One of us is next//один из нас следующий

Глава 16. Фиби

Понедельник, 16 марта

— Спасибо огромное, что подвезли, — говорит Нокс.

Эмма отстегивает ремень и разворачивает машину:

— Без проблем.

Со смерти Брэндона прошло полторы недели, и Бейвью ощущается совсем иначе. С одной стороны, мы с Ноксом стали больше общаться, потому что мы с Эммой иногда подвозим его домой после школы. С другой, худшей стороны, Джули и Шон внезапно начали встречаться. Когда я впервые увидела, как они целуются в школьном коридоре, то хотела списать это на галлюцинации. «Трагедия свела нас вместе», — услышала я, как она говорила кому-то на урока английского. Выражение глаз у неё было при этом, как у фанатика секты. «Мы нужны друг другу».

По школе ходят разговоры, что игра «Правда или действие» закончилась на Ноксе и Мейв, и я думаю, была ли Мейв настоящей целью создателя игры. Ведь именно благодаря ей все узнали тёмную сторону Саймона. Может, один из его последователей решил отомстить. В таком случае, у него получилось, так как Нокс и Мейв до сих пор не разговаривают, что расстраивает её. Это плохо, но по крайней мере, больше никто в Бейвью не обсуждает эту тупую игру.

Возможно, что и Брэндон создал «Правду или действие», чтобы сделать себя и друзей ещё популярнее и наказать тех, кто ему не нравился. Но ведь игра началась именно с моего секрета, пока мы с Брэндоном ещё «встречались», так что я отбрасываю и эту мысль.

Тем временем, Шон начал с Ноксом очень странную дружбу. Внезапно он стал называть Нокса «братишкой» и кричать на любого, кто осмелится пошутить насчёт нестоячего члена. Это всех запутало, ведь Шон первым и начал эти шутки. Нокс все ещё не может вспомнить, что случилось на стройке в день смерти Брэндона.

Ну а Брэндон — погребён, исчезнув из наших жизней окончательно.

Похороны состоялись на прошлых выходных, и это были вторые похороны, которые я посетила (первые — моего папы). Никогда не чувствовала столько разных эмоций одновременно — шок, неверие, грусть, даже злость. Это так странно, оплакивать того, кто был груб с тобой. Когда священник читал погребальный монолог, я подумала, что он описывает какого-то другого, незнакомого мне Брэндона. Классный парень, вот с таким я бы познакомилась.

Жалко, что его уже нет.

— Мы едем в «Презумпцию невиновности», Нокс? — спрашивает Эмма. Теперь её отношение ко мне сменилось на спокойную вежливость, и она ни разу не упомянула Дерека с похорон. Может, его смерть так шокировала её, что она забыла о злости, а может, это потому что у меня впервые появился друг, который ей тоже нравится. Она даже не против иногда подвозить Нокса в Сан Диего.

— Нет, сегодня у меня выходной.

Я смотрю на Нокса, мысленно отмечая стадию заживления его лица. Под его глазом до сих пор красуется фиолетовый полукруг, но щека и челюсть пошли на поправку и теперь желтоватого оттенка. Правильным тоном консилера можно было бы все это замаскировать.

— Просто домой.

— Приходи к нам в гости, — поддавшись импульсу, зову я. — Оуэн все просит, чтобы ты поиграл с ним в «Охотников за головами». — В последнее время брат подавлен, после смерти Брэндона. Игра с новым знакомым наверняка его развеселит.

— Да, конечно, — соглашается Нокс. Затем хмурится и наклоняется вперёд. — Ребят, вам не кажется, что машина как-то наклонена вбок?

— Так и есть, — отвечаю я. — Она древняя.

— Я как раз сама об этом подумала, — добавляет Эмма. — Что-то не так.

Она заезжает в гараж на наше место. Я достаю сумку, пока она вылезает из машины и разглядывает шину под сиденьем водителя.

— Она спущена, — ворчит она, пока я выхожу из тачки.

Достаю телефон, но вижу, что батарея полностью разрядилась.

— Эмма, напиши маме, пусть позвонит в шиномонтажную. У меня зарядки нет.

— Я потеряла свой мобильный, забыла? — Эмма качает головой.

Примерно неделю назад сестра потеряла телефон. У мамы чуть припадок не случился, и она заявила, что пока не может позволить новый, так что Эмме придётся самой копить на него из денег с репетиторства. Эмма так и не купила новый, и это на укладывается в моей голове. Я и часу не могу прожить без телефона, а ей как будто он и вовсе не нужен.

— У вас есть запасное колесо? Я могу поменять, — предлагает Нокс.

— Правда? — я удивлена.

Нокс краснеет, открывая багажник.

— И почему ты так шокирована. Не такой уж я и бесполезный.

— Я не это имела в виду, — поспешно говорю я и для пущей убедительности треплю его по руке. — Просто я не встречала никого, кто мог бы померять колесо. Я думала, таких людей уже не осталось. — Это правда. А вот другая правда: если бы меня попросили оценить, насколько Нокс разбирается в машинах по шкале от 1 до 10, я бы выбрала 0. Но он не должен об этом знать.

— Папа не позволял мне и сёстрам сдавать на права, пока мы не научимся это делать. У меня это заняло месяц, ну да ладно. — Он закрепляет багажник (я даже не подозревала, что так можно), и отодвигает верхний ярус, чтобы извлечь снизу колесо. — О, круто, стандартный размер. Обожаю старые машины.

Нокс меняет колесо так мучительно долго, что я уже подумываю, не сбежать ли тайком домой, чтобы там подзарядить телефон и позвонить в шиномонтажную, но наконец он заканчивает.

— Вам все равно нужна будет новая шина, но на этом вы сможете доехать до ремонтной мастерской, — говорит Нокс. Очевидно, он очень горд собой, хоть и пытается скрыть, и это даже мило.

— Спасибо большое, — в голосе Эммы неподдельная теплота. — Ты лучше всех.