет хорошо, Аргиль. – пообещала наездница крылатой. Но та опустила голову.

Она посмотрела нетерпеливо на дверь. Раны уже невыносимо жгло, как будто там были угли. Она застонала от боли.

В комнату прошли мужчина и женщина. С женщиной Салва была уже знакома, это была домоправительница Клемена. Невысокая женщина с каштановыми волосами, длинным лицом и очень острыми чертами лица. Она была очень худой. Волосы ее были заправлены в аккуратный пучок, а платье было закрытого фасона и темно-синего цвета. В правой руке у нее был небольшой чемоданчик.

Она быстро подбежала к раненной гостье и осмотрела раны.

Они горели еще как. Салва едва сдерживала стоны. Казалось, что этот огонь распространялся по всему телу.

– Клинок был отравлен. – тут же с ужасом произнесла она, раскладывая чемоданчик на столе, который Эверсор тут же ей подвинул.

Клемена покачала головой и стала раскладывать торопливо бинты на стол.

– Салва, я сейчас обработаю твои раны. – строго заметила она. Она достала небольшую баночку и накапала из нее на бинты и стала протирать раны и предупредила: – Это от яда. Но будет очень сильно гореть.

Вот только она обманула. Раны не горели, они начали жечь так, что у Салвы слезы в глазах появились.

– Салва, держись! — Эверсор стал помогать своей домоправительнице и обрабатывать порезы на ладонях.

Клемена откупорила маленькую бутылочку и подала Салве:

– Выпей, это обезболит твои раны и противоядие.

Настойка обожгла наезднице рот и была очень горькой на вкус, и она закашлялась. И ее передернуло несколько раз от этой гадости. С огромным трудом девушка допила до конца.

Спустя несколько мгновений огонь загорелся в желудке. Однако, это стоило того, чтобы потерпеть. Потому как огонь стал утихать, оставляя после себя слабость.

Когда в комнате появился еще один мужчина, Салва уже ничему не удивлялась.

– Керст, тебе придется заняться безопасностью дворца. Это недопустимо, чтобы на Салву еще раз напали. Она здесь под моей ответственностью. – строго посмотрел предводитель пиратов на этого пирата. – Вытрави всех крыс!

– Хорошо. – кивнул пират и нахмурился. – Держись, Салва. Моя жена – самый лучший лекарь здесь. Она быстро поставит тебя на ноги.