Они среди нас. Начало

Глава 8. Сельская жизнь.

Мужики все как один внезапно подскочили от моего голоса, и мгновенно разбежались по сторонам. На месте их бывшего сборища осталась лишь одинокая жёлтая лужа.

- "Хм", - подумал я, - "Вот теперь я понял, откуда взялось название деревни".

Решив всё же наладить дружественные отношения с нейтральной фракцией, и откашлялся, и громко выкрикнул в никуда:

- "Мужики, вы чего? Я свой, такой же живой человек!", - я кашлянул, и тихо добавил, - "Тушканчики ебучие".

- "А ты точно не пиздишь", - донёсся откуда-то дрожащий голос.

- "Мамой клянусь!", - немного схитрил я, потому что её уже нет в живых.

И в этот момент "Тушканчики ебаные" начали выползать из совершенно непредсказуемых мест. Один выскочил из колодца, который находился рядом с типичным сельским домиком, другой вылез из соломы на крыше того же домика, и быстренько спрыгнул с крыши.

- "Нихуя ты паркурист", - подумал я, чуть было не сказав это вслух.

Но больше всех меня удивил последний тушкан, которого не было дольше всего. Шестеро селян собралось вокруг меня, и я уж решил начать знакомиться, как слева послышался скрежет, хруст, и небольшая выброшенная тумбочка развалилась на куски, и из-под обломков вылез непонятно как туда уместившийся последний мужичок.

- "А вот и я, не ждали?", - радостно вопросил он, как будто ничего и не было.

- "И тебе привет, чорт из табакерки", - не удержался я.

- "Слышь, малой, ты кого чёртом назвал?", - набычился он.

Я вдруг резко гавкнул в его сторону. Испустил отчаянный вопль, чорт сделал незапланированное "пи-пи", и за несколько секунд собрав тумбочку обратно, вновь в неё залез. Мы с оставшимися мужиками просто похлопали.

***

В итоге, когда мы все собрались вместе, мужики обступили меня кругом, и стали вызнавать, как обстоят дела в городе. Не став таить, я рассказал им всё как есть, и в ответ услышал то, что происходило в это время у них:

- "Просыпаюсь однажды утром, смотрю, слева никого нет, и справа нет. Поднимаю одеяло, значитца, и спрашиваю у своего, мол, хуль стоим, кого ждём", - начал один мужикя, - "Потом на улицу значит выхожу, подышать воздухом да зарядочку сделать, смотрю, мимо наш сторож бежит, да какой-то он не такой. По виду весь, будто в говне вымазался, да Маньку нашу спидозную трахнул без пакета целлофанового. Весь в каких-то потёках, будто грязью закидали. Он как меня увидел, сразу ко мне кинулся, руками махал, какой-то белой поеботиной изо рта плевался, да я мужик простой. Вижу, что человек не в себе - дай, думаю, охоложу его, ну и ёбнул граблями по башке... Не сильно. Зубцами вниз".

И тут я знатно прихуел. Если в этой деревне такая УБОЙНАЯ МЕДИЦИНА, то мне лучше ничем не болеть. Хрен их знает, вдруг простужусь, а они мне бычьих членов нарежут, как в Китае, и дадут со словами "Лечись". Ну их нахер, они там в Китае все японцы. Ну, в плане, что японутые.

***

Скорешившись с мужиками, я облюбовал себе домик в середине их небольшого поселения внутри большого поселения, и, засуча рукава, приступил к делу. Перво-наперво заколотил все окна в доме, оставив лишь небольшие щёлочки для того, чтобы самых любопытных пришельцев сажать на пики не выходя из дома. Само строение окопал небольшим рвом, а прямо перед входом выкопал яму, и прикрыл нарванной неподалёку соломой. Похоже маковой, потому что в процессе жатвы, она постоянно мне кричала "Ай, сука, что ты делаешь, мне же больно", и звала на помощь Федеральную Службу по Борьбе с Землепашцами.

***

Правда, она перестала орать после того, как я сказал ей, что "Самого большого "леща" в день соревнований по подледному лову рыбы поймала жена рыбака Петрова, которая не разбудила его утром". Конопелька поняла свою неправоту, и выяснила, что основной причиной сухой кожи у людей является полотенце.

***

Несколько благоустроив территорию, я включил радиоприёмник, который кто-то из хозяев заботливо спрятал в небольшой тайничок за книжным шкафом, я удивился, что оно работает, и первым делом услышал:

- "Таджикские видеопираты едут в Москву, смотрят премьеру в кинотеатре, возвращаются домой и за деньги рассказывают фильм... А теперь переходим к менее важным новостям - зомби-апокалипсис...", - поняв, что слушать эту поеботу всё равно, что долбиться в уши, я выключил радио, и принялся думать думу.

Сейчас надо решить, что делать дальше. Постоянно сидеть в деревне не вариант, потому что рано или поздно у нас закончится и вода, и еда. Поэтому надо, во-первых, организовать периодические вылазки в город, или хотя-бы на заправки за продуктами и товарами первой необходимости, во-вторых неплохо бы разжиться где-нибудь бензином и алкоголем (для дезинфекции душевных ран), и наконец-таки решить проблему с нормальным транспортным средством и защитой нашего небольшого "оплота надежды".

***

Вроде бы всё было намечено, однако, когда я предложил это мужикам в тот момент, когда мы собрались за обеденным столом, они все резко ушли в отказ, и стали угрожать мне смертной казнью, если я ещё хоть куда-то выйду за пределы посёлка. Внезапно у них в руках появились кухонные ножи, а глаза засверкали недюжинной решимостью.

- "Железная логика. Похоже, я разбудил в них хомячков", - подумал я, и достал пистолет. 

Из хаты Саша вышел в гордом одиночестве, с непробитым очком и целыми глазами.

***

Решив всё же окопаться в этом посёлочке, я подробно расписал на бумаге всю свою предвыборную программу, и с чистой душой завалился спать в тщательно замаскированном подполе, во избежание всяких эксцессов. А то мало-ли, прибежит какой-нибудь мёртвый полицеский, да решит прозондировать мой анал на предмет запрещённых веществ.