One of us is next//один из нас следующий

Глава 6. Нокс

Среда, 22 февраля

Я вот-вот прикончу сестру.

— Прости, Кирстен, ты стоишь у меня на пути, — одним нажатием пальца на контроллере, персонаж Кирстен в «Охотниках за головами» рассыпается обломками на землю, и к её шее приливает кровь. Сестра недоумённо моргает, напрасно кликая на случайные кнопки, и с недоумением оборачивается ко мне.

— Ты перерезал мне горло? — она смотрит на экран, где Дакс Рипер переступает через безжизненное тело её персонажа. — Я думала, мы за одну команду!

Наш старый золотистый ретривер Фритц, который в полудрёме лежал на коленях Кристен, поднимает голову и подаёт слабый скулёж.

— Так оно и было, — свободной рукой я чешу Фритца за ухом. — Но в какой-то момент ты мне стала не нужна.

На экране Дакс соглашается со мной. «Это хороший день для чьей-либо смерти. — Рычит он, фехтуя мечом и демонстрируя мускулы. — Но не моей».

Кирстен корчит гримасу:

— Ужасная игра. И я проголодалась.

Мы сидим на диване в подвале, и она пододвигается ближе, чтобы пихнуть меня коленом. Кирстен живёт в часе езды отсюда и обычно не навещает нас по субботам, но её девушка уехала преподавать в Японию на несколько месяцев, и ей тяжко одной.

— Ну же, вырубай своё накачанное альтер-эго и пойдём пообедаем.

— Ты имеешь в виду «моего двойника»? — переспрашиваю я. — Нас же фактически не отличить.

Я откладываю контроллер и напрягаю одну руку, тут же пожалев об этом. Какая противоположность у «невероятно накачанного»? «Нелепо тощий»? Из всех сестёр Кирстен более похожа на меня, вплоть до светлых коротких волос, но и она гораздо мускулистее, поскольку регулярно тренируется по выходным. Обычно я стараюсь на акцентировать на этом внимание.

Кирстен игнорирует мою неудачную шутку.

— Что хочешь есть? — и, прежде чем я успеваю ответить, поднимает руку, приказывая мне замолчать. — Только не говори «фаст-фуд». Я же старая, забыл? Мне бы стакан воды и овощи.

Кирстен тридцать, и она самая старшая из четырёх сестёр. Все они родились друг за другом, потом где-то на десять лет мои папа с мамой решили передохнуть, перед тем как зачать меня. Сёстры довольно долго обращались со мной как с живой куклой, постоянно таскали на руках, так что я впервые пошёл самостоятельно только в два года.

— «Wing zone», — моментально отвечаю я. Это кафе в Бейвью, известное горячими куриными крылышками и огромной надувной фигурой наседки на крыше.

Бейвью пытается презентовать себя «трендовым», и многие жители начинают возмущаться, что огромная курица — это безвкусица и «не соответствует эстетике города». Серьёзно, это прямая цитата из письма к редактору Бейвью Блэйд. Так что, владельцы «Wing zone» пытаются всё исправить, но выглядит ещё печальнее: на День Святого Валентина они украсили птицу гирляндой неоновых сверкающих сердец, что так и не сняли. Это уже какой-то новый уровень безвкусицы, но меня всё устраивает.

— «Wing Zone»? — хмурится Кирстен, когда мы поднимаемся вверх по лестнице и Фритц волочится за нами. — По-моему, я только что просила овощи?

— У них есть веточки сельдерея.

— Это не считается. Там воды девяносто девять процентов.

— И капустный салат.

— Сто процентов майонеза.

— В крылышки с лимоном и перцем добавляют... цитрус?

— Нокс, позволь мне преподать тебе урок. Фальшивые фруктовые добавки не равно овощам, усёк? — Кирстен оглядывается, открывая дверь из подвала на первый этаж, я и одариваю её улыбкой, выражающей одновременно надежда и благодарность. Этот приём работает только на моих сёстрах. — Ох, ну ладно, — стонет она. — Но ты мой должник.

— Конечно, — отвечаю я, зная, что она всё равно забудет об одолжении. В том, чтобы иметь сестёр, которые считают тебя своими мамочками, есть и положительная сторона.

Подвал выходит на кухню, где отец сидит за столом, склонившись над бумагами. Он и то похож на Дакса Рипера больше, чем я. Теперь, будучи начальником строительной компании, папа не обязан напрямую заниматься строительством, но всё равно продолжает это делать. Это помогает ему держать форму даже в пятьдесят лет.

Он поднимает голову, его взгляд проскользает по мне — скучному парню, который до сих пор живёт у него дома, — и останавливается на Кирстен.

— Не знал, что ты ещё здесь, — говорит он. Фритц, всегда любивший моего папашу альфа-самца больше всех нас, с обожанием ложится у его кресла.

— Нокс соблазнил меня видеоиграми, — вздыхает она.

Папа хмурится, потому что считает видеоигры пустой тратой времени. В отличие от, скажем, спорта — он бы предпочёл, чтобы я стал атлетом.

Однако он не высказывает возражений вслух, а просто машет передо мной папкой:

— В понедельник отнесёшь это мне на работу.

— Что там?

— Мы наймём парочку освобождённых после дела Д'Агостино. Я получил этот пакет по почте от «Презумпции невиновности».

Ага, вот только не он получил, а я принёс домой и положил ему на стол. С запиской. Но он, судя по всему, этого на заметил.

Кирстен широко улыбается:

— Молодец, папа. Подаёшь хороший пример для местного бизнеса.

Отец и Кирстен странным образом дружны. Он консервативный мужчина старых ценностей, который каким-то образом ладит с Кирстен, убеждённой лесбиянкой. Наверно, это потому, что они оба спортивные, лидеры по натуре и любят брать всё в свои руки.

— Пока что это неплохая затея, — говорит отец, откладывая папку на угол стола. — Таким образом мы взяли Нейта, и он оказался хорошим сотрудником. Многие считали его безнадёгой, но, кстати, он учится на одни пятёрки в оплачиваемом нами колледже.