Она разрушила нашу семью

15

- Причём здесь Лида? - рявкнул Курилов, но, видимо, поняв по выражению моего лица, куда он отправится, если продолжит говорить со мной в таком тоне, добавил мягче: - Причём здесь Лида? Ты не понимаешь, что где-то там, - он мотнул головой, указывая в неопределённом направлении, - находится маленькая девочка? Дочь моего погибшего друга. Которой очень больно и страшно.

- И что будет, если у неё просто возьмут анализ? Это даже не кровь, Арсений.

- Я не спал с Лидой.

- Я спрашиваю тебя не об этом!

Едва не взвыв от этого разговора глухого со слепым, я досчитала до трёх и повторила то, о чём уже спрашивала:

- Ты готов распрощаться с нашей семьёй ради дочери друга? На кону стоит именно это. Твоя, Арс, семья. Или сомневаешься в том, что у вас с Лидией ничего не было?

- Не сомневаюсь! Да пойми же ты, в тесте ДНК нет никакой необходимости!

- Я не могу тебе верить на слово, Курилов. И теперь тебе расплачиваться за то, что творил все эти годы. Причём, заметь, цена, которую ты платишь или должен заплатить, сейчас очень и очень небольшая. Но ставки каждый день растут.

Наши взгляды скрестились в немой схватке. Я бы многое отдала сейчас, чтобы всё вернулось вспять. Чтобы у меня вновь был мой Арсений Курилов. Мой муж. Моя опора. Тот, с которым я собиралась быть рядом до последнего вздоха.

- Хорошо, - наконец, сказал он. - Мы проведём этот анализ, но знай, что я в любом случае буду помогать Веронике.

- Это твоё право, - пожала я плечами, ощущая, что из меня разом будто бы выбили все силы.

Даже опору захотелось найти в качестве стены, ну или стула, на который я бы и опустилась. А пока уговаривала себя стоять. Не хотела, чтобы Курилов видел, насколько мне нехорошо.

- Я найду клинику, с которой и свяжусь. Анализы сделают быстро. Можно вообще заказать экспресс. Все детали о том, как взять биоматериал у Ники, обговаривать с тобой или с Лидией?

Курилов сцепил челюсти, а меня как будто повело. Показалось, что мир поплыл перед глазами, хотя я твёрдо стояла на ногах. Но те нервные потрясения, что обрушивались на мою голову одно за другим, уже давали о себе знать.

Хотелось просто взять и выйти из собственного тела. Оставить его здесь, рядом с Арсением, а самой исчезнуть. Дурацкие мысли и желания.

- Мы обсудим с ней, как лучше поступить, - ответил Курилов после паузы, на что я не сдержалась и хмыкнула.

Его «мы» звучало ну очень красноречиво. Понятнее всего остального вместе взятого.

- Хорошо. Буду ждать… ваше решение. А сейчас извини, у меня очень много дел.

Я кивнула на выход, но Арсений не торопился покидать наш дом.

- Милаш… Я поступил нехорошо, признаюсь, - сказал он, и голос его был мягким, словно растаявшее масло. - Но сейчас понял, что всё не настолько важно, как спасение жизни Валеркиной дочки. И поверь… У меня за те девять лет, что мы с тобой вместе, не было никого. Я даже флирта себе не позволял…

Я устало прислонилась к стене и прикрыла глаза. Что могла ещё сказать Курилову из того, чего он пока от меня не слышал?

- Иди, Арс… спасай… Валеркину дочку. А мне дай возможность не верить на слово тому, кто не единожды солгал, но добыть факты, указывающие, что ты говоришь правду.

- Добывай, - процедил Курилов и, развернувшись, вышел.

Я же горько рассмеялась и, отлепившись от стены, закрыла за мужем дверь. Разговор с ним был сродни хождению по минному полю. Я уже не могла вот так просто произносить всё, что думаю. Не могла поведать Арсу, какие чувства испытываю. Наша хорошая жизнь, длиною в девять лет, была в прошлом и останется там навсегда, потому что уже ничего не будет как прежде.

С этим фактом мне предстояло смириться.

С этим фактом я должна была отныне жить…

***

Разум - инструмент души, стоящий на страже её равновесия. Смысл этой фразы я смогла начать осознавать через пару часов после ухода Курилова. Удивительно, но именно его точки, расставленные по ходу повествования нашей жизни, вернули мне ощущение почвы под ногами.

Я не хотела ни биться в истерике, ни бежать с шашкой наголо, выкрикивая лозунги и рубя направо и налево. Я пришла к некой отправной точке, от которой и должна была начаться моя новая жизнь.

Я ступала на эту стезю с твёрдым пониманием, что мне будет нелегко в любом случае, но силы появлялись от одной только мысли, что я всё сделала и продолжаю делать правильно.

- Мальчишки, думаю, что нам пора возобновить наши истории в блоге, - сказала Ярику и Вовке, когда близнецы с аппетитом слопали ранний ужин. - Можем погулять на озере и посниматься. А можем устроить, как вы и просили, совместное со зрителями поедание пиццы.

Я была не особо в восторге от такого формата контакта с аудиторией, но мальчишки уже не раз намекали, что хотят сделать, как дядя Обломов (Славный Друже, известный блогер. прим. автора). Так почему бы мне сейчас не поддаться на уговоры и не дать себе и им чуть больше свободы?

К тому же, в данный конкретный момент, дело, которым мы с сыновьями занимались, представлялось мне неким щитом. Я хотела спрятаться за ним, я хотела вновь стать той Миленой, которую любили, которую ждали, которой писали восторженные отзывы.

- Ура! Пицца! Как у дяди Славы! - закричали близнецы наперебой, а я улыбнулась.

- Пицца, да, - кивнула уверенно и отправилась к ноутбуку.

Клиника, с которой я связалась и обговорила все нюансы предстоящего анализа, уже готова была приступать к работе. Ждать ответа от Арса и Лиды мне не хотелось - в этом случае терялось то чувство земли под ногами, с которым я уж точно не собиралась расставаться.

«Лидия, завтра в десять часов утра можно взять тест на ДНК. С Куриловым я это обсужу сама», - написала я бывшей Арсения сообщение в мессенджере.

Ответ пришёл тут же:

«Я хотела сама вам писать. Арс рвёт и мечет! Я уговариваю его, что так будет лучше для нас всех. Кажется, его очень задело, что вы ему не верите».