Опасная игра леди Эвелин

Глава 7

Граф Беркли

— Наши пути разошлись.

Надо же.

Девица умела врать. Причем — беззастенчиво. Не покраснела даже. Лишь на мгновение отвела в сторону взгляд — так я ее и поймал. До этого смотрела прямо на меня своими невыносимо синими глазами.

— И что же сломало многолетнюю дружбу? — я усмехнулся. — Прекрасный молодой юноша?

Она обожгла меня возмущенным, разгневанным взглядом.

— Вы же частный детектив, Ваше сиятельство. Вам положено иметь богатую фантазию, — отозвалась она, и по бледным губам даже скользнула улыбка.

Только вот синие глаза не улыбались.

Я хороший детектив, миледи. И я знаю, что ваш раскол с подругой произошел из-за чего-то более серьезного, чем прыщавый курсант.

— Это не имеет никакого отношения к исчезновению Джеральдин, — твердо и тихо сказала Эвелин. — Все случилось почти четыре года назад. Прошло много времени.

— Позвольте мне решать, что имеет отношение к делу, за которое я взялся, а что — нет.

Ее губы обиженно дрогнули, и она поджала их, и принялась с нарочитой сосредоточенностью кромсать омлет.

— Чтобы найти человека, нужно для начала его узнать. Вы, миледи, ненадежный свидетель. Вы не общались с мисс Фоули четыре года. Ваша ссора на данный момент — единственная зацепка, которая может пролить свет на ее характер и дальнейшую жизнь.

— Вы разве не намерены нанести визит миссис Фоули?

— Конечно, намерен, — я вздохнул, не скрывая раздражения. — Но матушка знает о своей дочери еще меньше, чем вы. В этом нет никаких сомнений.

Помедлив, Эвелин кивнула.

Ну, еще бы. Допросы родителей крайне редко приносили какую-либо пользу. Они не знали своих детей. Не знали, чем те увлечены, что скрывают. И чем выше был статус семьи в обществе, тем шире была пропасть, что лежала между двумя поколениями.

— Из-за меня Джеральдин получила пониженные оценки при выпуске, — выпалила Эвелин быстро, словно боялась собственных слов. — И среднюю характеристику. Это все, что вам нужно знать.

— Значит, у мисс Фоули были трудности с поиском работы, — я кивнул скорее сам себе и потянулся за чашкой, в которой уже остыл черный кофе. — Она нуждалась в деньгах.

— Ее матушка сказала мне, что нет... — не слишком уверенно пробормотала девица.

— Вспомните, что я говорил о доверии словам родителей. И подумайте еще раз!

Эвелин вспыхнула гневным румянцем, но ничего не сказала.

— Где мисс Фоули трудилась гувернанткой?

Она назвала адрес: небогатый район. Состоятельные люди предпочитали селиться ближе к центру. Плата за ее услуги не могла быть высокой.

— ... и она даже не оставалась на ночь. За это ведь полагалось двойное жалование, — я продолжил рассуждать вслух. — Значит, мисс Фоули совершенно точно нуждалась в деньгах. Это и привело ее к Эзре.

— А что привело туда вас? — спросила девица с нажимом и подняла на меня глаза в обрамлении пушистых ресниц.

— Не ваше дело, миледи.

В ее взгляде что-то вспыхнуло, но очень быстро Эвелин взяла себя в руки и отвернулась, чтобы скрыть досаду.

Я посмотрел на ее опустевшую тарелку и решил, что достаточно уже светской беседы на сегодня. Пора было заняться чем-то полезным.

— Я собираюсь навестить миссис Фоули прямо сейчас. Вы поедете со мной. Чтобы ей было комфортнее.

Резко отодвинув стул, я поднялся из-за стола. Эвелин же застыла на месте и, сузив глаза, наблюдала за мной.

— Вас не учили, милорд, что невежливо приказывать посторонним людям? Они не ваши подчиненные.

— Не учили, миледи. Вы забыли? Я стал графом два года назад. А до того был, что называется, «оторви и выбрось».

Досада отразилась на ее хорошеньком лице. Помедлив, она встала со стула, проигнорировав мою руку, и вышла в холл. Я подавил усмешку и последовал за ней.

Дорога до дома миссис Фоули заняла больше времени, чем я рассчитывал. Пришлось трястись в экипаже, а я это ненавидел. Но поехать верхом и оставить гордую леди в одиночестве я тоже не мог. Все же лукавил насчет своего воспитания. Чему-то меня научили.

Джеральдин с матерью жили в районе, который еще считался неплохим, но уже на грани. Чуть лучше места, где стоял дом сэра Эдмунда и Эвелин, но далеко не предел мечтаний.

Женщина на наш стук ответила не сразу. Мы прождали на покосившемся крыльце несколько минут прежде, чем внутри дома послышались шаги: я уже приготовился выламывать дверь. Все же от Эзры и его дружков можно было ожидать, чего угодно.

Но на этот раз все обошлось.

— Эвелин, дорогая! — воскликнула миссис Фоули.

На вид ей было около пятидесяти, но я знал, что изнурительная работа не лучшим образом отражалась на женском лице. Судя по ее рукам что такое тяжелый труд, она знала не понаслышке. Ладони — покрасневшие, распухшие. Пальцы — в мелких заусенцах, кожа шелушится. Или прачка, или работала с чем-то едким на фабрике.

— Миссис Фоули, это Его светлость граф Беркли. Он очень хороший детектив и любезно согласился помочь нам отыскать Джеральдин, — мы прошли в прихожую, и Эвелин ласково заговорила с женщиной, взяла ее ладони в свои и сжала.

Я бегло осмотрел убранство: дом был старым, но добротным. Пахло чистотой, а не бедностью. И это было странно, потому что шло вразрез с моими предыдущими выводами.

Все казалось нелогичным.

Я ненавидел нелогичность.

— Ой, дорогая моя! — миссис Фоули всплеснула руками и едва не расплакалась. — Эвелин, деточка, да что же ты... да частный детектив... а ведь, а ведь нашлась моя доченька!

Что?!

Боковым зрением я заметил, что Эвелин пошатнулась, и вовремя успел подставить ей локоть. Она вцепилась в него и во все глаза посмотрела на миссис Фоули.

— Но... как же?

— Ой, так неловко перед вами теперь, Ваша милость, что Эвелин вас втянула... да и я, старая дура, должна была сразу же сообщить, как только получила письмо...

— Вы получили письмо? — я шагнул вперед, прервав поток слов. — От Джеральдин?