Он моя проблема

Глава 20

Ну вот и что ей отвечать?

Мы садимся за большой дубовый стол, освещаемый массивной настольной лампой. Мне кажется, что есть в библиотеке так себе идея, мебель здесь явно антикварная. Но раз Женя тут сегодня за хозяйку, значит, вся ответственность на ней.

- Ничего мы не делали. Разговаривали. Он мне брошюры привез и захотел посмотреть на красивую жизнь изнутри. Не выгонять же.

- Ну да, ну да. Он вообще на редкость живой и любознательный парень. Именно поэтому и проспал весь прошлый семестр.

- Слушай. Я не знаю, что ты там себе придумала, но к реальности это не имеет никакого отношения! – я раздраженно вздыхаю. – Мне и так все время неловко из-за дурацкого задания от сама-знаешь кого. Выглядит, будто я им как-то манипулирую. Но я ничего такого не делаю, только конфетами кормлю. Поэтому, хоть ты не добивай.

Вообще, я чувствую себя сегодня как-то странно. То мне весело, и я почти счастлива, то раздражаюсь без всякой причины. Почему-то мне вдруг очень хочется быть хоть немного похожей на здешних девушек. Быть уверенной в себе, взрослой и, возможно, в лифчике пуш-ап. Не уверена до конца, но мне кажется, это бы помогло сейчас моей самооценке.

Вернувшийся Самойлов мне настроение не повышает.

Возмутительно довольный собой, он ставит передо мной десерт – плюшка в виде мультяшной кроличьей морды. Наверняка, с детского стола. Вот как это понимать? Он на полном серьезе воспринимает меня ребенком?

- Спасибо, - холодно говорю я, делая вид что мне вовсе не обидно.

- Тебе не нравится? – удивляется Стас. – А я, увидев, сразу про тебя подумал, - он сейчас на волоске от того, чтобы я не кинула в стену одну из фарфоровых тарелок. Как я буду ущерб потом оплачивать? – Между прочим, забрал последнего зайца. Прямо из-под носа маленькой девочки. Похоже, я теперь в черном списке, официанты меня взглядом прожигали.

- Не стоило ради меня так стараться. Я решила есть меньше сладкого.

- Маш, у тебя температуры нет? - Женя кладет мне руку на лоб. – Вроде нет. Не пугай меня так! И не недооценивай зайца. Это печенье с крем-чизом и клубничным конфи. Ева выбирала. Давай напополам?

Женя решительно пилит зайца ножом и, сама не понимая, как это произошло, я уже грызу заячье ухо. Почему она на стороне Стаса? Даже не дала мне нормально обидеться.

- Чем теперь займемся? – как ни в чем не бывало спрашивает Стас, хозяйственно составив грязную посуду стопочкой. – Что полагается делать на светском рауте после банкета?

- Минуточку! – загадочно говорит Женя и, собрав башню из посуды, убегает из библиотеки. Возвращается она почти мгновенно, волоча с собой мужчину, увешанного фотоаппаратурой. – Дальше должна быть фотосессия! Будьте добры, Владимир, - просит она фотографа. – Поснимайте этих двоих.

Этого еще не хватало!

- А ты? – спрашиваю Женю, посылая ей бровями сигналы SOS. Но Женя их игнорирует.

- С меня на сегодня хватит, я свое уже отстрадала. Ну, чего замерли? Позируйте!

Я натужно улыбаюсь в камеру, в надежде, что если попытаюсь сотрудничать, все это быстро закончится.

Но Женьку такой вариант не устраивает.

- Это что? Позы? Я не вижу истории! Давайте так, она – отличница, он – школьный хулиган! Да возьми ты какую-нибудь книжку, позируем!

Самойлов, ухмыляясь, кладет передо мной наугад взятый с полки, том Советской энциклопедии. Я открываю его где-то на букве «С».

- Так, Стас молодец, ухмылка что надо! А ты чего замерла? Смущайся давай! Смотри в книгу и трепещи!

Самойлов упирается руками в стол, приближая свое лицо к моему. Модель, чтоб его! Вполне натурально краснею, и фокусирую взгляд на энциклопедии. Статья о свиноводстве.

- Отлично! Теперь сядь на стол и положи руку на Машкину. А ты подними голову и смотри на него. Да, вот так, открыв рот. Отлично!

И когда я успела открыть рот? Это все Самойлов виноват! Хулиган-соблазнитель из него как настоящий. Видимо, долгие годы практики.

- Теперь, сядь рядом с ним и отвернись. Ты хочешь уйти, но он тебя удерживает.

Стас кладет руку мне на плечо, взгляд ранимый и умоляющий. Закатываю глаза и совершенно искренне отворачиваюсь, но Самойлов ловит меня за подбородок и снова поворачивает к себе. Мы сидим, почти соприкасаясь носами, как будто собираемся целоваться. Да что это за фотосессия такая вообще?

Скинув с себя наваждение, вырываюсь и гневно смотрю на Женьку.

- Отлично! Просто идеально! – бессовестно наслаждается процессом она. – Теперь садимся на подоконник, - она кидает Самойлову разноцветную шаль, достав ее неизвестно откуда, словно фокусник. – Влюбленная пара у заснеженного, то есть мокрого, окна.

Женька с трудом поднимает настольную лампу и тащит ее к нам, стараясь осветить наши лица. Наконец, пристроив лампу, она снова отходит к фотографу, чтобы командовать.

- Давайте, шаль на плечи, обнимаемся!

- Жень, какого черта мы снимаем тут лав-стори? – пытаюсь прекратить этот цирк я, но Стас уже сгреб меня в охапку, обернув шалью.

- Отлично! – радуется Женька, пока фотограф ходит вокруг, щелкая камерой. – Я вижу страсть! Нежность! Отчаяние!