Она (не) твоя дочь!

ГЛАВА 3. Маша. Три года назад

Перво-наперво, надо выписать Женьку. Зашла в свой профиль на Госуслугах, заполнила заявление и отослала его. Жаль, что все равно придется идти в МВД, я-то думала, что сотру Женькину регистрацию двумя щелчками мышки. Но ничего, подожду, я терпеливая.

Почитала Яндекс, поразмышляла, и заявление на расторжение брака тоже заполнила он лайн. Прощай Женюрочка! Через месяц от тебя останутся только воспоминания, да и то не самые лучшие.

Все эти бюрократические манипуляции я продела на взводе, горя гневом и негодованием. Но запал прошел и душу заволокла тоска.

Какой банальный конец у моего брака! Как подло и низко меня обманывали, а я так уставала, что ничего не замечала. А ведь должна была заметить.

Последнее время Женька перестал донимать меня приставаниями, а когда я сама прижималась к его тощим плечам, то муженек мой недовольно отворачивался и бубнил:

- Машка, отстань. Устал я, весь день работал.

Я спрашивала:

- А где плоды твоей тяжелой работы? Я хочу машину купить, хотя бы подержанную, тяжело мне в две клиники на общественном транспорте мотаться.

- Машина нам не по карману! - Вздыхал Женька.

Отворачивался и тут же засыпал.

Хотелось заплакать, но даже на слезы сил нет. Одна всепоглощающая усталость.

Подумав, решила, что в этой беде есть и хорошее. Теперь, когда мне не надо содержать Женьку, я могу уволиться из дальней клиники, той самой, в которую надо так долго добираться на трех видах транспорта. А уж одну работу я потяну и уставать так не придется.

Зевнула, потянулась выключить ноутбук, а то усну за столом, но пикнуло оповещение и на нижней панели появился коричневый конверт.

Открыла почту и прочитала сообщение:

“Дорогая Маша! Приглашаю тебя на встречу выпускников 9-Б класса СОШ №32, города Н., которая состоится двадцать шестого июня две тысячи шестнадцатого года в семнадцать часов в актовом зале школы.

Классный руководитель 9-Б класса Желткова Вероника Степановна”.

На сердце потеплело. Встреча выпускников - это то, что мне сейчас необходимо, как воздух.

***

В отличие от многих, школу я вспоминала с удовольствием. Любила ходить в школу не только первого сентября, а весь учебный год. Училась легко, играючись. До девятого класса шла на золотую медаль. Классуха Вероника Степановна называла меня - надежда класса. Она вела у нас биологию, которую я обожала, и, конечно получала одни пятерки. Вероника Степановна мечтала, что я поступлю на биофак МГУ.

Но внезапно погибла мама, а отец, немного показушно погоревав, вскоре женился на другой женщине, совершенно не похожей на маму.

Мама была светловолосая, красивая, тонкая, нежная, похожая на Аленушку из сказки. А Татьяна, мачеха, чернявая, костлявая, с колючим взглядом чуть косеньких глаз.

Она сразу дала понять: Маша - ты обуза. Татьяна уже была беременна и мечтала, чтобы я куда-нибудь испарилась сама по себе, а она займет мою комнату под детскую для будущего ребенка.

Говорила, не стесняясь:

- Машуля, мы тебе на балконе комнатку сделаем. Ты крепенькая такая, не замерзнешь. А малышке нужно тепло.

Сердито буркнула:

- Никуда не перееду и не мечтайте!

Мачеха стала потихоньку выживать меня, жаловалась отцу, что я съедаю всю приготовленную еду. Отец хохотал и велел Татьяне готовить побольше, а Машка растущий подросток, ей надо много есть.

Но когда Татьяна заявила, что я пихнула ее локтем в беременный живот, отец устроил мне страшный разгон и пригрозил:

- Мария, еще одна жалоба на тебя и отправишься в интернат!

Я клялась, что обхожу Татьяну за несколько метров, вообще не приближаюсь к ней. Но,как говорится, ночная кукушка дневную перекукует. Отец мне не поверил.

И я вспомнила про Мишку! Закадычного друга еще с детского сада.

Его мама погибла вместе моей. Наши мамы ехали к нам, в одном автобусе, забирать своих детей из летнего лагеря. Водитель заснул за рулем, автобус свалился в реку, и почти все пассажиры погибли.

Мишкин отец, вскоре умер, а, поселившаяся в доме, тетка Раиса ненавидела парня даже сильнее, чем Татьяна меня. Она, не стесняясь, отправила Мишку с братом Сашкой в интернат. Где Сашка вскоре погиб, а Мишка из веселого подростка превратился в угрюмого парня.

Выгребла из копилки все деньги, купила билет на автобус и поехала в Мишкин интернат, чтобы узнать: что лучше: жить с мачехой, которая тебя ненавидит или в интернате?

- Не вздумай соваться в интернат, Машка! - Предупредил друг детства. - Делай, что угодно, стелись перед мачехой, но только не в интернат! Помрешь! Или прибьют тебя.

Пожаловалась:

- Не могу я перед мачехой стелиться! Мерзкая баба даже не стесняется надевать мамины вещи: платья напяливает, шубку таскает, в туфельки ножищи засовывает. Украшения мамины все забрала, из любимой маминой чашки чай пьет. И не моет ее, на дне коричневые разводы остаются. Тошно мне, Мишка!

Горько заревела, а Мишка прижал меня к себе. Принюхалась: раньше он пах спелыми яблоками со своего сада, а сейчас его запах стал взрослым, но не противным. Повела носом и уткнулась в спасительную подмышку, мое прибежище в детстве.

Мишка думал:

- Машка, а другие родственники у тебя есть?

Радостно выпалила:

- Есть! Бабушка, мамина мама. Она приезжала на похороны и обвинила отца, что он виноват в смерти Верочки. Не дал ей служебный автомобиль, а сам поехал на нем к любовнице. А Верочка погибла, пока он с Танькой в койке кувыркался. - И пожаловалась Мишке. - Сложно как все у взрослых. Не хочу расти!

- Машка, не дури! Срочно пиши бабке письмо, пусть приезжает и забирает тебя к себе.- Строго приказал Мишка. - А мне пора! Я ненадолго отлучился. Увидят, что я пропал, посадят в карцер.

Испуганно охнула. Карцер видела только в кино. Разве можно человека пихать в такое жуткое место?

Мишка поднял мое лицо, посмотрел в глаза, вытер заскорузлыми пальцами жгучие слезы, и неожиданно поцеловал в губы.