Он был богом

Сказание третье

Я открыла глаза и подивилась увиденному - вокруг меня сводами простиралась огромная пещера, вся сплошь землянистая, корни деревьев вырастали из её купола, переплетаясь, будто клубок змей.

Вокруг меня расплывались очертания, но запахи я чувствовала исправно - резкие, терпкие, предупреждающие. Я несколько раз зажмурила глаза, стараясь привести зрение в чёткость, но не выходило.

- Что же мы будем с ней делать? - послышался откуда-то низкий, хриплый голос.

Я на всякий случай обратно зажмурилась. Слова незнакомца не вселяли покоя в душу.

- Надо показать её князю, - заметил кто-то справа от меня.

- Да она же не шевелится, - возразили ему рычаще.

По правде сказать, я и вправду не двигалась - все члены мои сковал страх. Я оказалась в совершенно незнакомом мне месте, к тому же, я не помню, как; вокруг меня все говорят столь низкими и грубыми голосами, на людей не похожими; да ещё и к князю своему вести собрались - авось он казнить меня прикажет? Тогда что? Моё сердце колотилось в груди, будто птичка трепыхалась в клетке, но я всё ещё старалась пореже дышать. Когда мы все были маленькими, старый Иван, бывший раньше княжеским следопытом, учил нас, что коли ты оказался где-то далеко от дома и чуешь опасность, то мёртвым притворись. "Так делают все звери, и вы делайте" - говаривал он. Слова доброго учителя всплыли сейчас в памяти сами, будто по щелчку пальцев, и я исправно старалась делать вид умершей или хотя бы потерявшей сознание.

Я лежала, затаив дыхание и размышляя, что же будет со мною дальше. Неужели эти чудища и впрямь понесут меня к своему Владыке? И кто, интересно знать, их Владыка?

Я прекрасно понимала, во что ввязалась. Я не помнила, как я сюда попала, но я помнила купальский костёр и горелки, помнила венки и рассветное утро. Конечно же, со мной случилось Приключение. На Купалу они часто случаются, всякие - кто-то возвращается из леса только через три дня со своим суженным супругом или супругой, а кто приходит с корзинкой, полной цветков папоротника, и лечится вся деревня ими ещё весь год. Даже со мной в прошлом году приключилось нечто - я увидела Ярило, как он шёл по траве, припевая, почти не касаясь росы, и смеялся. Редкость увидеть бога в канун его праздника, и тогда я посчитала это благословением, а вот ведалка наоборот сказала, что не к добру это.

Некогда мне размышлять было, в самом деле, а я всё дышала тихо-тихо и думала, куда же я попала и к кому. Неужто к нечисти самой лесной? И кто их хозяин? Не Леший ли? Если Леший, больно будет - от него так просто не уйти. Леший загадки любит загадывать, да такие хитрые, что не каждый старейшина их отгадать может. А если не отвечу ему, утащит в чащу и защекочет до смерти в наказание. Ведь я, сама того не желая, нарушила сейчас границу миров, что размыта была между ночью и утром Купалы. Из Яви я перешла в Навь - Царство нечисти и духов, и здесь я могла столкнуться с чем угодно, что даже уму непостижимо быть может с лёгкостью.

Существа переругивались тихо, а затем порешили, что расскажут обо мне господину, потому что строг он шибко, и может им потом прилететь нагоняй за то, что умолчали.

- Человек может быть опасен, - заметил один. - И если она что-то да натворит, как думаете, с коро шкуру спустят, а?

Остальные согласно загудели. Меня коснулись чьи-то мохнатые лапы, и теперь я действительно почти перестала дышать, в зобу спёрло, будто по груди мне ударили наковальней. Страшно...