Она разрушила нашу семью

7

Свёкор и свекровь ушли через пару часов, забрав близнецов с собой. Так было решено мною и Марией, потому что после моего повествования она сказала одно - мне нужно говорить с Арсением. Причём чётко, предметно и без шанса для него вновь соврать.

А он соврал. Ну, или не договорил. Или приукрасил события. Я не знала, что из сказанного мужем то, чему можно верить. И есть ли такое в принципе.

На мою историю о звонке Лиды и последующем визите с документами, свекровь посетовала, что я всё же отдала все бумаги мужу. Я уже и сама корила себя за то, что поступила настолько неразумно.

В общем и целом, решено было прибраться после наскоро проведённых посиделок и морально готовиться к беседе с Куриловым. И если с уборкой я справилась быстро и без нервов, то фразы, что мысленно подбирала для разговора, вызывали у меня лишь мандраж.

- Милашик! А ты что мужа не встречаешь? - донесся до меня голос Арсения, и я вскинула голову и только теперь заметила, что Курилов вернулся с работы и стоит на пороге гостиной.

Быстро смахнув в сторону фотографию Лидии, что изучала в своём телефоне, я поднялась навстречу мужу и заставила себя растянуть губы в улыбке.

- Немного замоталась, - ответила и когда Курилов подошёл, позволила ему прикоснуться губами к своей щеке.

Я успела о многом пораздумать за это время. Была вероятность того, что сегодня мы с Арсением не просто переругаемся в пух и прах, но я пойму, что не смогу и дальше жить с этим мужчиной. Вероятность лжи с его стороны была огромной. И я вовсе не о том, что он уже мне соврал. А о настоящей измене.

- А где остальные? - нахмурился он, оглядываясь, словно рассчитывал увидеть родителей и близнецов, притаившихся рядом с нами.

- Твои мама и папа уехали, взяли мальчишек с собой, - ответила я, не зная, с чего начинаются такие разговоры.

Сначала мужа покормить, напоить, спать уложить, а потом уже и беседы беседовать? Или прямо в лоб?

- М-м-м, - довольно промычал Курилов. - Тогда у нас с тобой снова вечер вместе?

Я уже ожидала, что он вновь попытается перевести всё в горизонтальную плоскость и готовилась дать отпор, когда Арс отступил и, взъерошив волосы ладонью, сказал:

- Но сначала новости. Присядем?

Моё сердце забилось, как безумное. Я кивнула и опустилась на диван. Муж тут же примостился рядом и торжественно объявил:

- Вопрос с этой аферисткой решён. Она больше не побеспокоит ни тебя, ни меня. Так что можешь не волноваться - Лидии больше в наших жизнях не будет.

Он смотрел на меня пристально, видимо, желая увидеть какую-то определённую реакцию, а я разрывалась на части от желания оставить всё так, как сейчас - безоблачно, спокойно, привычно. И потребности знать правду.

- И когда ты собирался сказать мне, что Лида не только аферистка и мошенница, но ещё и твоя бывшая? - тихо спросила я, делая всё от меня зависящее, чтобы мой голос не сорвался и не дрогнул.

И снова на скулах эти бледные пятна. Едва заметные, но говорящие мне о многом.

- С чего ты это взяла? - вопросом на вопрос ответил Курилов, скептически хмыкнув.

Он поднялся на ноги и сложил руки на груди. Стоял в полуметре, нависая скалой, и это было своего рода попыткой соорудить некое моральное превосходство надо мной.

- Я говорила с твоей мамой, Арс, - ответила, сцепляя зубы.

Лишь бы только не сорваться на крики и не начать требовать у мужа опровергнуть явную ложь. Пусть скажет, что я ошиблась, что просто так совпало. Что внешности двух женщин похожи, вот я и ошиблась. Вместо этого он заорал:

- Я же просил тебя в это не лезть!

Я вздрогнула и отшатнулась. Курилов не делал ничего такого - не пытался ударить, например… Чёрт! И почему я вообще даже предполагаю подобный исход? Может, оттого, что даже этот зверский тон - то, что муж не позволял в мою сторону ни разу?

- Не. Смей. На. Меня. Орать! - процедила я, тоже вскакивая с места. - Лида - твоя бывшая? - потребовала ответа.

Арсений сжал кулаки и воззрился на меня потемневшим взглядом. Я скорее физически чувствовала, чем видела - муж стоит и подбирает каждое слово, что должен был сказать мне во время этого «допроса».

- Прости, - наконец сказал он.

Сделал шаг ко мне, я отступила.

- Лида - твоя бывшая? - спросила вновь. - Ну же, отвечай! Я хочу знать правду!

- Милаш… Я не хотел тебя во всё это ввязывать, - начал Курилов, но я оборвала его:

- Поздно! Это первое. Лида уже меня в это ввязала. Своими звонками, своими приездами. Что будет дальше? Она начнёт постить разное в комментариях к блогу?

- Этого не будет! Я же сказал!

- А это второе. Ты мне уже соврал. Соврал, не моргнув взглядом. Вероника действительно твоя дочь? Свидетельство о рождении не лжёт, в отличие от некоторых?

Последние слова прозвучали настолько истерично, что я испугалась собственного нервного срыва. Вот он - тот момент, когда моя жизнь может встать с ног на голову. Измениться настолько, что от неё прежней не останется и следа.

От меня прежней не останется и следа.

- По документам она моя дочь, - выдал приговор нашему прошлому Арсений. - Но биологически - нет.

Пока я задохнулась от того ужаса, что обуял мне вследствие сказанного Куриловым, муж то ли взмолился, то ли потребовал:

- Выслушай меня.