Они среди нас. Начало

Глава 11. Нескафе 3в1.

- "Ну, хули с тобой ебанутым делать? Иди в третью дверь слева", - устало вздохнув, произнёс голос, и свет зажёгся. 

Оказалось, что я находился в некоем коридоре в стиле 90-х годов, по обе стены которого удобно расположились 6 дверей - 5 штук слева, и 1 справа. Молча послушавшись неведомый голос, ибо, как говорится, делать больше нехуй, я медленно двинулся в сторону указанного мне прохода. Открыв дверь, я понял, что он чёрный. 

- "Слышь, шутник блять, я тебе щас с вертухана дам, и ты рыгнёшь прошлогодней пасхой", - я начал злиться. Угарает надо мной, сволочь.

В ответ откуда-то сверху раздался громкий хлопок, голос таинственного незнакомца заорал "Ааа блять, ебучая электрика", и в чёрном проходе, который на самом деле оказался белым тупиком, загорелся свет. Я понял, что свои слова стоило бы забрать обратно, но раз у него проблемы с электрикой, то у меня проблемы с крышей, и поэтому нехуй на меня обижаться за подобный пустяк.

***

- "Ну хули встал на пороге? Заходи", - опять донёсся голос, - "Вон, гость дорогой, присаживайся на стульчик".

Я прошёл в комнату, и увидел кресло. Также, как и увидел стоявшую на нём бутылку. Решив ничего не говорить, но при встрече обязательно пёрнуть в глаз этому шутнику, чтобы у него ухо опухло, я аккуратно взял бутылку, и поставил её на столик у камина.

***

В комнату зашёл зомби в полосатой тельняшке и застиранных трениках адидас. Подскочив как ужаленный с кресла, я, не задумываясь, схватил только что поставленную стеклотару, и со всей силы зашвырнул её в сторону мертвеца. Та, пролетев полкомнаты, встретилась с его лбом, который, вопреки всему моему опыту остался цел, и разбилась.

- "Ну, за ВДВ, ёптыдь", - крякнул зомбак, и вопросил, - "Ещё истерить будем, или нормально побазарим?".

Приняв решение больше ничему не удивляться, я положительно ответил ему, и уселся обратно на кресло. ВДВшник упал в соседнее, и, протянув свою руку мне, поздоровался первым: "Матроскин".

***

Сказать, что я ахуел... А, вы и сами знаете, что ничего не сказать. Слишком часто я это говорю, но иначе не получается. Сначала Печкин, потом Матроскин, блять, а где же Шарик?

- "Парниша, привееет", - покачал своей рукой в воздухе дядя ВДВшник.

Поняв, что я немного завис и некоторое время не обращал на его действия внимания, я поспешно протянул свою, и ответил: "С-Саша, очень приятно!".

***

Рассказав мне свою историю, в ходе которой я узнал, что про зомби-апокалипсис было давно уже известно работникам силовых структур, и каждый из них готовился к этому самостоятельно, он с удивлением посмотрел моё исказившееся лицо, и спросил:

- "Что не так?".

- "Вы, суки внутреннеогранные, решили тут второй Чернобыль устроить? Опять никого не предупреждали о катастрофе?! И знаешь, ладно, если тогда хотя бы Припять эвакуировали. Сейчас вы ни слова не сказали, уёбки", - я разошёлся не на шутку, и вскочил с кресла, замахнувшись для удара.

Не знаю, каким чудом Матроскину удалось меня успокоить. Может, потому, что ничего уже не изменить, и лишаться возможных союзников - глупо, может, потому что он сам стал зомби.

- "Вопросы есть?", - воспросил ВДВшник после своего рассказа.

- "Скажи, а любовь одновременно к Ван Гогу и Сальвадору Дали, это вандализм?", - не заставил себя ждать я.

- "Тебе что блять, гугл забанили?", - он ошалело посмотрел на меня, - "Иди туманы коси".

***

Договорившись с ним о том, что мы с Печкиным переедем к нему, и будем жить в его бункере, замаскированном под старый деревянный домик все вместе, я отсалютовал Матроскину, и что есть сил помчал к себе домой.

***

Приехав в ставшую родной деревушку, я зашёл в дом, но никого не обнаружил. "Хм, странно", - подумал я, и, прежде чем бить тревогу, решил проверить подпол на наличие Печкина. Как и следовало ожидать, он был там, однако возникшую передо мной картину я ну никак не ожидал увидеть. Этот похотливый кусок мертвечины сидел ко мне спиной, и в одной руке держал мой заветный журнальчик, который уже был порядком измазан в слизи, а другой - дрочил своё маленькое хозяйство, и приговаривал "Это почему я раньше злой был? Потому что у меня ПлейБоя не было".

***

Картинно откашлявшись, и заставив Печкина подскочить на месте, я произнёс:

- "Сука ты старая, что же ты с литературой-то блять сделал, гондон штопаный?".

- "Ой, я нечаянно", - застегнув штаны, и покосившись на журнал в своей руке, произнёс почтальон.

- "Нечаянно он блять", - решив, что обижаться по пустякам на союзников не комильфо, я сказал, - "Так, сейчас быстро собираем всё необходимое, и переезжаем в другое место жительства".

Не став задавать лишних вопросов, на которые я очень не хотел отвечать, Печкин понятливо кивнул, и мы вдвоём начали носиться по дому, укомплектовывая багаж. С этим делом мы закончили через полчаса, и, выдвинувшись пешим ходом из бывшего своего пристанища, ведя за руль велосипед, попёрлись в сторону дома Матроскина.

***

Спустя сорок минут ходьбы, мы сидели в подземном бункере у ВДВшника, и пили ароматных чай из ароматных кружек, однако, решив, что этого нам мало, и отметить создание дружеской семьи [геев] следует чем-то покрепче, Матроскин достал откуда-то пятилитровую бутыль самогона, и веселье началось со словами "Тихо посидим, базара ноль". Не знаю, стоит ли говорить, что засыпали с Печкиным мы под пьяные вопли ВДВшника "ПАТИХАРД БЛЯТЬ, КРУШИ-ЛОМАЙ НАХУЙ", который под армейские песни, лившиеся из портативной колонки, пытался расхуярить об лоб пустую бутыль из-под самогона.

***