Оно принадлежит мне

Оно принадлежит мне

Нужно было идти вдоль реки. Никита знал об этом, но сделал всего лишь один неверный поворот и сбился с пути. Окружающий лес в одно мгновение сменился на непроходимую чащу.

Кружась на одном месте, Никита пытался вспомнить примерное направление. Нужно вернуться к реке — это было самым главным. Течение выведет к подлеску, через который он сможет пройти к своему дому.

Родители Никиты, Наталья и Владислав Сорокины, пару недель назад купили загородный дом. Большой, двухэтажный, с открытой террасой и видом на речную заводь, которую Владислав называл озером. Вода здесь была невероятно холодной, а на берегу стоял небольшой деревянный причал, уходящий в сторону центра водяной чаши.

— Невероятно красивое место, — говорила Наталья, когда семья Сорокиных, приехав в новый дом, выстроилась на пирсе, оглядывая озеро.

Никите тоже всё понравилось, хотя он больше любил городскую жизнь. В этой глуши интернет ловил очень слабо, в его комнате не было телевизора, а о кинотеатрах и развлекательных центрах вообще говорить не приходилось. Здесь он был один, вдали от привычных развлечений и друзей.

Единственное, что оставалось парню, — это исследовать окружающие территории.

На второй день пребывания за городом Никита больше не хотел оставаться в комнате. Он несколько часов пытался начать читать книгу, но никак не мог сосредоточиться на сюжете. Мысли подростка постоянно уплывали в другую сторону, теряя мысль повествования. В конце концов, Никита захлопнул книгу на десятой странице.

Подойдя к окну, он всмотрелся в раскачивающиеся деревья. Они выстроились как по линейке, отгораживая собой поляну, поросшую высокой травой. Через поляну шла тропинка, укрывающаяся между стволами тополей.

Долго не раздумывая, Никита поспешил к вещевому шкафу. Он вынул новые кроссовки, надел потёртые джинсы и старенький балахон. На голову водрузил кепку с надписью «Not every world needs to be open».

Спустившись на первый этаж, Никита осмотрел гостиную. Его отец сидел в самом центре комнаты на стуле, сжимая в руках новую удочку. Мужчина с нескрываемым, почти детским восторгом готовился к рыбалке, разглядывая новые снасти, купленные за день до поездки.

— Пойду погуляю, — сказал Никита, натягивая на ноги кроссовки.

— Хорошо, — ответил Владислав, — но я думал, ты составишь мне компанию.

— Пап, ты будешь сидеть на пирсе до самого вечера. Я ещё успею присоединиться к тебе.

Мужчина одобрительно кивнул, не поднимая головы.

Солнечный свет ослепительно ярко отбрасывал блики от поверхности озера, заставляя щуриться. Никита, прикрывая ладонью глаза, обошёл дом, найдя маму за цветочной клумбой. Рядом с Натальей стоял портативный радиоприёмник, работающий на батарейках. Из его динамиков лилась музыка, транслируемая местной радиостанцией. Женщина стояла на коленях, подстелив предварительно клеёнку. Она бережно доставала из деревянной коробки молодые ростки и луковицы, втыкая их в землю.

— Мам?

— Да, дорогой?

— Я пойду, пройдусь к реке.

Наталия стёрла со лба капли пота, посмотрев на сына. Она быстрым взглядом оценила выбор одежды сына, найдя его вполне подходящим для прогулки в тенистом лесу. Сейчас была вторая половина апреля, а в это время по вечерам довольно прохладно. Особенно возле воды.

— Возвращайся к обеду, — сказала Наталия, беря очередную луковицу, — и будь аккуратен возле воды. Не промочи ноги.

— Да, мам.

Никита поспешил в сторону тропы, уводящей от пирса к краю леса. Уже на опушке можно было услышать, как неподалёку журчит вода, разбиваясь о гладкие береговые камни. Выйдя к берегу, он пошёл вдоль течения, запрыгивая на большие валуны. Лес, окружающий реку, только начинал расцветать буйной зеленью. Вокруг летали птицы, переговариваясь друг с другом на своём языке.

Вскоре Никита решил вернуться в лес. Отойдя на достаточно большое расстояние от реки, он периодически сходил с тропы, рассматривая поваленные деревья или низину, начинающую зарастать вьющимися побегами. Никита жалел, что не взял с собой фотоаппарат, ведь здесь можно было нащёлкать много красивых снимков. А затем он и вовсе позабыл про тропу, уходя всё глубже в заросли, но, когда опомнился, было уже поздно.

Остановившись, Никита постарался прислушаться к шуму реки. Но лишь только ветер шумел высоко над головой, раскачивая ветви деревьев.

Он принял решение пойти в обратную сторону, надеясь в правильности своего выбора. Но спустя полчаса тропа так и не появилась. Тогда Никита вновь изменил направление, свернув влево. Такая тактика не принесла никаких результатов. Сев на очередное поваленное дерево, он стал пытаться определить единственное правильное направление. К своему сожалению, Никита ничего не смыслил в прогулках по лесу. Самые простые ориентиры были ему не знакомы. Оставалось только искать реку, по которой точно можно выйти к дому.

Никита взобрался на ствол поваленного дерева, прислушиваясь к звукам леса. Он медленно поворачивался вокруг своей оси, надеясь поймать момент, когда стихнет порыв ветра и до него донесётся журчание реки. Кружась на месте, он вглядывался сквозь деревья, ища хоть малейшую подсказку для своего спасения, но вдруг замер. В паре десятков метров от него, в низине, стояла хижина, наполовину утопленная под землю.