Опальная жена дракона

Глава 15

Аудиоверсия главы уже доступна! Приятного прочтения/прослушивания ;))

Обещанный Вайтаром помощник приходит и не один. На пороге показываются двое: молодой парень в простой одежде и второй — постарше, видом поухоженнее.

— Леди Дорс, — оба склоняют головы, — пришли вам помочь.

— Когда-нибудь имели дело с лежачими больными? — скептически осматриваю обоих.

— Мне доводилось, — тот, что помоложе, кивает. — Выхаживал батюшку, пока богам душу не отдал.

— Хорошо. Как зовут тебя?

— Ник, миледи.

— А вас? — спрашиваю у второго. Он, не отрываясь, смотрит на Шейна, словно увидел привидение.

— Я..? Джонатан, леди, — вздыхает так тяжело, будто сейчас расплачется.

— Вы знали моего мужа при…, в общем, раньше?

— А как же! — он все-таки стирает скупую слезу. — Служил при лорде камердинером, леди. Вы меня не помните?

Пытаюсь припомнить, кто крутился рядом с Шейном в те годы, но память по этому поводу молчит.

— Простите, но нет.

— Больно видеть хозяина в таком состоянии, — охает камердинер.

— И что же вы не присматривали за ним совсем? — меня не трогают его слезы. Как ни крути — но именно этот мужчина перестал ухаживать за моим мужем, хотя это являлось его прямой обязанностью.

— Когда стало понятно, что лорд не придет в себя, господин Вайтар приказал не ходить в господские покои. Вход сюда разрешен только лекарям. Да и от тех — толку никакого.

И снова сенешаль замешан! А мне уж показалось, что мы с ним на одной стороне. Хотя, если хорошенько подумать, что мог Вайтар? Может, оставить дракона в покое и было для всех выходом. Вот только меня такой расклад совсем не устраивает.

— Ладно, чего уж там, — отмахиваюсь. Правда или ложь, что это приказ сенешаля, а Шейна все равно придется привести в порядок. Даже если после этого он не очнется. Дэл обязательно захочет увидеть отца, потому я делаю все это для него, а вовсе не для мужа.

— Ник, Джонатан, вам нужно будет как-то оторвать тело лорда Дорса от кресла. Понимаю, что все это крайне необычно, а драконы не впадают в спячку. Но мы будем работать с тем, что имеется. Я разрежу на нем брюки, а вы аккуратно перенесете тело в постель.

Пока ждала своих помощников, все продумала. Мыть Шейна будем в лежачем положении, попробуем выпрямить его ноги и руки. Сейчас эта задача кажется невыполнимой, но вдруг нам повезет и конечности все же не так задеревенели, как это выглядит со стороны́?

Ник и Джонатан становятся по обе стороны от кресла. На лицах обоих — сомнения и страх. Я и сама боюсь. Даже мелькает совсем уж безумная мысль: вдруг дракон рассыпется в прах, если мы попробуем его приподнять? Но тут же гоню этот бред прочь. До этого же не рассыпался, да и кожные покровы Шейна горячие, живые. Не похож он на труп, если только слегка и смотреть издалека.

Ник — помоложе и посмелее. Берется обеими руками за предплечье Шейна и тянет верх. Рука поддается. По виду — вполне пластичная, только слегка «затекшая» конечность.

— Неплохо. Значит, не совсем он и каменный! — подбадриваю и себя, и мужчин. — Давайте-ка вместе.

Мужчины напрягают руки и раздается треск обивки кресла. Тело Шейна приподнимается.

— Секундочку! Так и подержите.

Хватаю ножницы и как получается — разрезаю одежду, точнее то, что от нее осталось. Сбиваю с ног обувь. Стараюсь не смотреть на голого дракона, но все же краем глаза́ отмечаю детали. Они впиваются в память яркими вспышками.

Худоба́. Шрамы. Чешуя.

— На кровать его.

Кряхтя, слуги сгружают Шейна на постель.

— Не так уж и страшно, — напряженным голосом выдыхает Ник. — Мы можем и сами его обмыть, леди. Если пожелаете.

Конечно пожелаю! Честно говоря, этот момент страшил меня больше всего. В моей памяти муж — большой и сильный мужчина, с весьма… крупным всем. И единственная ночь, которая между нами была — не принесла мне ни радости, ни удовольствия. Он был пьян, груб и очень зол. Может Шейн и имел право на злость, но мне от этого было нисколечко не легче.

Воспоминания жалят, и я малодушно сдаюсь:

— Да-да, пожалуйста. Вот вода, и мыло. Сейчас подам еще полотенец.

Отхожу к окну, вдыхая свежий воздух. Лучше бы я вообще не вспоминала ту ночь. Как все эти годы — просто гнала мысли прочь, заставляя себя не думать. Но сейчас будто что-то сломалось внутри. Стена рухнула, и я снова вижу все, как наяву. И даже его голос гремит в ушах, пропитанный презрением и ненавистью:
«Не притворяйся, что тебе больно. Ты же хотела стать моей! Все твои уловки, все твои шпионские штучки… Теперь получай. Ты моя жена. И будешь делать то, что я скажу. Закрой глаза и терпи, если не хочешь, чтобы стало хуже».

Со мной на всю жизнь остались ощущения: тяжёлые и сильные руки, впивающиеся в мои бёдра, резкий запах алкоголя, и собственная душа, съёжившаяся где-то в уголке сознания, наблюдающая за всем будто со стороны. Он вымещал злость на мне, не желая слушать. А я думала, что умру прямо там, в его постели.