Он мой кошмар

43

Это полнейшее безумие.

Я должна бежать, но меня словно взяли в плен. Панкратов удерживает меня, не прилагая к этому физических усилий. Страх трансформируется в азарт. Что-то лютое, неуправляемое. В ту, самую первую ночь. В ночь нашего знакомства во мне бурлили такие же эмоции. Страх, порабощение и окутывающее таинством предвкушение.

Я смотрела на него и не могла объяснить, почему в глубине души отзываюсь на развязные фразы и действия… Позже начались мысли. Преследующие изо дня в день картинки наших встреч и разговоров.

Две последние недели на нервах. В ожидании, словно перед прыжком.

Пружина стягивалась и когда-то непременно должна была выстрелить. 

У Андрея горячие руки. Взгляд сосредоточен на моем лице. Он обхватывает мои щеки ладонями и молчит.

Я не жду глупых оправданий, абсолютно не специально ерзая на его коленях. Кожа все еще покрыта мурашками. Пальто, что упало к его ногам, все равно не грело. Да и дело не в холоде. Я на взводе. Пузырь моих собственных сомнений лопнул. Со стороны это выглядит бредом. Будто я поддалась на его провокацию, прогнулась под обстоятельства, но это не так.

Все проще. Все низменней и проще.

С ним я чувствую себя защищенной. Могу быть слабой, не оглядываясь по сторонам. Это пугает и подкупает одновременно. Его непоколебимость. Ярость, что выплеснулась горячей магмой из самого жерла вулкана. Яркая вспышка, за которой последовал взрыв.

Во мне самой просыпается что-то страшное и жаждущее крови.

Я синхронизируюсь с Андреем. Эта вседозволенность дурманит. Он сводит меня с ума, потому что сам уже давно сумасшедший.

Поцелуй. Еще один и еще. На лбу уже давно выступила испарина. Легкие забиты воздухом до отвала, но мне все равно нечем дышать. Голова идет кругом. Жарко, нестерпимо жарко.

В голове промелькивает мысль: сегодня можно все. Но только сегодня.

Завтра будет новый день, в котором снова придется разбираться с проблемами. Анализировать поведение Андрея… и наконец-то решить, кто мы друг другу. Но стоит ли откладывать этот вопрос? Почему не задать сейчас? Вот в эту секунду.

Упираюсь ладонями в мужские плечи, осознавая, что ткань рубашки слегка влажная. Видимо, жарко не мне одной.

Андрей ловит мой взгляд, обхватывает затылок, не давая отстраниться еще больше. Пытается притянуть к себе для поцелуя, но я сопротивляюсь.

Не так… я придвигаюсь ближе. Между нами пара миллиметров. Смотрю в его темные глаза и разлепляю губы, чтобы сказать:

– Я хочу нормальные отношения.

Андрей накрывает мой рот ладонью, тянет воздух у моего лица и расплывается в улыбке.

– Они у нас будут, – шепчет.

У него поблескивают глаза от фар проезжающих мимо машин. Мы так и сидим в душном салоне автомобиля, что припаркован практически на тротуаре. Смотрим друг на друга как душевнобольные и улыбаемся.

Мои губы свободны от его рук. Волосы водопадом упали на спину. Он снова вытянул из высокого пучка заколку. Всегда так делал, и в последнее время я начала осознавать, что чаще хожу с распущенными.

– Больше никаких драк, Панкратов.

– Больше никаких танцев, Токарева.

– И с тобой?

Моя бровь ползет вверх, и Андрей чуть сильнее сдавливает мои запястья, после чего целует тыльную сторону ладони, удерживая руку у своего лица.

Касаюсь кончиками пальцев колючей щеки и пытаюсь выдохнуть. Меня захлестывает лавиной эмоций.

Разве так бывает? Со мной еще ни разу подобного не случалось. Но Панкратов какой-то особенный. Ему ни до кого нет дела, он живет так, как хочет, и меня это подкупает. Немного затюканную, сломленную и чересчур сердобольную девочку приводит в восторг такое легкое проживание жизни.

Потому что сама так не умею и вряд ли научусь.

– Поехали.

Он отодвигает сиденье, давая мне пространство, чтобы с комфортом вернуться на свое место и задать вполне очевидный вопрос:

– Куда?

– Прокатимся. Еще успеем на развод мостов.

– Правда? – мои глаза загораются. – Никогда не видела вживую.

– Первый раз в городе?

– Да.

Сама вытягиваю руку и переплетаю наши пальцы. Андрей акцентирует взгляд на этом контакте. Я же автоматом поджимаю губы.

Шум мотора врывается в нашу уединенную реальность и заставляет вздрогнуть.

Андрей выкручивает руль, переключает передачу.

У него другая машина. Скорее всего, из каршеринга или проката. Да и вряд ли он катается по всей России на своем мустанге.

Панкратов вытягивает меня на набережную. Тут ветрено и многолюдно. Мы лавируем в скоплении туристов и местных жителей, словно спешим убраться подальше от чужих глаз. Но сейчас это просто невозможно.

Андрей притягивает меня к себе.

Мы не смотрим на то, как разводят мост. Мы смотрим друг на друга. Обнимаемся и пожираем друг друга глазами. Мои бедра впечатываются в гранитный парапет.