Опальная принцесса и аферист

Глава 6. Связь с крестным

Птички поют, солнышко пригревает, погода так и шепчет, а тут приходится изображать из себя полудохлика.

Несправедливо!

Даже стражникам дело нашлось, сидят, оружие точат. Вернее – точили часа три назад, теперь вон доспехи полируют, ага, по четвертому кругу, и лица у всех настолько добрые, что увидь их разбойники, сами сдались бы.

Треклятый бурдюк наполовину опустел. От мысли про воду мне по-настоящему дурно становится, вот только рядом сидит леди Реймс, по плечу поглаживает, на лице участие сквозь белила проступает. Невольно в душе рождается любопытство – дуэнья действительно не видит, что я претворяюсь, или же старательно поддерживает мою игру? Может, и у нее имеется повод не спешить во дворец.

Мелисса вздохнула, шестой раз за пять минут. Да что на нее нашло? С таким настроением она меня сейчас оплакивать начнет. Здесь, для полного счастья, только истерики не хватало.

Исподволь гляжу на дуэнью, а у той уши красные, взгляд нет-нет да скользнет по закутанной в плащ могучей фигуре жулика Рустама. И чего она там такого интересного увидела? Мужик как мужик, а в нынешнем наряде выглядит как шут гороховый. Другое дело – стражники, все равны как на подбор, а как доспехи наденут – глаз не отвести. Куда до них косолапому прохиндею.

Дуэнья мечтательно вздохнула, но резко опомнилась, глянула на меня и печально свела бровки домиком.

– Принести вам что-нибудь?

– Развлеките меня беседой.

– О чем?

– Поведайте-ка, отчего глаз не сводите с Рустама?

Румянец на щеках дуэньи не сумел скрыть даже слой белил.

– Я не…

– Леди Реймс, думаете, я слепая и не вижу?

Стало любопытно: сколько же ей лет? При первой встрече я решила, что она давно разменяла третий десяток, а сейчас – пятнадцатилетние девушки на деревне меньше смущаются, чем эта дама, испачканная белилами. Как бы их смыть, чтоб глянуть, кого мне в дуэньи подсунули.

– Просто он э-э-э…

– Красноречие не ваш конек, – вздохнула тихонько и начала предполагать: – смешон, несуразен, угловат, кособок…

– Красив, – созналась та.

Вопрос о возрасте дуэньи показался насущным как никогда, но спрашивать даму о подобном – дурной тон. Перевожу взгляд на Рустама, пытаюсь понять, с какой стороны он красив.

– По-моему, капитан Гравис даст этому прохиндею сто очков форы! Давайте сравним!

– Говорить о людях за их спиной – предосудительно.

– Боги с вами! Мы будем обсуждать исключительно достоинства лордов. Посмотрите на капитана: благородный человек, с манерами, крепко стоит на ногах, небось еще и во дворце перспективы имеет.

– Он старый, – припечатала дуэнья и прикрыла рот ладошкой. – Ну, в смысле – излишне солидный. Да еще и усы эти, как у мыши, брр, при дворе – это моветон. А вот Рустам… – на личике леди появилась мечтательно-возвышенная улыбка, – он так похож на лорда Эмилио, такой же статный…

– А еще гол как сокол!

– Но он же купец – заработает.

Глянула на жульчиков, скачущих по поляне, и поняла – черта с два, что этот прохиндей заработает, скорее снова дурить людей пойдет.

– Ну, то, что он купец, еще бабка на двое гадала.

– Как можно так думать о хорошем человеке? – недоумевала дуэнья. – Посмотрите на его честное лицо, он и говорит правильно, и ведет себя культурно...

Откуда ее такую наивную вытащили? Она вообще мир видела или дальше дворцовых стен носа не казала. Стоит на рынок выйти, а там каждый прохиндей облапошить норовит. Увидели сапоги хорошие – сразу цену на несколько пенсов подняли, а ежели еще куртка или оружие имеются, то читай сразу на шиллинг.

Крестный рассказывал, что в больших городах целые банды жуликов обитают, и предостерегал, что никому нельзя верить на слово. Это правило я взяла на вооружение и беззастенчиво им пользовалась, особенно когда выбиралась на ярмарку. Потому слова дуэньи меня огорошили.

– Но ведь никто не знает, что у человека на уме! Даже если он приветлив и улыбается – это совсем не значит, что через пять минут он не обманет.

Мелисса взирала на меня круглыми от удивления глазами.

– Леди Вержана, вы рассуждаете как простолюдин! Полагаю, всему виной затворничество в глуши, но мы едем в столицу. Фланфорд славен тем, что там никто не посмеет обманывать благородного человека, за такое можно попасть к жандармам.

– Да, жандармов жулики боятся, – признала я и чуть тише закончила: – прямо как волк теленка.

Леди Реймс нахмурилась.

– Вы не верите! Ничего, скоро прибудем в столицу, и вы убедитесь: я говорю правду!

Хотелось съязвить, но сдержалась.

«Если во дворце все такие наивные, я ж там с ума сойду, – в ужасе подумала про себя. – Спасибо тебе, Боженька, за Вилаю и Добриэля, без них я бы тоже выросла такой же бестолковой».

– Ваше Высочество, вам стало лучше? Может, поедем уже…

– Нет, мне до сих пор очень-очень плохо!

– А если мы будем очень медленно ехать? Просто уже вечереет, а мы в лесу… – леди сделала огромные глаза.