Он. Она. Другая

Глава 6. Моя девочка

Сабина

Два месяца спустя

-Вот так, давай я тебе поправлю подушку, - взбиваю ее под спиной Ирады, которая полулежит на кровати. - Удобно?

-Да, супер, - улыбается она.

-Тебе что-нибудь принести? Может чего-то хочется? Правда, чон-апа (уйг. старшая мама, так называют тетю - старшую сестру отца или мамы, а также жену старшего брата мамы или папы) готовит куриный суп для тебя.

-Подожду суп. Пожалуйста, сядь и выдохни, - младшая сестра не любит, когда ее жалеют или суетятся вокруг нее. Ирада на два года младше меня. Она очень сильная девочка, гораздо сильнее и храбрее меня.

Из больницы мы привезли ее не в родительскую квартиру, которая сейчас пустует, а в дом к тете и дяде - старшей сестре папы и ее мужу. Она не работает, поэтому может ухаживать за Ирадой, пока она не окрепнет. Я предложила сестре переехать на время ко мне, но она наотрез отказалась, сказав, что не хочет напрягать чужих людей.

-Врач сказал, что через месяц можно начать реабилитацию. Вот и придешь в форму, - улыбаюсь я, стараясь подбодрить сестренку.

-Ты узнавала сколько это стоит?

-О деньгах не волнуйся. Таир сказал, что даст.

-А родительский депозит в банке? Там должны быть сбережения и мы можем их вытащить оттуда. Ты же ходила в банк со справкой о смерти?

-Ходила, - киваю и прикусываю нижнюю губу. -Но ты сейчас не о том думаешь. Я же сказала, муж покроет расходы.

-Таир и так оплатил похороны, поминки, еще и “40 дней” сделал. Это же уже миллиона два (400 000 рублей).

-Я знаю, - опускает глаза. - Я ему говорила про родительские деньги, и все наши хотели скинуться, помочь нам. Но Таир настоял, что сам все сделает. Поэтому не переживай об этом.

-Уфф, Сабина, - вздыхает Ирада. - Может, это просто наше воспитание сказывается. Помнишь, что дадака говорил?

-”Не люблю быть кому-то должным” - сказали мы вместе, а глаза сестренки наполнились слезами. Да, папа всегда учил нас не брать в долг, а если тебе помогли, то помочь в ответ, когда попросят. Вот и Ирада теперь никак не угомониться, не хочет быть должницей моего мужа. Когда она узнала, что родители погибли в аварии, ей пришлось колоть успокоительные.

-Ты ему скажи, что я все верну. Приду в себя, снова начну работать.

-Давай поговорим об этом потом, - глажу ее по руке. - Сейчас сосредоточься на восстановлении. Хорошо?

-Ладно, - уголки ее губ задрожали в слабой улыбке. - Расскажи лучше, как вообще дела? Как там моя крошка-картошка?

Как у нас дела? Хороший вопрос. Все это время я старалась не думать о грустном, занимая себя делами. После похорон, я каждый день ездила в больницу к сестре. Пускали только на час, но и на том спасибо. Теперь мы с Ирадой остались одни и должны еще больше друг друга поддерживать. Хотя мы всегда были очень близки.

После больницы возвращалась домой, кормила дочь, накрывала стол для свекров. Вечером встречала мужа с работы. Все эти дни он молчалив и загружен, иногда, задумавшись, долго смотрит в одну точку, а когда окликаю, не сразу отвечает. Я знаю, какой сложный у них режим работы, ведь они сотрудничают с крупнейшими компаниями страны, оказывая аудиторские и консалтинговые услуги. Я-то сама сидела на группе в бухгалтерии небольшой компании, а у Таира все по-другому: ответственность, большие требования и огромные деньги.

Убрав кухню после ужина, выключаю свет, закрываю дверь и выхожу в коридор. Слышу голос Таира, который тихо читает стишок из детской книжки. На цыпочках крадусь к двери гостиной на цыпочках, прячусь, чтоб не заметили и наблюдаю за картиной. Таир и Нафиса устроились на диване. Он, как папа-медведь обнял ее сильной рукой, а она - маленький медвежонок - сидит, прижавшись к нему, и то и дело бросает на него восхищенный взгляд. В эти редкие минуты наедине она превращается в настоящую папину дочку.

-Про кого ты хочешь почитать? - ласково спрашивает ее Таир и целует в макушку.

-Лев, рррр, - сладко отвечает Нафиса, переворачивая страницу. Она почему-то любит именно это стихотворение в книжке. На иллюстрации папа-лев в очках читает книжку трем львятам, а мама львица обнимает и ласкает одного из них.

-Про папу льва? Ну хорошо, давай, - Таир старается изменить голос, чтобы изобразить царя зверей и у него отлично получается. - Папа-лев читает книжку. Мама обняла сынишку. До чего ж нам хорошо.Продолжай читать еще.

-Ну-ка, кызым, покажи еще раз, как делает лев? - просит он Нафису.

-Ар-р-р, - она смешно картавит, но очень старается быть грозной.

-Молодец.

Дочка хлопает в ладоши и смеется, а потом вдруг видит меня и показывает пальчиком на дверь.

-Мама. Апа, -лопочет на двух языках.

-Умничка, - хвалю ее и подхожу к дивану.

Дочка тянет ко мне руки. Я поднимаю ее и целую в щеку.

-Спасибо, что почитал с ней, - благодарю Таира и он расплывается в улыбке - такой редкой в последнее время. -Мы так всегда перед сном делаем, чтобы она успокоилась.

-Я знаю, - кивает муж. - Видел несколько раз.

Мы соприкасаемся взглядами, и у меня в душе все дребезжит от притяжения и потребности в нем. Каждая его черточка, слово и интонация западают все глубже и глубже.

-Ей пора спать, вон уже зевает, - указываю на смешную доченьку, которая после зевоты трет глаза. - Пойду уложу.

-Давай. Я в комнате буду. Поработаю.

Нафиса засыпает за полчаса. Оставляю на столике рядом с манежем радионяню и иду в спальню. Таир снова спит, только на этот раз свет включен, а на моем месте лежит раскрытый ноутбук. Закрываю компьютер, убираю его с кровати и склонившись над мужем, шепчу ему в ухо:

-Таир, извини, что тревожу, но надо убрать покрывало.

-Ммм? - он разлепил веки и вопросительно посмотрел на меня.

-Ты заснул за компьютером. Я хочу убрать покрывало, чтобы лечь.

-Да, конечно. Я встану.

Таир выходит из комнаты, а я переодеваюсь в пеньюар, выключаю свет и ложусь в кровать. Через несколько минут входит муж. В темноте снимает футболку и штаны. В спальне душно, поэтому он предпочитает спать именно так.