«она — наваждение»

Глава 1

Прошло два года.

Многое произошло за два года, но одно не изменилось: она в моём сердце, и оно болит до сих пор. Да, мне пришлось на многое пойти ради детей. Например, жениться. Да, я женился уже как год. На Саше, подруге Елены. Так надо было. Дети к ней тянулись, она помогала с ними мне, и мне спокойно за детей.

— Как ты, — говорит Игорь.
— Нормально.
— Домой, что не спешишь? У тебя же жена.
— Ты чего молчишь, Давид?
— Я поеду к своей.
— Ты на меня обижен, Давид?
— Нет, просто не приму, что ты женился на подруге Елены.
— Ты же знаешь, ради детей. Она знает всё, у нас уговор.
— Наивный.
— Ну что ты начинаешь? — Игорь хлопает его по плечу. Давид сбрасывает руку, встаёт.
— Я поехал.

После ухода Давида, через час, мы с Игорем тоже поехали домой.

Давид со мной нормально не общался, на тему семейной жизни точно. Не принял мой выбор жениться на Саше. Да я сам в шоке от себя. Она стала помогать мне с детьми. Оказывается, она переехала сюда ещё до трагедии. Я был благодарен ей. Видел, как помогала, дети к ней тоже хорошо относились. Да, может, идиот, я подумал, жениться на подруге её. Может, станет легче.

— Не спишь? Дети спят?
— Да, спят. Мальчишки хорошо закрыли долги в школе. Девочка твоя капризничала немного, маму вспомнила, но потом успокоилась вроде.
— Спасибо, что возишься с нами.
— Да мне не сложно. Может, у нас получится когда-то семья.

Я смотрю на неё — красивая баба, вес при ней. Но не понимаю, правильно ли я поступаю. Будто предаю Елену.

— Елена — твоя подруга.
— Я знаю, но я влюбилась.

Я вздохнул: «Только этого не хватало». Через пару секунд Саша открывает халат.

— Что ты делаешь?
— Тебе и мне нужно удовольствие.

Взял её на руки и пошёл в спальню.

Елена

Прошло два года, как я была мертва. Что же я прожила за эти два года? Много.

Спустя тот день, когда я поймала пулю, я очнулась. Передо мной стоял: — Что ты здесь делаешь? Где дети? Где Макс? — И тебе привет, внучка. Дети живы и здоровы, и Макс — твой. — Я хочу к ним! — Пока рано. Сейчас нельзя. — Что? О чем ты говоришь? — Ты знаешь, кто я? Тебе рассказывала твоя бабушка, или моя дочь. — Да, но тебя вроде убили в разборках. Дедушка хмыкнул и сказал: — И вы верили в мою смерть? Она… — Не спрашивала. Почему нельзя увидеться с моими близкими? — Так получилось, что я жив. Мне пришлось уйти, опасно было быть возле вас. Но сейчас люди, которых закрыл твой Макс, узнали, кто и чья ты внучка, и вышли на меня. — Ну и? Ты же силен. — Силен, но мой возраст уже не тот, чтобы воевать так. — Хорошо, попросим Макса помочь. — Послушай, ты хочешь подвергнуть их опасности? — Нет. Вижу по твоим глазам, надо закрыть эту тему, и тогда ты сможешь вернуться к своей жизни, а я смогу умереть спокойно. — А сейчас умрешь неспокойно. — Нет, Елена. Когда я знаю, что мою внучку могут убить, я не смогу спокойно жить. Да, так я начала помогать дедушке в этом деле. Ну, после того как я остановилась, спустя 4 месяца, я была на своих ногах и при деле. Еще через 6 месяцев… Я прожила много за это время. Эти ублюдки настырные и мстительные. Но мы русские, нас не сломать. Я научилась многому, я уже не та девочка. Только сильно скучала по детям и Максам. Были порывы, когда я следила за ними, хотела выйти к ним, но меня останавливала мысль, что я не могу подставить под удар их, мою семью.

И когда мой дедушка сказал, что все закончилось, я поехала к своей семье. Но я была шокирована увидеть у ворот дома Макса и Сашу в свадебном платье. И дети… они были счастливы. Все улыбались. Мне так стало тяжело дышать. Я не имею права снова появляться, это стресс для детей. Боже, Макс и моя подруга… Как давно у них это? Так быстро… Мне стало обидно. Что мне пришлось разлучиться с детьми ради них и его. Я ведь согласилась, это за Макса. Я знала, что детей и меня дед защитит. Но Макс снова пришлось убивать. А я не хотела, чтобы он снова ввязался во что-то серьёзное. И сейчас я вижу своих детей счастливыми, имею ли я права забирать это всё? Однозначно — нет. Вернуться к деду не хочу. Дед сделал мне предложение: работать в его компании, быть его правой рукой. Я согласилась, но жить захотела отдельно. Мой дедушка подарил мне квартиру, я переехала туда. И спустя год я была уже лучшей правой рукой. — Пообещай мне, Елена, что компания на твоих руках будет, когда я умру. — Не говори ерунду, дед, ты еще ого-го у меня! Дед смеется. — Я смогу. В любой момент. Я уже старый. Пообещай. — Хорошо, обещаю. — И ещё об одном. — Ты должна вернуть все свое — детей. Я хочу правнуков увидеть. Послушай, я был у врача, у меня мало времени. — Ты предлагаешь прийти сказать: «Привет, это я, я вернулась спустя два года»? Ты думаешь, у меня душа не болит? Я за ними слежу и вижу через стекло авто, а хочется быть рядом. — Я виноват, это из-за меня. Я хочу изменить все. Пообещай. Перед смертью нельзя отказывать человеку. Я вздыхала, но кивнула ему. — Но… Я перебила его: — К нему не буду. Он меня предал. Я забрать хочу свое, и это дети. Он меня не волнует, пусть тусуется с Сашей. Дед хмыкнул, но ничего не сказал. Я решила поехать снова к детям. Хочу увидеть их и подумаю, как вернуться к ним.

Я еду в машине и думаю. Мне сообщили, что дети на кладбище. У меня сердце сжимается. Они там с Сашей. Когда прибыла туда, я увидела, как мои дети плачут. Мне стало стыдно за то, что два года меня не было рядом. Но если бы они знали, что мне пришлось пережить... Я ещё сильнее злилась на Макса. Если бы я знала, что ему понравится Саша, забрала бы детей — пусть с ней мутил. А я ещё о нём думала.

Когда я вижу, как старший сын психует и ругается с Сашей, я выхожу из машины. Это шанс, я выйду. Я должна. Я стала подходить медленно. Мое сердце стучит от волнения.

Я подхожу ближе к ним; из-за рубашки сына они не замечают ничего. И мне пришлось сказать:
— Сынок, хватит, — я сделала это громко, но с дрожащим голосом.
И тут я чувствую на себе взгляды. Они просто смотрят и ничего не говорят.
Сначала младший сын:
— Мама?
— Здравствуй, сынок.
Он начал орать: «Мама, мама, мамочка!» — и побежал ко мне. Я тоже побежала и обняла его.