One of us is next//один из нас следующий

Глава 12. Нокс

Вторник, 3 марта

Мужчина во Владениях короля сильно потеет. Он дергается, переминается с ноги на ногу, постоянно чешет подбородок, когда разговаривает с Сандипом в закрытом конференц-зале.

— Странно, насколько виновными иногда могут выглядеть невиновные люди, — говорю я Бетани Оконджо, студентке факультета права и помощнику адвоката.

Мы сидим за столом снаружи конференц-зала, собираем материалы СМИ о деле Д' Агостино. Бетани пожимает плечами и тянется к шкафчику за степлером.

— Бывает и наоборот. Преступники выглядят как образцовые граждане. Вот он, например.

Она указывает на длинную статью о сержанте Карле Д'Агостино, которая сопровождается фотографией: Карл в униформе широко улыбается и обнимает студента, держащего табличку.

— Забавно, что они взяли этот снимок, а не фото из тюрьмы, — добавляет она, перекидывая свои косички с одного плеча на другое. — Те, кого он подставил, получили совсем другое отношение.

Я читаю описание под фото. Сержант Карл Д'Агостино похвалил студентов за успешную учёбу и коллективную работу.

— Никогда не задумывался об этом, — говорю я, пробегая первые несколько параграфов глазами. — Здесь всё о том, каким замечательным парнем он был, пока — упс, не подставил случайно семнадцать человек.

Я добавляю статью в свою стопку и смотрю на настенные часы рядом с конференц-залом. Почти семь вечера. Я никогда не оставался так поздно, но начинаю задумываться, что я единственный в «Презумпции невиновности», кто уходит вовремя. Работа ещё в самом разгаре, на каждом столе куча пустых коробок от пиццы и банок колы. Бетани отодвигает закуски на край стола.

— Так же было и с твоим одноклассником. Помнишь Джейка Риордана? — такое сложно забыть. — Успешный спортсмен вовлечён в скандале Саймона Келлехера. — Говорит Бетани голосом ведущей новостей. — О, «вовлечён» в смысле «пытался убить свою девушку»? Вы это имеете в виду? 

— Да уж.

Бетани фыркает:

— Система правосудия работает иначе, если ты белый, богатый, привлекательный мужчина. — Она пододвигает последний кусок пиццы ко мне. — Полезно знать, если вдруг решишь вступить на скользкую дорожку.

Я беру кусок, но он слишком холодный и застывший, так что у меня пропадает аппетит:

— Мне подходит только два пункта.

— Не прибедняйся, парнишка.

Эли проходит мимо с мобильным в знакомом чехле и машет мне:

— Нокс, это же твой? Ты оставил его в копировальной. Кстати, Мейв звонит, — он смотрит на экран. — Звонила. Ты только что пропустил.

А я-то думал, почему мой телефон молчит.

— Простите, — говорю я, забирая мобильный.

Я замечаю непривычное количество сообщений на экране, но кладу мобильный на стол, стараясь показать себя профессионалом, а на подростком, помешанным на электронике (хоть это так и есть). Эли только-только начал давать мне более серьёзные и интересные задания, и я не хочу всё испортить.

— Вам что-нибудь нужно? — спрашиваю я.

Эли проводит рукой по недавно подстриженным волосам.

— Иди домой. Есть законы о подростковом труде, и Сандип без конца твердит мне, что мы их нарушаем. Особенно учитывая что стажируешься ты бесплатно. Так что перезвони Мейв и — домой, ясно? Всё остальное подождёт до завтра. — Он обращается к Бетани, которая скрепляет статьи степлером. — Бетани, мне нужно, чтобы ты просмотрела со мной расписание суда на следующую неделю.

— Да, конечно, — она оглядывает битком набитый офис. — Пойдём в Винтерфелл?

Эли закатывает глаза. Он никогда на привыкнет к этим названиям.

— Хорошо.

Они уходят, и я с опаской смотрю на мобильный. Ненавижу звонить, но, может, Мейв снова за ноутбуком и ей неудобно писать. Я нажимаю на её имя в контактах, и она отвечает после первого гудка.

— Слава богу, — произносит она на одном дыхании. — Я боялась, что ты не перезвонишь.

Потный мужчина нарезает круги вокруг Сандипа в конференц-зале, отвлекая меня.

— А почему нет? Я же просто шутил, говоря, что у меня аллергия на телефонные звонки. В основном. — Она молчит так долго, что мне начинает казаться, будто помехи на линии нас разъединили. — Мейв? Ты тут?

— Я... эм, да. А... что ты делаешь?

— Всё ещё работаю, но скоро пойду домой.

— Окей. Ладно. Ты уже... — Мейв замолкает, и я слышу нервное глотание. — Ты уже проверял телефон?

— Нет. Я оставил его в копировальной где-то на час. А что? — я бросаю взгляд на настенные часы, и осознание наконец приходит ко мне. — Вот дерьмо. Пришло твоё сообщение от «Правды или действия», да? Что там сказано? Ты в порядке?

— О боже, — в её голосе чувствуется напряжение. — Нокс, прости меня. Мне очень, очень жаль.

— Что? Мейв, ты начинаешь меня пугать. — Я замолкаю, тревога во мне нарастает, как только я слышу её прерывистое дыхание. — Ты плачешь?

— Эм... — определённо, да. — Итак, я думаю... в общем. Я сама прочитаю тебе сообщение от Неизвестного, чтобы ты не лез в комментарии, потому что они идиотские и бессмысленные, как всегда. — Она выдыхает, и её голос дрожит. — Но прежде... ты должен знать, что я такого не говорила, ясно? Не такими словами. Я бы ни за что. Я копалась у себя в голове и смогла вспомнить только один разговор, который хоть отдалённо мог... но, богом клянусь, там было гораздо больше нюансов и всё было не так. Я говорила с Бронвин, она бы никому ни слова не сказала, так что я правда не знаю, как такое вообще случилось.